Рядом Лида дергается. Но мне даже объяснять ничего не хочется.

— Идем. Где твой пакет? — кручу головой.

— Вот. Я взяла, — поднимает с пола свой наряд.

Так и выходим в обнимку.

— Стрелка взяли? — мимоходом тихо спрашиваю Михайлова, идущего рядом.

— Да, Артем снял, — усмехается тот. — Но толку мало. Пацан без сознания. Вон, в больничку пакуют, — кивает на скорую, на мудака, лежащего на носилках с запрокинутой башкой. Весь в черном, Рембо хренов.

— И конечно, мы не знаем, кто заказчик, — цежу в ярости.

Киваю знакомым ментам.

— На меня было совершено покушение, — заявляю набычившись.

— Юра, ну твою ж налево, — с досадой крякает наш местный майор. — Вот что тебе в городе не живется? Какого тут разборки устраиваете? Нам отчетность портите…

— Разберемся, — бросаю угрюмо. Показываю на плечо, где из-под тонкого застиранного трикотажа выпирает повязка. — Ранили меня, командир. Вот, в больницу едем.

— Давай. Сейчас следом пришлю бойцов. Пусть показания снимут. С тебя и с девушки твоей, — улыбается майор Лиде.

«Какой еще девушке? — туплю как придурок. — Лида — душа моя».

Глава 41

— Да нормально все, — лежа на операционном столе, еле-еле ворочаю языком.

— Ты хоть знаешь, кто тебя заказал? — мрачно бросает Басаргин. Моет руки в угловой раковине. Мажет взглядом по местной сестричке. И та безропотно надевает на растопыренные Михины клешни перчатки из латекса.

— Знаю, конечно. Варнас. Больше некому, — оглядываю из полуопущенных век унылую бело-серую операционную и усмехаюсь криво.

Сам себе готов башку открутить. Какого болтаю при посторонних? Лидины таблетки боль притупили, а язык развязали. — Без наркоза, — мотаю головой, завидев шприц с прозрачной жидкостью перед моим носом. — Мне еще сегодня дочку замуж выдавать. Не простит она, если отключусь…

— Что там у вас? — кивает на лекарство Басаргин. Внимательно слушает местного доктора, уступившего ему свое место. И мотает головой. — Нет. Это не годится. У меня в машине возьми. На заднем сиденье аптечка. Ключи достань, — приподнимает край халата.

Самая бойкая медсестричка лезет к нему в карман, достает ключ от Бэхи.

— Давай, по-быстрому, — приказывает ей Миха. — Скоро начинаем.

— А у тебя что? — спрашиваю настороженно.

— Тебе понравится, — ухмыляется Басаргин. И когда девчонка буквально через пять минут прибегает в операционную с лекарством, лично вводит мне в вену препарат. — Заснуть не заснешь, соображалка работать будет, боль притупит хорошо, но и легкая эйфория накатит. Для свадьбы в самый раз, — приговаривает он.

Прикрываю глаза. Думаю о Лиде. Как она там? Дает показания? Одна…

Хорошо, Яша с Тохой сразу прискакали. Братики мои. Без них никуда. Главное, чтобы Стеха не узнала. И так истерит всю неделю. Еще отменит свадьбу. Тогда придется мне с ней в клинику ехать. А так дома с Лидой побыть хочется.

Через неделю начнется основной замес. Уже не до обжиманий будет.

Часть акций мы уже перекупили, Варнас побегал, побегал, а ничего сделать не смог. Завтра состоится суд во Владивостоке, решение судья вынесет правильное. Для меня.

А там дело техники. Назначим нового генерального и зайдем на завод с новыми учредительными документами и полицией. Варнас и каркнуть не успеет. Старый ворон, мудила жеваный.

«Его пакет акций я лично выкуплю», — улыбаюсь довольно.

— Ну, все, клиент поплыл, — слышу над ухом Мишкин бас. — Ты как, братан? Мы уже закончили, — сжимает мои пальцы.

