Тот напряженно стоит, не отвечая на мои объятия. И я, смутившись от своих эмоций, отпускаю его и отступил обратно. Чезаре тут же прижимает меня к себе. Замечаю, что братья смотрят друг на друга сейчас несколько иначе.

– Я просто рада, что ты жив.

Напряжение медленно рассеивается, и уже через пятнадцать минут мы выезжаем за нашим сыном.

Дорога тянется так долго, что я едва выдерживаю. Да и то лишь благодаря поддержке Чезаре.

Дом, к которому мы подъезжаем, находится на одной из окраин города, в не самом благополучном районе.

– Идем, – уверенно говорит муж. С нами Оскар и еще трое охранников.

Внутри тишина, и я растерянно оглядываюсь. Неужели все настолько плохо?

Чувствую, как Чезаре сжимает мою ладонь. Выдыхаю, а в следующее мгновение слышу детский плач. Тихий, едва различимый. Дергаюсь в ту сторону, но муж удерживает меня и идет первым.

Комната, в которой мы находим кувез с малышом, находится в конце коридора. Нас ждут двое мужчин. Они что-то говорят Чезаре и Оскару, но я не особенно разбираюсь – все мое внимание приковано к сыну. Он такой маленький, такой крошечный. На глаза наворачиваются слезы. Подойдя к кувезу, я даже боюсь просовывать внутрь руку.

– Вот-вот приедет скорая, – муж встает рядом. – С ним все будет в порядке.

Он обнимает меня, а я понимаю, что мои силы на исходе. Слишком много всего за один день.

Сквозь слезы любуюсь нашим мальчиком, чувствуя безграничную любовь к нему.

– Он такой… – замолкаю. Горло перехватывает спазмом, а ноги подгибаются.

– Мы поедем с ним? – спрашиваю, когда слышится сирена скорой помощи.

– Обязательно.

Поворачиваюсь к мужу. Смотрю в его глаза, разглядывая тьму, которая в них притаилась.

Сейчас она тихая и покладистая. Уверена, Чезаре вдоволь накормил ее местью. Оглядываюсь по сторонам и понимаю, что в комнате остались мы одни.

Муж наклоняется ко мне и прикасается губами к моим. В этом жесте нет ничего сексуального – только потребность быть рядом, разделить тепло и общую боль.

– Спасибо тебе, – шепчу. – Спасибо, что спас, что так рисковал. Что выбрал нас, а не власть. Я так люблю тебя, Чезаре.

На краткий миг он прикрывает глаза, а затем вновь смотрит на меня.

– Ты – мой свет, принцесса. Я люблю тебя. Люблю вас. И я всегда буду выбирать мою семью.

Его слова трогают меня, задевают все то, что я испытаю. Я бояться признаваться в чувствах, не была уверена, что мужу это надо. Но вот мы в этой точке, пройдя столько всего.

– Ты – моя душа, – тихо добавляет он. – Я дам тебе все, но никогда не смогу отпустить.

Теперь я касаюсь его губ своими, словно запечатывая.

– И не надо. Я хочу быть рядом. Я пойду за тобой куда угодно, и если понадобится, останусь с тобой даже во тьме. Несмотря ни на что.

Он переплетает наши пальцы, я чувствую, как браслет приятно холодит кожу, напоминая о том, какой смысл в него вложен. Если ради того, чтобы у нас была настоящая семья, нужно было пройти через все эти испытания, я бы прошла, и не раз. Снова.

Эпилог

– Он просто прекрасен, – восторженно шепчет Аделина, глядя на спящего Данте. И я ее понимаю – наш сын просто очаровашка. Особенно когда спит. Впрочем, я люблю его всегда – и когда он не спит ночами, и когда он сонный лежит у меня на руках, и когда улыбается – пока еще едва-едва.

– А долго он так будет? – шепотом спрашивает Ванесса. – Я хочу с ним поиграть.

– Пока он слишком маленький, дорогая. Чуть позже, – мягко улыбаюсь сестре. – Пусть подрастет немного.

Настроив радионяню, я киваю сестрам, и мы выходим из детской, аккуратно прикрыв дверь.

С того дня, как в наш дом заявился Карлос, потребовав у Чезаре невозможное, прошло полтора месяца. За это время наш сын окреп, и его выписали из больницы. А я смогла погрузиться в материнство с головой.

Отголоски прошлых событий все еще дают о себе знать. Изредка мне снятся кошмары о том, что я потеряла Данте. Чезаре каждый раз успокаивает меня и помогает справиться со страхом по-своему.

Конечно, мой муж не изменился и не стал другим человеком. Но в его отношении ко мне стали чаще проявляться эмоции. Будто он начал путь мне навстречу.

Оскар остался жить с нами, правда, в последнее время он все же не ночевал дома. И судя по некоторым фразам, Чезаре это не нравилось.

Когда я спросила об этом в лоб, он задумчиво ответил, что тут не обошлось без Адама Леви, который, несмотря на то, что до своего города ему прилично лететь, уже дважды приезжал к нам в южную столицу.

И моему мужу это не нравилось, даже учитывая, что это именно Леви помог Оскару. Подробностей мне так и не рассказали, но я знаю, что выжить брату мужа было нелегко. Но он справился. Впрочем, Романо ведь не сдаются.

– А правда, что Данте тоже станет боссом? – спрашивает Ванесса, когда мы спускаемся в гостиную. – Мама говорит, что это привилегия первенцев.

– Так и есть, – соглашаюсь, кивая.

Мама не приехала, хотя могла бы. Вместо этого она доверила Ванессу Аделине. Я не знаю, возможно, ей не дает покоя, что кто-то может решить, что это не ребенок Чезаре. А может, дело еще в чем-то. Наш последний разговор оставил довольно горькое послевкусие. Словно я ее чем-то очень разочаровала. Отец так и вовсе никак не отреагировал на все, что случилось. Вероятно, потому что теперь я часть Falco Nero. Свою роль я уже сыграла – вышла замуж в качестве платы за мир между нашими семьями.

– Значит, ребенок, которого ты родишь от Марко, тоже станет боссом? – Ванесса поворачивается к Аделине, а та тут же мрачнеет.

Насколько я поняла, ситуация с Лучано становится только сложнее. Сестра по-прежнему не хочет за него замуж и всячески пытается отговорить Андреа, но тот непреклонен. Теперь, когда он официально занял должность босса в Unita Forza, у него стало куда больше власти. А авторитарность Андреа не знает границ.

– Если рожу, – отстраненно отвечает сестра. Что-то такое мелькает в ее взгляде, что мне становится не по себе.

– Аделина, – осторожно шепчу, пока Ванесса отвлеклась на аквариум с рыбками, который у нас появился не так давно. – Ты что-то задумала?

– Я – нет, – качает она головой. – Но возможно, этого брака не случится.

В ее взгляде блестит удовольствие, но она явно пытается этого не показывать.