Я даже начал использовать те средства, что дал Джуд, и научился как следует подстригать её.

Может, играть от своих сильных сторон — это и правда про то, чтобы пойти ва-банк и превратиться в лесоруба?

Пожалуй, есть только один способ узнать.

После долгих раздумий и пары паршивых ночей без сна я решил — пора действовать по полной программе.

Дамы из кружка вязания были правы. Мне стоило прибавить романтики. Они, конечно, не знали всех подробностей, но в целом были на сто процентов правы — чтобы удержать рядом такую женщину, как Вилла, нужно постараться.

И хотя я изо всех сил пытался держать свои чувства под контролем, каждый раз, когда ловил на себе её взгляд, внутри всё сжималось от восторга.

Чем больше я об этом думал, тем яснее становилось: возможно, Джуд всё это время был прав. Учитывая, что он жил чуть ли не как монах, я не особо придавал значения его советам, но вся эта копившаяся внутри энергия и напряжение требовали выхода.

Я пошёл в гараж и достал топор для колки дров, который спрятал после вязального клуба. Потом перетаскал несколько поленьев к боковой части дома. Я выбрал это место не только потому, что здесь была ровная поверхность, но и потому, что отсюда меня отлично было видно из кухни, где Вилла по субботам обычно сидела за островом с чашкой чая и читала медицинские журналы.

На улице было морозно, но щеки вспыхнули от яркого зимнего солнца. Я чувствовал себя слегка глупо, устраивая всё это, но ведь в доме действительно был камин, и мы пользовались им в последнее время. Так что колка дров — вполне правдоподобный повод.

Устанавливая полено, я украдкой заглянул в окно. Как и ожидалось, она сидела за столом, попивала чай, выглядела невероятно мило с жёлтым маркером, воткнутым в хвост, в выцветшей футболке UMaine, постоянно сползающей с плеча. Я вытащил телефон из кармана и быстро сделал снимок. Полный сталкерский поступок, но в этом естественном свете она была просто невероятной.

После нескольких ходок у меня набралось с десяток толстых поленьев. Джуд сжалился надо мной и дал лёгкую в разделке сосну.

Я соорудил из досок устойчивую платформу, установил первое полено. Несколько минут я разминал плечи, прохаживаясь по траве вдоль тропинки к озеру, размышляя, как тут было бы здорово устроить патио, может, даже зону с костром.

Летом можно было бы жарить барбекю, купаться в озере, прячась от жары в тени высоких дубов.

Отогнав мечты, я сосредоточился на деле. Прежде чем фантазировать о будущем, нужно было произвести впечатление на жену.

Взял топор, встал, как учил Джуд, и с силой опустил лезвие, стараясь работать плечами и корпусом.

Удар пришёлся сбоку, и с полена лишь откололся небольшой кусок.

Чёрт.

Я выпрямился, сделал глубокий вдох, пытаясь не поддаться раздражению. Нужно было сосредоточиться.

В голове всплыл голос Джуда, я заново ощутил вес топора в руках, устроился поудобнее.

Следующий удар оказался точным — полено раскололось на две идеальные половинки.

Да!

Я едва удержался, чтобы не вскинуть кулак. Теперь осталось разрубить каждую половину ещё раз.

Сосредоточься, Коул. Не смотри на Виллу.

Как бы ни хотелось поймать её взгляд, я должен был сохранять спокойствие.

Вдох. Удар.

Лезвие снова пошло точно по центру, разделяя полено.

Я довольно посмотрел вниз, и в этот момент из дома донёсся грохот.

Я резко обернулся, щурясь, пытаясь разглядеть, что там происходит. Видел только затылок Виллы.

Хм.

Возможно, она всё-таки меня заметила.

Но уж если я притащил сюда столько дров, грех было бы остановиться. Я установил следующее полено.

Удааар! Вот так-то лучше. Похоже, я начинаю втягиваться.

Движение сбоку привлекло моё внимание. Не оборачиваясь, я понял — это Вилла. Она стояла у окна и смотрела.

Так, спокойно. Не облажайся, Коул.

Удар.

Точно в цель.

Превосходно.

Я чувствовал её взгляд на себе. И вопреки ожиданиям, это не смущало, а наоборот — вселяло уверенность. Я ощущал себя чёртовым Суперменом.

Ещё один удар.

Да.

Я неуязвим.

Джуд не врал — это отличная тренировка. Я уже вспотел, сердце бешено колотилось, плечи ныли, а пресс напрягался с каждым взмахом.

Только я закончил с очередным поленом, как услышал кашель.

Подняв взгляд, я увидел Виллу, стоящую у угла дома, с широко распахнутыми глазами.

На ней было пальто поверх домашних штанов, а на ногах — пушистые тапочки, уже наверняка насквозь промокшие.

Отпрянув, когда заметила, что я на неё смотрю, она поспешно запахнула пальто на груди.

— Что ты делаешь?

— Колю дрова, — я подогнал очередное полено, стараясь не выдать улыбку.

— Зачем?

— Нам нужны дрова, — пробормотал я.

Вся эта сцена была абсолютно абсурдной, но что поделаешь? Ради этой женщины я был готов выставить себя полным идиотом.

Подняв голову, я увидел, как она на меня пялится. Чёрт, если это не заставило меня почувствовать себя десятиметровым гигантом. Я выпрямился во весь рост, закинул топор на плечо, как какой-нибудь сраный Пол Баньян, и ухмыльнулся.

— А ты чего на морозе? Холодно ведь.

Она застыла, как загнанный в угол олень.

— Я… я вышла проверить розы, — кивнула на ряд голых и замерзших кустов у стены коттеджа.

— Ага. В январе?

Щёки у неё вспыхнули. Боже, как же мне нравилось, как легко она краснеет.

— У них период покоя, но всё равно нужен уход, — попыталась она придать голосу серьёзности, как когда говорила на медицинские темы, но дрожащие руки выдали её с головой.

Я кивнул, закусив губу, чтобы не рассмеяться. Ни перчаток, ни инструментов, тапочки, но конечно, дорогая, розы зовут.

— На улице мороз, — буркнула она, уперев руки в бока. — Надень куртку.

На этот раз я не стал сдерживать улыбку, расползающуюся по лицу.

— Не могу. Весь вспотел. Это тяжёлый труд. — Я хлопнул по рукоятке топора. — Возможно, мне придётся снять футболку.

Я прислонил топор к поленнице и потянулся к низу своей футболки, намереваясь устроить ей шоу.

Но не успел толком начать, как она ахнула и шагнула вперёд… и тут же подвернула ногу и грохнулась в снег.

Планы пришлось отбросить. Я кинулся к ней.

— Чёрт, — выдохнула она.

Я опустился на колени.

— Ты в порядке?

— Да, — отводя взгляд, пробормотала она. — Всё нормально.

Я осторожно смахнул снег с её ног, возможно, чуть дольше, чем следовало бы.

— Тебе лучше вернуться в дом, — я помог ей подняться и держал за руки, пока она не обрела равновесие. — Хочешь, я приду и помогу тебе согреться? — приподняв