– С отцом совсем другая история, – добавил Саймон, скрещивая руки на груди и абсолютно меняясь в лице. Ким перестала суетиться и посмотрела ему прямо в глаза, собираясь с духом перед важной темой.

– Ты с ним все выяснил? – спросила она.

– Что выяснил? – с кислым выражением лица переспросил он. – Я недвусмысленным образом объяснил ему, что у нас с тобой состоялся откровенный разговор относительно его намерений, поэтому все в курсе происходящего. Я велел ему ни при каких обстоятельствах не пытаться связаться с твоей матерью снова.

– Хорошо, – кивнула Ким.

– Надеюсь, хотя бы это он сделал?

– Всю неделю от него ничего не было слышно, – ответила она. – Абсолютно. Потому что в противном случае ему бы пришлось отвечать передо мной, без увиливаний. Я бы придушила Ронни за то, что он сделал моей маме. С превеликим удовольствием.

– Я тебя за это не виню, – напряженно кивнул Саймон. – Как бы то ни было, хорошо, что он хотя бы оставил твою маму в покое.

– Ты присматриваешь за ним с тех пор, как мы последний раз разговаривали? – спросила Ким, уверенная, что такой парень, как Саймон, уж точно это делает. Он создавал впечатление человека ответственного, надежного, такого, который держит свое слово и не приемлет обмана в любом его проявлении.

– Смотрю за ним как коршун, проверяю телефон и компьютер, и все такое.

– Рада это слышать.

– Знаешь, должен признаться, – добавил он, стиснув зубы, – что бывают моменты, когда я чувствую себя как родитель с ребенком, правда выходит так странно, что я в итоге родитель, а папа – ребенок.

Ким улыбнулась ему, хорошо понимая знакомое ей не понаслышке чувство.

– И я удалил аккаунт отца с того сайта знакомств, который стал причиной всех наших бед. Analyzed, о котором я тебе рассказывал, – любезно разъяснил он.

Она предпочла ничего не отвечать на это, и вместо этого притворилась, что поправляет цветы, которые и без того имели идеальный вид.

– И думаю, что тебе, вероятно, тоже стоит удостовериться, что твоя мама сделает то же со своим, – продолжал Саймон, по-прежнему встречая на это лишь холодное молчание Ким.

– Эти приложения знакомств за многое должны ответить, – упорно продолжал он гнуть свою линию.

«Да заткнись уже, а», – тщетно молила она его в своих мыслях и продолжала притворяться, что восхищается белыми лилиями, запрятанными где-то глубоко в букете, который он принес.

– Такие приложения, как это, заявляющие во всеуслышание, что они «не такие, как все», потому что ставят более глубокие вопросы, все еще оставляют массу лазеек для обманщиков и мошенников. Их нужно называть и осуждать, если хочешь знать мое мнение.

– И ты сам никогда не пробовал знакомиться по интернету? – спросила она из чистого любопытства. Саймон был довольно привлекательным, думала она, глядя на него оценивающим взглядом, словно бы они в первый раз встретились в каком-нибудь баре и ей нужно было составить мнение о нем. Высокий, темненький и совсем не страшный. Одет в бежевые брюки и бледно-голубую рубашку. Если бы ей пришлось описывать его для Ханны или еще кого-то из их ребят с работы, она бы сказала, что он выглядит в точности как их коллеги с третьего этажа, на котором сидели Пол, их финансовый директор, и все остальные управляющие фирмой. Важные шишки. Те, с которыми считаются. Те, которые едва ли при встрече поздороваются с Ким или кем-то еще, ниже их уровня в иерархии Sloan Curtis.

– Думаю, все мы в тот или иной момент пробовали знакомства по интернету и сайты для знакомств, – ответил Саймон. – Но больше я этим не занимаюсь.

Значит, у него есть девушка.

– Слишком много отрицательного опыта, – вслух сказал он.

– Эй, – улыбнулась она, – к твоему сведению, ты сейчас говоришь с королевой неудачных свиданий. Когда-нибудь, когда у тебя будет лишних пять часов жизни, я расскажу тебе.

– Хочешь совет? – внезапно спросил он. – Что бы ты ни делала, избегай Analyzed. Из всех доступных на сегодняшний день вариантов этот – худший.

– Неужели?

– Определенно.

– Ты знаешь, – сказала она ненавязчиво, больше не в силах молчать. – Я уверена, что Analyzed не так уж и плох.

– Ты их защищаешь? – спросил Саймон, подняв бровь и глядя на нее с нескрываемым интересом.

– Нет! Нет-нет, вовсе нет, – поспешила ретироваться она. – Просто… Ну Analyzed же совсем новое приложение на рынке, с этим нельзя поспорить. Я уверена, что команда, стоящая за ними, осознает, что у них есть недочеты и много всяких несовершенств, над которыми им еще предстоит работа.

Она затихла, заметив, что Саймон продолжает на нее смотреть, склонив голову набок, так, словно бы пытался оценить ее.

– Знаешь, за всем этим стоит ирландская команда, – бросил он. – Я работаю в финтехе, это финансовые технологии, где мы обеспечиваем безопасность онлайн-платежей и все подобное, и я могу тебе сказать, что их быстрый рост сейчас у всех на устах. Это история успеха в мире цифровых технологий – пока, во всяком случае.

– Правда? – спросила Ким как ни в чем не бывало, направляясь к холодильнику, где висело меню ресторанчика из доставки, который ей нравился. – Хм-м-м… Умираю, как хочу есть. Нет ничего лучше пятничной доставки, правда же?

– На самом деле, Analyzed буквально у всех на слуху в финансовых кругах, – продолжал он, все еще с подозрением глядя на нее. – Все хотят знать больше о тех, кто стоит за этим, и какой будет их следующий шаг.

Блин, ну что за черт. Смысла молчать дальше просто нет. Было похоже, как будто он и так уже отчасти что-то понял, так что пора выходить из тени. Она повернулась к нему и глубоко вздохнула.

– Саймон, – сказала она, – почему бы тебе не присесть? Я хочу рассказать тебе что-то, чтобы снять с души груз.

Глава тридцать шестая

Конни

Конни, напевая себе под нос, ввалилась во входную дверь, чувствуя приятный дурман после нескольких джин-тоников с Бетти, но не чувствуя себя слишком пьяной, чтобы с утра мучиться от похмелья. Больше никогда – после того раза, когда она выходила в свет с этим мерзавцем-двоеженцем, чье имя она даже вспоминать не хотела. Тот-чье-имя-никогда-нельзя-произносить, так называла его Бетти своим делано аристократичным голосом, который, конечно же, очень смешил Конни.

Она чувствовала небывалый, приятный подъем, в основном благодаря восхитительным разговорам с Бетти целый вечер. Честность и откровенность были как глоток свежего воздуха для их отношений. Возможно, это был первый нормальный разговор между ними за последние несколько лет, в котором не было места конкуренции и бахвальству, которыми обе женщины так грешили в последние десятилетия. Кроме того, она была так взволнована