Я внимательно вгляделась в Михаила.

Врёт про возраст наверняка. Лесть применить решил, чтобы я его сыночка допустила к практике после таких грубых нарушений дисциплины.

Я, конечно, очень освежилась и помолодела после всех манипуляций с моей внешностью и гардеробом, но выглядеть на тридцать шесть и шесть вряд ли стала.

— Мой возраст совершенно не важен в данном вопросе, — постаралась я вернуть диалог в нужное, деловое русло. — Михаил Сергеевич. Давайте еще раз по порядку. Ваш сын нарушил условия контракта с университетом и был удалён с практики по вполне справедливым причинам. Не в моих правилах потакать тем, кто нарушает дисциплину. Я уже при всей группе заявила, что он не будет допущен к практике. Что теперь вы хотите от меня? Чтобы я взяла свои слова обратно? На каком основании? Это подорвёт мой авторитет как преподавателя. Студенты станут нарушать дисциплину — ведь одному было спущено всё с рук. Понимаете меня?

— Понимаю, — кивнул Михаил Сергеевич. — Но все-таки я считаю, что придумать причину его отсутствия можно и…. задним числом. Если только вы пойдёте мне навстречу.

— А если не пойду? — вскинула я подбородок.

Угрожать мне начнет тогда?

Серов-старший какое-то время помолчал, а потом спросил четко и ясно:

— Сколько?

53.

— Вы о чем спрашиваете, простите? — сузила глаза я. — Вы же не взятку мне предложить хотите?

— Конечно, нет, — улыбнулся он, понимая, что я не согласилась на его предложение, и продолжать диалог в таком ключе бессмысленно. — А позвольте вас пригласить в ресторан?

— Зачем это? — подняла я брови от столь неожиданного предложения.

— Нуу.… Зачем мужчины предлагают поужинать с ними? Хотел бы пообщаться и познакомиться. Меня впечатляют такие принципиальные женщины, как вы.

— Я боюсь, что не найду времени на вечер с вами, — развела я руками.

Идти с ним мне совершенно никуда не хотелось. Опасный, скользкий тип — вот что я думала о нем, глядя в его холодные глаза. Я даже не уверена, что он искренне всё это говорил, а не чтобы просто в неофициальной обстановке не заговорить о деньгах повторно.

— Вы такой занятой доктор, что даже окошка для простого депутата не найдется?

— Увы.

— А если я хочу поговорить о возможном выделении бюджета в вашу больницу?

— Э-э-э.… — растерялась я. Такой разговор отшивать, конечно, глупо, хоть и ясно, что он снова меня пытается подловить или подкупить, чтобы я согласилась на приватную встречу. — Об этом вам лучше поговорить с Романом Сергеевичем.

— А мне он сказал, что вы — практически его правая рука, и я могу говорить обо всём и с вами.

Так и сказал? Приятно и неожиданно. Но сейчас я должна думать не об этом.

— Вопросы по хозяйственной части я точно не решаю.

— Начнёте. Мне приятнее провести вечер с дамой, чем обсуждать всё в скучном кабинете больницы.

— Ничем не могу вам помочь, Михаил Сергеевич, — снова развела я руками. — Не в моей компетенции решать такие вопросы.

— Вы решаете только вопросы отчислений юнцов, испортившим вам показатели?

— Не без этого.

— И все-таки…. Не откажите мне провести вечер в вашей компании. Наше общение все больше и больше интригует меня. Вы такая.… смелая женщина. Воин. Амазонка.

Мне стало жарко от его слов. И они казались мне какими-то неприятными, лживыми…

Или даже какими-то…сальными. Не хотела я, чтобы он на меня так вот смотрел бы и тем более не хотела бы составлять ему компанию.

— Вы женаты? — припечатала я его в лоб.

Сейчас скажет, что — да. Знаю я такие фрукты. И я смогу ему отказать уже с аргументами.

— Моя жена умерла пять лет назад, — ответил он и я почувствовала жгучий стыд.

Ну вот — навешала ярлыков на мужика. А может, и зря.

Может, и не такой уж он и плохой, просто я сейчас, обиженная бывшим мужем, предвзято смотрю на всех мужчин? Романа ведь я тоже строго как-то сужу и не подпускаю к себе. Может, дело в моём восприятии всё, а не в мужчинах, вокруг меня?

— О, простите…. Было бестактно с моей стороны напомнить вам о такой потере. Но я не знала.

— Не корите себя. Я уже понял, что вы не знаете ни меня, ни моей биографии, — обезоруживающе улыбнулся мужчина. — Но так даже лучше. Вы, может быть, наконец увидите во мне человека, а не кошелек на ножках. Так что вы скажете мне насчёт ужина в моей компании в очень приличном месте? Только ужин. Мне уж очень хочется продолжить с вами этот прекрасный словесный пинг-понг.

Он ждал ответа, а я не знала, к чему прислушаться: к доводам разума или чувствам?

54.

— Извините, но я не готова вас сопровождать, — все же покачала я головой отрицательно. — У меня…. другие планы.

— У вас есть мужчина? Муж?

— Нет, но.…

— Тогда что еще вам мешает?

— Просто мне это не интересно. Извините, больше нет времени беседовать. Мне пора.

Я сняла пальто с вешалки и удалилась из ординаторской, оставив растерянного мужика одного. Так и не поняла: я ему правда понравилась или это ход такой с рестораном, чтобы меня задобрить, и я все-таки повлияла на восстановление его сына?

Зря он так старается ради сыночка. Тот явно не оценит. Такие ничего ценить не умеют — потому что ничего сами и не делают, не добиваются и цену деньгам просто не знают.

Если мальчику мед вуз не нужен и он так несерьезно относится к посещаемости, то и эта профессия — не для него. Тут в первую очередь ответственность и дисциплина. И для чего его восстанавливать тогда? Чтобы парень занял чужое место и просиживал штаны ради диплома, который ему, очевидно, совсем не нужен? Странно, что его отец этого не понимает.…

Однако на следующий же день, когда я