— Ты чего хулиганишь с утра пораньше? — строго спросила она. — Уходи, а то милицию вызову.

— Простите, я не хотел шуметь, — осторожно сказал я. — Я друг Карины. Она не открывает. Может быть, вы знаете, где она?

— Ладно, вроде на грабителя не похож, скажу, — старушка понизила голос, — в больнице она, дочка у неё болеет, все дни напролёт там пропадает.

Меня накрыло жгучей волной раскаяния. Как бы я хотел быть с ней рядом, поддерживать, делить боль на двоих!

— А адрес не подскажете? Я впервые в вашем городе.

Получив от сердобольной старушки чёткие указания, куда направляться, я попрощался с ней и рванул по указанному адресу.

Забежал в здание больницы, ноги несли к отделению реанимации. Меня пытались остановить, но я упрямо шёл вперёд. Я должен был их увидеть несмотря ни на что. И я увидел.

Карина сидела на полу, уткнувшись лицом в ладони, а над ней навис врач. Я похолодел. Что случилось, неужели опоздал?

Врач заметил меня и попытался прогнать.

— Я не посторонний, здесь моя дочь и ей нужна помощь.

Краем глаза заметил, как Карина вздрогнула и подняла голову, увидел её потрясённый взгляд, услышал её тихое:

— Это отец ребёнка.

Всё это трогало до глубины души, но сейчас нужно было любой ценой помочь малышке. Выяснение отношений следовало оставить на потом. Поэтому. я последовал за врачом и даже не приблизился к Карине.

Я бы просто больше не смог от неё оторваться.

Сдал необходимые анализы.

Спустя небольшой промежуток времени, к моей радости, мне сообщили, что моя кровь подходит для переливания моей дочке, и следовало готовиться к процедуре.

У меня взяли кровь.

Я больше не был здесь нужен и вышел в коридор. На стуле увидел Карину. Она сидела и невидящим взором смотрела на стену, не моргая, словно погружённая в какой-то транс. Карина очень похудела, была бледная и измождённая. И я в очередной раз почувствовал себя виноватым в том, что оставил её в таком тяжелом положении одну. Хотя откуда я мог знать.

Подошёл, присел на соседний стул. Карина вздрогнула и посмотрела в мою сторону. Меня обдало жаром, эти глаза, прозрачные как море, они несколько не изменились. А я в тот же миг понял, что обманывался, убеждая себя, что смогу её забыть.

— Ну привет, Карина, как ты? — хрипло произнёс я, просто потому что нужно было сказать хоть что-то.

— Как видишь, не самым лучшим образом. Но теперь, благодаря тебе, всё будет хорошо, ты спасёшь мою дочку, я знаю это наверняка.

Я поёжился:

— Ты хотела сказать "нашу дочь", — поправил я её, она отрицательно покачала головой.

— Нет, она только моя. Как только мы убедимся, что малышка пошла на поправку, ты можешь быть свободен. А я буду тебе благодарна до конца своей жизни за то, что ты сделал для неё.

До меня медленно доходили её слова.

Значит, я был нужен лишь как донор крови для нашей дочки.

Это, безусловно, была почётная миссия. Но мне хотелось дождаться ответных чувств от Карины. Похоже, их не было. А как можно просить о том, чего нет? Значит, после всех необходимых процедур, я возвращался в Москву. Один. Всё было предельно ясно.

Не ясно было только одно: как я смогу теперь прожить без них?

Глава 30 Карина

После переливания крови, моя девочка быстро пошла на поправку. Она начала набирать вес, задышала самостоятельно. Мне даже разрешили подходить к ней, и я теперь имела возможность гладить её маленькие пальчики.

Это было невероятное счастье.

Тревоги начали отступать.

Оставался один очень важный, нерешённый вопрос — наши взаимоотношения с Матвеем.

Он приезжал в больницу каждый день. Проводил много времени с дочкой.

Но в разговорах со мной был сдержан и замкнут. Причину этого, я видела в его предстоящей свадьбе с Оксаной. Думать об этом было очень больно, но я не имела права разрушать их счастье. От Матвея я отказалась сама, а он не стал меня дожидаться и быстро переключился на другую. Это было его право, винить за это я его не могла.

Несмотря на то, что он слегка похудел, выглядел Матвей, по-прежнему, невероятно привлекательно. Только карие глаза стали не весёлыми, а какими-то задумчивыми.

Меня безумно тянуло к нему, хотелось тепла и ласки. Но Матвей мне больше не принадлежал, и я твёрдо решила отпустить его навсегда после выздоровления дочки.

Наконец настал тот день, когда Маришу должны были выписать из больницы и отпустить домой.

С самого утра я готовилась к приезду моей дочки: надраила и так чистые полы, постелила красивое бельё с мишками в маленькую кроватку, развесила по всему дому шарики, позвала в гости тётю Лену и мою начальницу Марию Петровну.

Назначенное время выписки приближалось, я уже хотела вызывать такси, как вдруг у меня зазвонил телефон. Это был Матвей.

— Привет, Карина! — ровным тоном произнёс он. — Ты ещё дома? Я тут рядом, могу тебя подвезти, если нужно. Всё равно еду туда же.

Я заколебалась, мне не хотелось оставаться наедине с Матвеем, пусть даже это было в салоне машины белым днём. С другой стороны, это было очень удобно и, к тому же, выглядело вполне уместно для нашей ситуации: мама и папа приехали за новорождённым ребёнком вместе. И я согласилась.

Через полчаса Матвей сообщил, что подъехал и ждёт меня внизу. Я вышла из подъезда и увидела большой белый внедорожник. Засомневалась, что это машина Матвея. Раньше он водил машину гораздо проще. Заглянула в салон, увидела Матвея за рулём и только тогда открыла дверь и села в машину.

— Привет! — смущённо пролепетала я, замечая краем глаза, что он внимательно на меня смотрит.

— Доброе утро, Карина! — холодным тоном ответил он. — Готова забрать домой свою принцессу?

Я заметила, что в последнее время Матвей всегда делал акцент на том, что ребёнок только мой. Ну и ладно, я сама воспитаю малышку. Он и так очень много для неё сделал.

— Да, я очень долго представляла этот день.

— Тогда едем скорее.

Мы подъехали к больнице ровно в назначенное время.

В холле к нам подошёл лечащий врач Марины:

— Ну что, дорогие родители, как