последний раз прослушала приветствие от автоответчика Виктора и ушла работать.
22
Преодолев расстояние в семь километров, перебежав дорогу в неположенном месте (он по-прежнему был во власти судьбы), растолкав целую процессию митингующих (на всех площадях и улицах люди выступали против расширения сферы влияния Карты; среди протестующих особенно выделялись разгневанные семейные психологи, потерявшие девяносто пять процентов клиентуры), измученный Виктор оказался на углу своей улицы.
Он опустился на лестницу в подъезде, не в силах преодолеть последние метры, отделявшие его от квартиры. Виктор больше не мог там находиться. Он больше не мог выносить воспоминание о Поле, которое крутилось у него в голове последние семь тысяч метров. Больше не мог жить среди останков мертворожденной любви. От него ждали личного вклада? Да ведь это то же самое, что построить виллу с видом на море, чтобы красиво умереть.
Услышав, как сверху кто-то спускается, Виктор прижался к стене, чтобы дать человеку пройти. У него не было ни малейшего желания вступать в диалог. Въезжая в этот дом, Виктор посчитал делом чести сразу познакомиться со всеми соседями, чтобы впоследствии случайные встречи не становились поводом узнать друг друга получше.
И все же он поднял глаза, чтобы поздороваться, потому что не стоит терять расположение соседей на случай, если потеряешь ключи. По ступенькам неуверенным шагом сходила девушка, которую Виктор видел впервые.
– Здравствуйте… – сказал он.
Девушка остановилась и внимательно посмотрела на него.
– Добрый день… – ответила она, и Виктор прищурился.
Он еще никогда не видел настолько тоскливого взгляда, и его это ошеломило.
– Вы… новенькая?
– …
– В смысле недавно переехали? – пояснил Виктор, прочистив горло, ведь он прекрасно понял, с кем имеет дело. (Как и девушка, ведь пальцы Виктора без остановки нажимали на невидимые клавиши.)
– Да… – ответила девушка и прибавила шагу.
– Постойте…
Но девушка выбежала из подъезда.
23
Это было выше его сил, мучительнее всех тревог, которые охватывали его до сих пор. Поэтому, оказавшись дома, Виктор залез в ноутбук Лолы.
Он тщательно просмотрел каждую переписку со дня их знакомства.
Чувствуя, как разрывается сердце (у него внутри то и дело что-то взрывалось), Виктор в пятый раз напечатал буквы «п о л ь» в очередной поисковой строке, но так ничего и не нашел. Ни среди друзей Лолы, ни в адресной книге электронной почты, ни среди ее подписчиков и прочих служителей эго, которых это самое эго коллекционирует, не нашлось ни одного Поля. Виктор снова зашел в фейсбук[10] Лолы и открыл вкладку «Другое», где хранились диалоги с пользователями, которых не было в списке друзей, но которые, однако, могли отправлять сообщения.
Виктор почти сразу нашел страницу Поля.
Он постоянно написывал Лоле.
Поль был то очарован, то покорен, то поражен, то восхищен, то впечатлен, то обворожен, то околдован тем, как они с Лолой провели вечер. А еще он написал, что не может ее забыть.
24
Лола шла домой, не задумываясь, куда ее несут ноги. Путь от работы до квартиры получился ужасно длинным. Лола так и не узнала, что случилось с Виктором, она была встревожена, и внутри у нее образовалась бездонная пустота. Лола так старательно оттягивала свое появление дома, что, казалось, плыла по воздуху, а не шла. Внезапно окружающий мир стал двигаться с бешеной скоростью. Земля начала вращаться быстрее ровно тогда, когда времени почти не осталось.
25
После бесчисленных рассуждений Виктор все же решил немного успокоиться. Конечно, в какой-то момент ему захотелось выбросить ноутбук в окно, а вслед за ним выбросить в окно вообще все, а потом расколотить это самое окно и все, что можно расколотить в квартире, но он взял себя в руки. Чего ждать от Лолы? Что она будет молчать? Или все ему объяснит? Или пустит в ход свои чары, которые на него не подействуют?
Он оставил ноутбук на виду, прямо на кухонном столе. Лола не ответила на сообщения Поля. Но и не попросила его перестать ей писать.
Лола одаривала Поля молчанием (ни от чего не открещивалась, ничего ему не запрещала, не пыталась умерить его пыл), и это вызывало у Виктора еще большее отвращение. Он воображал, как мысли Поля превращаются в мультфильмы, и ему от этого становилось противно.
Наконец Виктор лег, оцепенев от потрясения: потеряв всякую надежду, он утратил способность двигаться. Потеряв способность что-либо чувствовать, он заглушил свой двигатель.
26
Войдя в квартиру, Лола выронила сумочку из рук. Она подошла к компьютеру и перечитала сообщения Поля с еще бо́льшим ужасом, чем когда он только начал ей писать.
Лола бросилась в спальню, но уже было слишком поздно. Во взгляде Виктора появилась какая-то странная досада, и Лола напрасно объясняла ему, что это ничего не значит, что Поль – совершенно бестактный человек и что она ничего с этим не может поделать, что она ни разу ему не ответила, но он не отступал, что она чувствует себя виноватой, но сама очень страдает. Виктор ничего не хотел слышать.
– Почему он постоянно к тебе приходит, а?
– Я же сказала, что это был не он, Виктор. Это уже попахивает паранойей.
– Хватит врать. Я видел, как вы смеялись.
– О чем ты?
– Вот совсем недавно.
– Ты спятил. Неужели ты правда думаешь, что я сегодня в состоянии смеяться?
– А что ты мне скажешь насчет сообщений? Почему он тебе все это пишет? Почему ты так запала ему в душу? – спросил Виктор с таким подозрительным видом, что Лоле стало не по себе.
– Я не могу никому запретить мне писать. Ты же видел, что я ему не отвечаю.
– А кто тогда был с тобой сегодня?
– О чем ты?!
– Кто этот мужчина, с которым ты сегодня смеялась?
– Да откуда мне знать! Я же понятия не имею, в какой момент ты исчез!
– Я хочу, чтобы ты перестала ходить на работу.
– Это очень сложно…
– Хочу, чтобы ты уволилась прямо сейчас.
– Мне нужно поработать еще несколько дней. И ты это прекрасно знаешь, – раздраженно ответила Лола.
Они перешли в гостиную, перенося проблемы туда, где больше места, и у Виктора из глубины горла вырвались бесцветные слова:
– Знаешь, кто понравится твоей маме?
– Нет.
– Не знаешь? Твоей маме очень понравится Поль.
– Умоляю тебя, хватит об этом.
– Как она обрадуется, если Поль придет к ней домой. Ведь с Полем можно отлично встретить Новый год.
– …
– Я не прав?
– …
– Я не прав?
– Нет…
– Ах так? Тогда докажи.
– Это глупо…
– Позвони ей. Мы сходим пообедаем вместе.
– Прекрати.
– Что?
– Ты ненавидишь мою маму.
– С чего ты взяла…
– Об этом не может
