Я ничего не ответил. Лишь осторожно покрутил клинок между пальцами, всматриваясь в письмена. Сомнений не было. Это была не подделка, а самый настоящий иллитийский кинжал. Слишком много совпадений. Сперва странное воспоминание Ксентаны, потом заколка, а сейчас этот клинок. Как бы мне не хотелось верить в то, что слова Кармеллы неправда, я не мог этого сделать. Внутри нарастала буря, хотелось рвать и метать, чтобы хоть немного успокоить захватившие меня чувства. Я слишком верил девушке. Доверял ей. И сейчас перед моими глазами эта нежная красавица превращается в заговорщицу, которая хочет меня уничтожить! Это бред какой-то.
- Думаю, что Ксентана по какой-то причине помогает василискам, - осторожно озвучила свою мысль Кармелла.
- Ты что-то не договариваешь мне, - проговорил я. – Говори прямо, Кармелла.
- Я видела, как Ксентана входила в подземелье накануне последнего нападения. Она была там слишком долго, чтобы сказать, что просто заблудилась. Но единственный, с кем она могла там встретиться, это Джерласс. Она соврала тебе, Райлан. Она не вспомнила о нападении. Она узнала о нем от Джерласса. Или они вместе придумали это.
Я ничего не ответил девушке. Лишь поднялся и накинул рубашку. Девушка тоже молчала. На смену гневу пришли холод и безразличие. Кармелла была права. Слишком многое я упустил. Ирония жестокой судьбы. Едва я позволил себе поверить, что Ксентана – это та девушка, которой все равно на мое происхождение и прошлое, как вновь получил в ответ ложь. Слова Кармеллы имели смысл, и я не мог их игнорировать. Слишком правдиво. Слишком четко. Она лишь сказала то, что я так долго боялся однажды узнать. Но я должен убедиться. Еще раз убедиться, что Ксентана и правда за этим стоит. Последний шанс, который я дам девушке. И себе самому.
- Верни кинжал на тоже самое место, - велел я Кармелле перед своим уходом.
- Но она сможет убить тебя! – воскликнула Кармелла.
- Сделай так, как я сказал. Если все, что ты узнала, правда, то она непременно попробует воспользоваться им. Если это так, то я сам остановлю ее, - холодно проговорил я.
- А что потом? – робко спросила девушка.
- А потом уничтожу, - твердо ответил я и вышел из комнаты.
