Лицемер чертов!

— Все ясно. Нам пора. — Харпер встала, поправила шорты и футболку, гордо вскинула подбородок. Она не позволит отцу лишить ее рассудка сейчас. Не-а. Не сейчас, когда она обрела счастье с Деймондом.

— Может, останетесь на ужин…

Харпер молча вышла из кути. Сбежала по ступенькам. Солнце еще было высоко, значит, они успеют спуститься до темноты, а там уже вызовут такси. Обернулась, ведь Деймонд не спешил следовать за ней.

— Кольца, — услышала она, зажмурилась, сдерживая новый порыв кого-нибудь покалечить. — Я пытался их уничтожить. Увы. Может, выйдет у вас.

— Какой в этом смысл? Избранными мы быть от этого не перестанем. Нужно уничтожить именно свитки, — ответил Деймонд.

— Не возьмете вы — я их выкину в джунгли.

Харпер зашагала к выходу с территории. Пожалуй, с нее хватит. Злость затихала, оставляя усталость и желание завалиться спать до конца ее дней. Лишь бы не думать. Не вспоминать. Не понимать.

Деймонд догнал ее.

— Я взял кольца. Отдадим Феликсу. Пусть положит к свиткам.

— Угу.

— Надо поговорить?

— Хочу уйти отсюда.

Харпер заметила, что Деймонд нес ее рюкзак, который она забыла в кути. Отняла. Надела на плечи и издала самый тяжелый из всех возможных вздохов. Казалось, на нее свалилась вся тяжесть небес, обрушилась на нее с полной мощью, заставляя теперь тащить на себе. Это ощущает ее мать ежесекундно? Что же, не удивительно, что она решила умереть.

Они вышли с территории монастыря и начали спуск. Вскоре Харпер выдохлась и села прямо на траву у дороги. Вытащила бутылку воды и начала медленно пить, глоток за глотком, пытаясь привести себя в чувства. Голова кружилась, в глазах темнело, и дело было не только в усталости, скорее в полной эмоциональной пустоте. После гнева внутри не осталось ничего.

— Я хочу медовый месяц, — заявила Харпер. Деймонд присел рядом. Она вытащила шоколадку из рюкзака: когда нервничает или злится, всегда голодная.

— Паттайя?

— Да. Может, пару медовых месяцев. Лет? Мы так и не взяли руны…

— Взяли. — Деймонд показал толстую тетрадь, сплошь исписанную от руки. — Не только руны, но и много заклятий.

— Значит, решено? Пошли они все к черту?

— Хотя бы на несколько лет. Мы не их пешки, верно?

— Твой отец и правда был избранным? Это возможно?

Деймонд дернул плечами, закрыл глаза, изможденный и уставший: встреча с Алексом и ему далась не просто.

— Следуя логике — да, скорее всего это и правда он. Объясняет, как Кейлус узнал, что мы с тобой избранные. Объясняет, зачем отец вообще вступил в сообществе: предвидел мою участь и заранее решил обезопасить. Сделал так, чтобы Кейлус сделал мишенью другого избранного.

— И молчал?..

— Мы не общаемся, как помнишь. Максимум пожимаем друг другу руки и обсуждаем погоду. Да и он явно сильно расстроился, что я решил жениться на тебе.

— Как и твоя мама.

— Как и все вокруг! У всех был простой план: убить того избранного, на которого им плевать.

— А эти избранные взяли и поженились, испортив всем жизнь, — хмыкнула Харпер. — Неужели никому не жалко наш мир?

— Феликс подъехал, — сказал Деймонд, изучив сообщение, что продублировалось на умные часы. — Тебя понести?

— Дойду. Он взял с собой еду?

— Веснушка, все, кто тебя знают, запомнили, что тебя надо кормить в любой понятной и непонятной ситуации. Особенно, когда ты в стрессе.

— Не так уж я и много ем, — пробурчала Харпер, дожевывая шоколадку, но спорить не стала: неоспоримый факт, как-никак.

Они спустились к Феликсу, всю дорогу до отеля обсуждали услышанное, на следующий день улетели в Бангкок, а оттуда уехали в Паттайю. Планировали пожить там несколько месяцев, но в итоге задержались на три года.

Не вспоминали про свитки. Кейлуса. Отца Деймонда. Отца Харпер. Мать Харпер. Забыли обо всем. И жили обычной жизнью.

Глава 3

Возвращение к многострадальной истории

Года четыре назад Харпер перестала верить в любовь. Даже боялась ее: слишком больно, когда любимый человек отдаляется от тебя или еще хуже — предает. Но потом ей на голову свалился Деймонд Ванклифф, сделал своей женой и доказал, что она ошибалась. И любви боятся не стоит — ведь это самое ценное, что жизнь может тебе подарить.

С Деймондом всегда легко. Харпер нашла в нем свою безопасную зону, может спрятаться в нем, когда на душе плохо. А главное — не боится делиться с ним своими чувствами. Это ли не самое важное? Спокойствие на душе рядом с человеком, с которым ты связала свою жизнь?

Их третью годовщину они отметили на пляже. Долго и вкусно ели, наблюдая за закатом. Не спешили уходить и когда их накрыла темнота, продолжали слушать шум прибоя, радовались вечернему теплу и приятному ветру.

— Деймонд… — Харпер закусила губу, пряча улыбку: прекрасно знала, каков будет его ответ. — Я хочу новый телефон. У моего аккумулятор почти умер.

— И? — фыркнул он. — У тебя есть доступ к деньгам. Бюджет у нас общий.

— Да, но мы вроде решили, что крупные покупки будем обсуждать.

— А потом передумали. И решили, что каждый будет покупать то, что считает нужным, пока это не машины и дома. — Деймонд щёлкнул Харпер по носу, игриво вскинул брови: — Или подарок выпрашиваешь?

Она пожала плечами, не в силах скрыть довольную улыбку. Они сидели на покрывале на пляже. Еда давно закончилась, но не вино. И уж точно не хорошее настроение. Даже про укус таинственной змеи из ленты она временно позабыла.

— Только мне опять нужен терабайт памяти. Я привыкла.

— Без проблем. Цвет?

— Хм… об этом я еще не думала. Может…

— Оранжевый, как новая эра Тейлор Свифт? — Деймонд полез в рюкзак, сбивая Харпер с толка. Она с неверием наблюдала, как он извлекал коробку с новым телефоном. — Я хотел в самом конце подарить, чтобы не потерять тебя. Знаю я, как ты любишь новую технику.

— Боже! — закричала Харпер, кинулась Деймонду на шею, целуя его во все места, что попадали под ее губы. — Ты мысли читаешь⁈

— Ты стала проводить у розетки больше времени, чем со мной.

Харпер вскрикнула от счастья, скорее сорвала защитные пломбы с коробки и явила на свет новенький айфон.