Я бы никогда не надела его на работу, но оно заставляет меня чувствовать себя красивой, и умело скрывает живот, который я ненавижу столько лет, сколько Престон твердил мне, что я толстая и никому не нужна с моим послеродовым телом.

Я добавила золотые серьги и тонкую золотую цепочку на шею.

Беру телефон, переключаю звонок на видеосвязь, на экране тут же появляется лицо Бритт, а я перевожу камеру, чтобы показать ей свой образ полностью.

Она сразу тихо свистит и добавляет:

— Ууу, горячо!

— Серьезно, Клара, — восклицает она, — если он сразу не упадет на колени и не предложит тебе выйти за него замуж, он полный идиот. Ты выглядишь просто потрясающе.

Я закатываю глаза — без злости, скорее от нервозности:

— Спасибо... Но я не знаю. Может, мне все-таки отменить? А вдруг он просто играет? Ретт ведь с ним разговаривает. Ему он нравится. А что, если мы для него окажемся недостаточными? Я не переживу еще одного Престона, Бриттани.

Я вижу, как в ее глазах вспыхивает ярость, не на меня, а на те ужасные мысли, что роятся в моей голове.

— Клара, ты просто накручиваешь себя. Он приходил к тебе домой. Он был здесь вчера вечером только ради того, чтобы провести время с тобой и Реттом. Он помогал твоему сыну готовить тебе завтрак. Ничто в его поступках не говорит о том, что он хочет поиграть с твоими чувствами.

Я уже открываю рот, чтобы ответить, как вдруг в дверь раздается стук.

Мы обе смотрим друг на друга с расширенными глазами.

— Кажется, это он, — шепчу я.

Она смеется:

— Конечно это он. Иди уже. Завтра все расскажешь. И не забудь надеть те черные каблуки, от которых твоя задница выглядит просто бомбически. Люблю тебя. Пиши, если что-то понадобится.

Она машет мне пальцем в прощальном жесте и с улыбкой отключается.

Сучка. Бросила меня одну.

Но я все равно делаю, как она сказала. Достаю свои черные туфли на каблуках, которые делают меня почти метр восемьдесят три, и быстро застегиваю ремешок на щиколотке. По пути к двери хватаю ключи и клатч со стола на кухне. Делаю глубокий вдох и заглядываю в глазок, чтобы убедиться, что это действительно он.

Дверь открывается, и его глаза расширяются, медленно скользя по мне сверху вниз, от макушки до кончиков пальцев, и обратно. Пока он без спешки рассматривает меня, я позволяю себе сделать то же самое.

Роуэн выглядит так, будто только что сошел с подиума: черные брюки идеально облегают его длинные ноги и сильные бедра, черный ремень подчеркивает подтянутую талию,

а темно-серая рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами обхватывает его крепкие руки, рукава закатаны до локтей.

Черт, да это настоящее порно для любителей мужских рук.

Черные татуировки начинают свой путь от его запястий, обвивают предплечья и исчезают под рукавами. А еще я вижу, как узоры чернил поднимаются по его шее и останавливаются прямо перед воротником, рубашка сидит так, что это отчетливо видно.

Я снова перевожу взгляд на его лицо и замечаю его волосы, еще прошлой ночью я заметила, что они чуть вьются на макушке. Сейчас они растрепаны так, будто он провел по ним руками, оставив ту самую идеальную, естественную небрежность.

Я медленно опускаю взгляд ниже, к его острым скулам, к щетине, которая этим утром так приятно царапала мою кожу. Теперь она аккуратно подравнена, подчеркивая резкие линии его лица. Когда я дохожу до его полных губ и вижу, как уголки приподнимаются в намеке на улыбку, мои глаза резко взлетают к его глазам, и я понимаю, что меня поймали на горячем. Роуэн медленно поднимает руку и осторожно обхватывает ладонью мое лицо.

Я не могу сдержаться, чуть подаюсь к нему навстречу.

Его голос хриплый, когда он наконец заговорил:

— У меня нет слов. Кажется, я впервые в жизни потерял дар речи. Ты выглядишь... выглядишь потрясающе, Красавица.

Я уже открываю рот, чтобы что-то сказать в ответ, но не успеваю, так как Роуэн резко накрывает мои губы поцелуем.

Наверное, я должна остановиться, да? Дать себе секунду перед тем, как ответить? Собраться с мыслями? Но я не останавливаюсь. Как только его губы касаются моих, я отвечаю ему с той же яростью. Мои губы размыкаются, и он скользит языком внутрь.

Наши языки и рты быстро находят общий ритм, мы пробуем друг друга, дразним, исследуем, изучаем.

Одна его рука погружается в мои волосы, вторая обхватывает мою задницу, сжимая ее с такой собственнической жадностью, что у меня перехватывает дыхание.

Он медленно скользит ладонью вниз, обхватывает мое бедро и подтягивает его вверх, обвивая вокруг своей талии, прижимаясь ко мне всем телом. Я ощущаю сквозь ткань его брюк, насколько твердым и тяжелым стал его член, и вспоминаю утро, он меня разрушит.

Я отрываюсь от его губ, тяжело дыша.

Роуэн склоняет лоб к моему и заглядывает мне в глаза, а в его взгляде пляшет веселье, и губы тронуты полуулыбкой.

— Все это должно было подождать до ужина, — усмехается Роуэн. — Клянусь, я собирался быть идеальным джентльменом. Но, черт возьми, Клара, ты не можешь открывать мне дверь в таком виде, смотреть на меня глазами типа "трахни меня", и рассчитывать, что я останусь в здравом уме.

Мое лицо заливает жар, но Роуэн лишь смеется и крадет еще один быстрый поцелуй.

— Давай, малышка. Закрывай дверь, а то мы вообще никуда не уйдем. Хотя, если честно, меня это вполне устраивает. Я бы с огромным удовольствием провел ближайшие три часа в твоей спальне… А может, еще и у стены, в душе, на диване, на кухонном столе… Столько возможностей, на самом деле.

Он делает вид, что пытается втащить меня обратно в квартиру, но я смеюсь и отмахиваюсь от него.

И вдруг понимаю, что это первый настоящий, искренний смех за долгие годы, и не из-за не четырехлетнего сына или подруги.

— Нет-нет, мистер Бирн, — игриво говорю я. — Вы обещали мне вечер в городе, разве не так?

Он закатывает глаза и с притворным стоном говорит:

— Ладно, ты права. Но к обращению "мистер Бирн" мы еще вернемся.

Он ухмыляется, наблюдая, как я закрываю дверь на замок, затем берет меня за руку и ведет к черному затонированному Escalade.

У задней двери нас уже ждет Нолан, увидев нас, он сразу распахивает дверь.

Кивает Роуэну:

— Босс.