Вот такой вот замкнутый круг. И что за чудо мне поможет разорвать его – я не представляю.

***

Всю следующую неделю, пока все усердно готовятся ко встрече Нового года, я зависаю на работе. Праздники для меня не повод расслабляться и отдыхать, особенно в преддверии открытия нового филиала моей фирмы, поэтому я батрачу с утра до самого вечера. Ухожу из дома рано, возвращаюсь почти в полночь. С Евой общаюсь по минимуму, с друзьями вообще не вижусь. Тупо нет времени. Причём что у меня, что у них. Особенно у Логана. Рождение сына круто изменило его жизнь. И это неудивительно. Уверен, если бы у меня родился ребёнок, я бы тоже послал в жопу и работу, и весь остальной мир, лишь бы проводить с ним максимально много времени.

Тем более Диане нужна помощь. Нехорошо сбрасывать младенца на плечи новоиспечённой матери. В уходе за новорождённым должны участвовать оба родителя. Здорово, что Логан это понимает.

Я вообще чертовски горжусь им. Он мой лучший друг со времен школы, и мне как никому другому известно, каким ветреным мудаком он всегда был с девушками. Но с появлением Дианы, а теперь ещё и сына, он сильно изменился. Повзрослел, что ли, и поменял многие свои взгляды на жизнь.

А я вот, по ходу, наоборот с каждым годом всё больше деградирую и меняюсь только в худшую сторону. Причем во всех смыслах. Ведь я не только с Евой веду себя как мудак, но и с Логаном – с момента рождения сына своего лучшего друга я до сих пор ни разу не навестил их семью, хотя Логан уже несколько раз приглашал меня в гости. А я каждый раз находил причины, почему не могу прийти. В основном все они были связаны с загруженностью на работе. Однако это лишь наполовину правда.

Как бы я ни был счастлив за Логана, весомой части меня невыносимо смотреть на его счастье. Ведь я столько лет мечтал иметь то, что сейчас имеет Логан – любимую женщину, которая ни за что не предаст, и сына.

И вот… Мне недавно стукнуло тридцать шесть, а я не имею ни одного, ни второго. И я просто-напросто завидую другу. По-хорошему, конечно, но эта зависть причиняет мне ощутимый дискомфорт, напоминая о том, как несколько лет назад все мои мечты накрылись медным тазом.

Однако, невзирая на свои эмоции, в ближайшие дни я намерен исправиться и навестить Логана с Дианой, чтобы наконец познакомиться с их мелким Дэниелом Бэллом. Сегодня во время обеденного перерыва даже решаю отправиться не в ресторан, находящийся недалеко от моего офиса, а в торговый центр, чтобы после обеда зайти в детский магазин. Я мог бы, конечно, попросить секретаршу заняться покупкой подарка для мелкого, как я это всегда делал с подарками для Евы, но не стал. Хочу сам выбрать свой первый подарок для Дэна.

Только что выбрать для трехнедельного малыша? Не знаю. У всех моих кузенов и кузин рождались девочки. С ними как-то проще, что ли. Купил большую розовую плюшевую игрушку или куклу, и готово. А что купить будущему брутальному мужику? Идей пока что ноль.

Да и подумать нормально не удаётся. Стоит лишь войти в торговый центр, как меня будто громом поражает, и я застываю на месте. Все конечности то пронзает болью, то они немеют, лишаясь возможности чувствовать хоть что-то. В частности сердце. Оно начинает колотить по рёбрам так, что дыхание затрудняется, а все мысли и планы заглушаются оглушительным стуком его ударов.

Почему?

Да потому что я не верю своим глазам, пока смотрю прямо на Кортни, сидящую на скамье возле светящейся ёлки. И поражаюсь я вовсе не её пленительной красоте, что завораживает меня с первых же секунд, а ребенку, которого она бережно удерживает в руках и что-то щебечет ему, наклонившись к его лицу.

Какого чёрта?!

У моей Кортни есть ребёнок?!

Глава 15

Пол

Когда мне было восемь, во время зимней рыбалки с отцом я случайно провалился в ледяную воду. Прошло уже много лет, а я до сих пор помню свои ощущения в этот момент.

Мне должно было быть холодно, но я весь горел от боли и шока, чувствуя, словно сотни острых кинжалов беспрерывно протыкают мою кожу. И эта агония длилась до тех пор, пока отцу не удалось вытащить меня из реки и привести в чувство.

Почему я вспомнил о том дне, когда чуть не утонул? Потому что сейчас, пока в голове гремит фраза «У неё есть ребёнок», я испытываю те же адские ощущения.

В ушах звенит, кожа пульсирует болью, а внутри каждый орган будто начинает леденеть и крошиться на части. И пока этот неконтролируемый ад обуревает меня, я далеко не сразу соображаю, что уже тронулся с места и двигаюсь прямиком на Кортни.

Не знаю, что именно написано на моём лице, но явно нечто устрашающее. Как только Кортни замечает меня, её тело напрягается, а в глазах вспыхивает паника.

– Пол? Что ты зде…

– Кто это? – оборвав её на полуслове, задаю единственно волнующий меня вопрос и хватаю её за локоть. Слишком сильно. Понимаю. Но пальцы отказываются подчиняться мозгу.

– Пол, отпусти. Ты делаешь мне больно.

– Я спрашиваю: кто это? – цежу и перевожу взгляд на ребёнка, который так не вовремя начинает плакать.

Чёрт! Я вынужден расслабить пальцы и отпустить локоть Кортни.

– Ну вот, посмотри, что ты наделал. Я так надеялась, что он не разревётся, а ты всё испортил, – бурчит она, меряя меня укоризненным взглядом, а затем обращает всё своё внимание на малыша. – Тише, тише… Не кричи так громко, всё хорошо. У этого дяди просто с нервами не в порядке, но в общем и целом он безобидный. Он ничего тебе не сделает, не плачь, – проигнорировав мой вопрос, Кортни успокаивает ребёнка. Покачивает его, гладит по спине и нашёптывает умиротворяющие слова, а я смотрю на всё это, чуть ли не разинув рот, и всё больше погружаюсь в ту самую ледяную реку.

Чёрт бы меня побрал!

У Кортни есть ребёнок… Не от меня.

Как такое возможно? Когда это случилось? Почему не сказала? Почему вообще родила?

Она же никогда не хотела становиться матерью. Никогда не хотела «тратить своё время на воспитание спиногрызов и рушить из-за них всю свою идеальную весёлую жизнь». Тогда что за