Я замер, словно оглушенный. Слова Аделин эхом отдавались в голове. Все мои надежды, все планы, все, ради чего я рисковал, казалось, рушилось в одно мгновение.

— А ты хочешь… быть со мной? — спросил я, стараясь уловить хоть искру надежды в ее глазах. Голос дрожал, выдавая мое отчаяние.

Наступила тягостная тишина. Я боялся дышать, боялся спугнуть тот хрупкий момент, когда решалась моя судьба.

— Милош… — Аделин тихо произнесла мое имя, а затем мило хихикнула. Этот звук, легкий и беззаботный, словно луч солнца пробился сквозь грозовые тучи. Напряжение, давившее на нас в салоне авто, немного отступило.

— Хочу! — выдохнула она, и это короткое слово прозвучало как музыка для моих ушей. В этот момент я готов был забыть обо всем: о прошлом, о риске, о ее отце. Была только она, и ее желание быть со мной.

Мы подъехали к подъезду Аделин. Я уже потянулся к ручке двери, собираясь выйти, но ее рука легла мне на плечо, останавливая.

— Чем ты будешь заниматься сей-час? — спросила она. Ее легкий акцент, как шелк, скользил по моему слуху. Он очаровывал меня, сводил с ума, ровно так же, как и ее голубые глаза, смотрящие сейчас на меня с трепетной нежностью.

— Хочу машину доработать, номера поменять, — ответил я, стараясь говорить как можно более небрежно.

— Она же ворованная, верни ее! — воскликнула Аделин, округлив глаза от недоумения.

— Ее даже не ищут, значит она нафиг никому не сдалась! — отмахнулся я, чувствуя, как в груди снова нарастает напряжение.

Я вышел из машины, громко хлопнув дверью. Это был сигнал — не лезь в мои дела, не задавай вопросов. Обошел машину, открыл дверь Аделин и, не дожидаясь, пока она выберется сама, вытянул ее за руку. Жест получился резким, почти грубым, и я тут же пожалел об этом.

— До встречи, — буркнул я себе под нос, стараясь скрыть смятение. Но потом Аделин мило улыбнулась, и словно солнце выглянуло из-за туч. Вся моя злость, вся моя тревога, все напряжение, копившееся внутри, мгновенно растаяли. Я почувствовал, как оттаиваю, словно глыба льда, стоявшая на распутье. Не удержавшись, нежно поцеловал ее в губы. В этом поцелуе было и извинение, и надежда, и какая-то отчаянная потребность в тепле и близости.

Отогнав машину в свой «гараж», если это можно так назвать, я взялся за дело. Нужно было отвлечься от мыслей об Аделин, и разборка машины, казалось, станет отличным способом. Сначала я стянул чехлы с сидений, чтобы их простернуть, затем очистил багажник от ненужного хлама. В голове всё ещё крутились образы, связанные с ней, но я старался сосредоточиться на работе.

Когда я наконец добрался до замены номеров, открутил передний номер и вдруг нащупал что-то изнутри. Это был пакетик, приклеенный к кузову. Я осторожно его достал и увидел белые таблетки. Сердце забилось быстрее. Мысли закружились в голове, как приставучие мухи. Это что, наркотики? Вопросы начали роиться: откуда они здесь? Чьи они? И что мне с этим делать? Я почувствовал, как напряжение нарастает и, несмотря на желание отвлечься, я снова подумал про Аделин.

Глава 19

Аделин.

Сегодня самый важный день в нашей жизни, Кирилл и Лилия женятся. С утра все на нервах, я надела байковое голубое платье, в полевой цветок, ведь свадьба будет с выездной регистрацией, в шатре, вечерний образ с элегантным платье здесь не особо впишется. Волосы завила в роскошные волны. На свадьбу я иду одна, хоть Кирилл и смирился с моим выбором, но Милоша все равно никто не приглашал. Я ехала с отцом, обдумывая, чем сейчас может заниматься Милош, но отец прогнал этот рой мыслей из моей головы.

Подъезжая к месту торжества, я заметила, как все тщательно подготовлено. Шатер, украшенный гирляндами и цветами, казался волшебным. Гости прибывали, улыбались, обнимались, и в воздухе витала атмосфера радости и предвкушения. Я старалась улыбаться в ответ, но внутри меня боролись противоречивые чувства.

После регистрации, когда Кирилл и Лилия обменялись клятвами и стали мужем и женой, я искренне радовалась за них. Они так долго шли к этому, и теперь их мечта сбылась. Во время банкета я старалась поддерживать разговоры, танцевать и не думать о Милоше. Но его образ все равно всплывал в моей памяти.

Вечер опустился на город мягким покрывалом, укутывая его в мерцающие огни. Музыка, до этого громкая и бодрая, стихла, оставив после себя звенящую тишину. И в этой тишине я вдруг почувствовала себя особенно одинокой. Одиночество обволакивало, давило, словно тяжелое одеяло.

Собрав остатки смелости, я вышла на улицу. Холодный воздух обжег щеки, немного отрезвляя. Нужно было что-то сделать. Решение пришло внезапно — позвонить Милошу.

— Алиса, позвони Милошу, — прошептала я в темноту.

Томительные гудки тянулись бесконечно долго, словно испытывая мое терпение. И вот, наконец, в динамике раздалось:

— Алло?

Сердце замерло. Но это был не голос Милоша. Это был женский голос.

Глаза мгновенно наполнились слезами. Ком подступил к горлу, лишая дара речи. Я не смогла произнести ни слова. Просто сбросила вызов, оставив в трубке лишь тишину и свое разбитое сердце.

Милош.

— Кто звонил? — спросил я свою двоюродную сестру Римму, которая только что приехала сюда поступать на юриспруденцию. Ей двадцать, у нее светлые волосы до плеч, и хоть она немного пацанка, это не мешает ей иметь кучу поклонников. Я возился с машиной и сейчас вытираю мазут с рук белой тряпкой, но получается не очень хорошо.

— Я не знаю, сбросили, — ответила Римма, и в этот момент у меня сердце остановилось. Я сразу понял, что это звонила Аделин. Взяв свой телефон, я быстро проверил вызовы и подтвердил свои подозрения. Набираю номер, но все безуспешно. Она не отвечает.

Римма, заметив мое беспокойство, пожимает плечами, но я не могу отвлечься. В голове крутятся мысли, и я решаю набрать Кирилла. Исподлобья прожигаю взглядом Римму.

— Что-то случилось? — шептала сестра, примостившись на подлокотнике моего кресла. Но я не обращал на нее внимания. В голове, как заезженная пластинка, крутился образ Аделин и то, что она могла подумать, услышав женский голос.

— Кири-ил, поздравляю Вас со свадьбой! — с фальшью в голосе проговорил я.

— Спасибо-спасибо, сорри, что не пригласили.

— Да ничего страшного, — отмахнулся я. — А где Аделин, не подскажешь? Не могу до нее дозвониться.

— Да только что была тут, странно… Ладно, Милош, я попробую узнать, куда она ушла, может, в