Ого. Правда?

Джулиан так близко, что прикосновение его губ, когда он говорит, посылает мурашки по всему моему телу, разливая под кожей жидкое тепло.

Ощущения такие, словно я стою на краю пропасти, не зная, что ждет меня впереди.

– Звучит… будто тебе больно, – прерывисто шепчу я.

Его голос становится глуше, словно слова вырываются из самой глубины души.

– Ничего не болит, когда я с тобой.

Он действительно так думает? После всех этих месяцев неопределенного флирта Джулиан наконец-то раскрывает то, что творится у него в голове?

Это не просто похоть, а слова мужчины, которому я дорога. Джулиан хочет меня всю, а не только мое тело.

Он скользит руками под мою майку, сжимая ткань на спине.

– Грейс…

От легкого прикосновения его губ по моим венам разливается жар. Все мое самообладание летит к чертям, и я отвечаю на поцелуй, впиваясь в мягкие теплые губы. Его тело напрягается. Джулиан прижимается еще ближе, нежно обхватывает мое лицо своей горячей ладонью, а большим пальцем ласкает подбородок. Он целует меня, и я забываю обо всем.

Волна удовольствия смывает все сомнения, и я крепче обхватываю его шею, приподнимаясь на цыпочки, чтобы быть ближе.

Вспыхнувшая между нами искра зажигает внутри меня целую вселенную мерцающих звезд. Его язык, игривый и манящий, увлекает меня в бездну наслаждения. Цепляясь за него, я едва касаюсь пола кончиками пальцев. Джулиан нежно перебирает мои волосы, массируя шею, и от этого прикосновения в груди рождается странная сладостная дрожь.

Тихий смешок растворяется в поцелуе, который становится глубже, притягивая нас друг к другу так близко, что ткань одежды кажется невыносимым барьером.

– Боже, Грейс, – шепчет он, и его дыхание опаляет мою щеку. Легкие укусы зубами на мочке уха заставляют меня вздрогнуть. – Я так долго этого хотел.

– Да?

– М-м-м-хм-м.

Он оставляет влажный поцелуй на моей шее, и волна острого возбуждения прокатывается от живота до кончиков пальцев ног. Я невольно сжимаю бедра и подаюсь ими навстречу.

Его губы снова находят мои, настойчивые и жадные. Джулиан обхватывает меня за талию, притягивая к себе, и я чувствую его эрекцию, горячую и твердую, прижатую к моему животу. Это невозможно игнорировать.

О боже. Он хочет меня.

Этот очаровательный, умный, добрый мужчина хочет меня.

Я могла бы попросить его отнести меня в спальню, и он бы с радостью сделал это. Уложил бы меня на постель и, судя по этому поцелую, подарил бы мне лучший секс в моей жизни.

А я, вероятно, худший в его.

«Это как трахать Снежную Королеву».

Воспоминания обрушиваются на меня лавиной, заставляя пальцы судорожно сжаться. Я отстраняюсь от его губ, оставляя короткие успокаивающие поцелуи на челюсти, прежде чем коснуться губами его горла, вызывая низкий, утробный звук.

Джулиан понимает мой безмолвный сигнал и ослабляет хватку. Я скольжу вниз, пока ноги не обретают опору на полу, и встречаюсь с его взглядом – темным и глубоким, как омут. На его щеках играет румянец, а в глазах горит неприкрытое желание.

Я кладу ладони ему на грудь, создавая хрупкий барьер между нами.

– Это, наверное, не очень хорошая идея.

Он хмурится, всем своим видом выражая несогласие. Его брови нахмурены, а уголки губ опущены.

– Я… – Я опускаю взгляд на его грудь. – Мы не…

– Что? Мы не что? – говорит он с хрипотцой в голосе.

Я потираю нос, отгоняя настойчивое желание и мысли о том, что Джулиану все равно, если я окажусь неопытной и неловкой. Его умелые руки обещают удовольствие, о котором я только читала.

Но что, если ему не все равно?

Знакомая тревога когтями вцепляется в мою грудь, скручивая каждый нерв в тугой узел.

– …Готовы… – бормочу я и тут же поправляюсь: – Я не готова.

Он наклоняет голову, словно пытаясь разглядеть мои истинные чувства за этой напускной бравадой.

– Мне… стоит извиниться?

Я сдвигаю брови.

– Ты не сделал ничего плохого.

– Тогда почему ты выглядишь так, будто вот-вот запаникуешь?

– Я… не… – Я тянусь к нему, но тут же опускаю руку. – Просто это было неожиданно.

Джулиан снова наклоняет голову, и его темный взгляд скользит по моему телу в пижаме, прежде чем он берет меня за запястье и нежно тянет к себе.

– Неужели?

В моей памяти всплывают последние месяцы, сотканные из наших воображаемых поцелуев, которые я так часто рисовала в мечтах.

Завороженно глядя в его темные глаза, я шепчу:

– Нет.

Его рука медленно скользит по моей, пока костяшки пальцев не касаются подбородка. Легкое прикосновение обжигает кожу, словно разряд тока.

Джулиан приподнимает мой подбородок.

– Нет, не было. И я хочу повторить это.

Задыхаясь от желания, я киваю, и его мягкие губы снова накрывают мои, медленно и мучительно. Он пахнет той же коричной жевательной резинкой, которую так любит, с легким оттенком черного кофе. Эта пьянящая смесь разжигает во мне неутолимую жажду.

Я снова приподнимаюсь на цыпочках, стремясь быть ближе к нему. Огонь страсти превращает мою кровь в расплавленное золото, горячее, великолепное и сверкающее. Наши тела сливаются в естественном ритме: мои руки в его мягких волосах, его ладони на моей спине.

Я отрываюсь от его губ, чтобы нежно прикусить линию челюсти, а затем спускаюсь к шее. В ответ Джулиан сжимает мышцы моей спины, а затем его пальцы скользят ниже, дразняще касаясь резинки пижамных шорт. Мои губы находят пульсирующую вену на его шее, и я присасываюсь к ней, ощущая, как он шепчет мне на ухо ободряющие слова.

Кожа Джулиана солоноватая и пьянящая на вкус.

Из его груди вырывается приглушенное рычание, и он снова завладевает моими губами, на этот раз более грубо и требовательно. Его руки блуждают по моему телу, очерчивая изгибы, дразня, но избегая интимных прикосновений.

В каждом его движении – уверенность, без нажима, но и без малейшего колебания. Он заявляет о своих правах на меня, пробуждая во мне бурю желаний. Джулиан покоряет мое тело, словно чертов пират, бороздящий открытый океан в погоне за горизонтом.

Мы извиваемся в объятиях друг друга, связанные невидимыми нитями страсти. Напряжение растет, словно перед грозой. Воздух наэлектризован.

Моя кожа горит от желания.

Я жажду его.

Он необходим мне.

Мне нужно освобождение.

Его губы снова на моих. Я обвиваю ногой его бедро, а Джулиан запутывается рукой в моих волосах.

Скольжу ладонью к поясу его медицинских штанов, сжимая пальцами резинку, и он, задыхаясь, прижимается лбом к моему плечу.

– Я должен остановиться.

Нет, не останавливайся.

Мое сердце бешено колотится, отбивая безумный