— Да нормально все, — распахиваю глаза. — Я не спал…

И не слышал ничего. Вообще ничего.

— Подлатал я тебя, — смеется Басаргин. — Пульку дать? Сохранишь на память? — стебется гад.

— Да пошел ты, — морщу нос. — Тоже мне трофей.

Пытаюсь встать. Но ноги не слушаются.

— Давай, братан. Потихонечку, — помогает мне Мишка.

— Лида моя где? — насупившись, спускаюсь на пол. Обретя устойчивое положение, нахожу взглядом резиновые тапки, выданные мне в приемном покое. На слабых ногах плетусь к выходу.

— Спасибо, что приютили, — пожимает Басаргин руку кому-то из медиков.

— Это вам спасибо, Михаил Васильевич. Мастер-класс от вас дорогого стоит, — восклицает тот из-под маски.

Устало перебирая ногами, тащусь к выходу.

— Юр, подожди, я помогу, — окликает меня Басаргин.

Но я, не слушая, пру дальше. Кто-то из сестричек открывает мне дверь, ведущую из оперблока в холл.

Делаю шаг и тут же нахожу взглядом Лиду и братьев. Яша стоит у окна, с кем-то по телефону перетирает, а Тоха с моей девочкой беседует.

В груди закипает от ревности.

«Стоп!» — останавливаю шквал эмоций. Нашел повод. Мой брат и моя женщина. Им теперь что, и поговорить нельзя.

— Юра! — замечает меня Лида. Подскакивает с места. — Юрочка, — прижимается к здоровому плечу.

— Да все нормально, Лидуша, — обнимаю ее здоровой рукой. Прижимаю к себе. Вдыхаю запах. И оживаю, словно энергетика хлебнул.

— Что у нас по времени? Успеваем? — поворачиваюсь к братьям.

— Да. Еще час в запасе. Если тормозить не будем, то успеем, — рапортует Тоха, а Яша кивает.

— По ментам что? — перевожу на него взгляд.

— Дорогой расскажу, — кивает брат. — Я все уладил. Варнасу встречу назначил.

— Зачем? — поднимаю на него недобрый взгляд.

— Ну, пусть расскажет, как дошел до жизни такой. Устроил тут трип «Назад в девяностые». Да еще в день свадьбы…

— Кто-то знал, что Лида за платьем поедет. Караулил… — встревает Тоха.

— Да, где-то информация просочилась, — поддерживает брата Яков.

— Потом, — чувствую, как в руках дергается моя девочка, обрываю порожний треп.

Все порешаем. Будет время. Сейчас главное — Стешу замуж выдать и Лиду не разволновать. Досталось ей сегодня.

Это я кабан крепкий. Не первый раз в переделках. А Лида… Она девочка нежная, хрупкая. Ее беречь надо.

Дома переодеваюсь с помощью Лиды. Надеваю темно-синий костюм и белую рубашку. Морщусь от боли. И снова прошу.

— Наркоз отходит. Дай мне еще обезбола.

— Да, конечно, — достает она таблетки из сумочки, вытаскивает их из упаковки, дает стакан воды. Проглатываю все быстро. Веду ладонью по белой кофточке и заглядываю в лицо перепуганной девчонке.

— Ты почему не переодеваешься, Лид? Нам выходить скоро.

— Иди сам, — мотает она головой. — Я не могу надеть этот костюм. Понимаешь? Просто он у меня теперь прочно связан с покушением. Нас чуть не убили, Юр, — всхлипывает она.

— Так давай придумаем ему новую историю. Свадьба всегда к радости, всегда к надежде на лучшее, — целую ее в висок. — Надевай. Ты в нем самая красивая, Лида.

Глава 42

— Папа, ну наконец-то! — фыркает возмущенно Стефания.

В белом закрытом платье с кринолином и рукавами буфами она выглядит как настоящая принцесса. На голове диадема, поддерживающая фату. В руках круглый букет из