Я уже начала подумывать о том, чтобы отпереть дверь и выйти в коридор от чистого отчаяния, чтобы самой найти альфу, когда дверная ручка дернулась.

Из меня вырвался еще один громкий скулеж, бедра пришли в движение, чтобы жестче трахать себя об игрушку, и я поймала свой взгляд в зеркале.

Мог ли он меня видеть? Чувствовать мой запах? Слышать, какой изголодавшейся я была, трахая себя об изголовье кровати?

Я почти заскулила от этой мысли — наконец-то то, что мне нужно.

— Эй, — раздался по интеркому восхитительно глубокий мужской голос. — Ты там в порядке, маленькая омега?

— Нужно кончить, — едва выдавила я, не в силах сопротивляться тому, как его голос, смешавшись с ощущением искусственного узла, дразнящего мой вход, заставил мои бедра дрожать. Я потянулась за вибропулей, которую отбросила ранее, и со стоном прижала ее к клитору.

— Хочешь, чтобы я вошел? — спросил он; в его словах прозвучал едва уловимый намек на восхитительное рычание, когда мои стоны превратились в скулеж, взывая к его природе напрямую, чтобы он пришел и трахнул меня.

Но даже когда на меня опустился туман течки и невыносимое одеяло тоски, я всё равно чувствовала легкую неуверенность.

— Н-нет, — выдавила я. — Я… я никогда раньше не была с альфой.

Повисла пауза.

Мне показался этот резкий вдох?

— Ты когда-нибудь вообще кого-то трахала?

— Нет, — подтвердила я. — Только соло.

На мгновение мне показалось, что я смущена… но то, что у меня не было секса с проникновением, не означало, что я вообще ничего не делала. Я просто… еще не исследовала эту сторону своей сексуальности.

— Значит, ты не хочешь, чтобы я входил… — задумчиво произнес он, словно пытаясь понять, к чему это нас приведет. Прорезь в нижней половине стены слегка звякнула: он открыл перегородку, открывая доступ к глорихолу.

Всё мое тело сжалось в предвкушении, лицо вспыхнуло с новой силой, когда я представила, как он сможет прикасаться ко мне и пробовать меня на вкус через стену.

Теперь он не утруждал себя интеркомом; его голос долетел до меня поверх жужжания вибратора и ритмичных шлепков моей задницы и бедер об изголовье.

— Иди сюда, малышка.

От этого приказа из моего горла вырвался всхлип. Едва заметный намек на рык в его тоне заставил меня поползти вперед на четвереньках.

— А-а-а, — позвал он. — Захвати это с собой. Мне понадобится помощь для моих пальцев.

Я моргнула и повернулась, чтобы с небольшим трудом отцепить игрушку от изголовья. Туман желания был таким густым, что я пошатнулась, сползая с кровати и направляясь к отверстию в стене. При каждом движении я чувствовала пробку, которую засунула себе в задницу, — ее растягивающее действие было приятным грязным секретом, который моему альфе еще предстояло раскрыть.

Когда я добралась до стены, мне в нос ударил первый намек на слоеное, маслянистое тесто для пирога, который тут же перебил глубокий сладкий аромат черники. Я не смогла сдержать стон; желание свернуться калачиком на коленях этого альфы и высасывать вкус прямо из его запаховой железы оставило меня насквозь мокрой и блестящей между бедер.

Так пахнет настоящий альфа? — подумала я. Или это просто последнее, что он ел, и мой сверхчувствительный нос вцепился в этот запах, как в спасательный круг?

Я знала, что с прикосновениями нужно быть осторожной, что омега в течке попросит о чем угодно — обо всём — в погоне за удовольствием. Альфам приходилось надевать маски перед входом в комнату, поскольку именно они чаще всего случайно образовывали узы во время гона, особенно если изголодавшаяся омега скулила, прося о близости, которая последовала бы за укусом. Но это не значило, что я тоже не представляла опасности.

Одно неверное движение, слишком глубоко впившиеся в губу зубы при смене позы или непроизвольное сжатие челюстей, когда я кончаю, — и я могла бы с такой же легкостью заложить фундамент для связи, которую не собиралась развивать.

— Прижми эту пулю обратно к клитору, — потребовал альфа, его голос был уверенным и мягким, пока за стеной шуршала ткань.

Я знала, что по ту сторону стены коридор открыт, люди могут пройти мимо в любой момент — и мысль о том, что за мной кто-то наблюдает, только усиливала ощущение жужжащих вибраций на тугом пучке нервов, когда я дернулась, чтобы подчиниться, постанывая от стимуляции.

Этого было совершенно недостаточно: вибропуля почти не удовлетворяла тоску, заставлявшую меня прижаться лбом к стене прямо рядом с круглым отверстием размером с кулак, где меня ждал мой восхитительный чернично-пироговый альфа.

Мои пальцы проскользнули в щель, с нетерпением ожидая, когда кто-нибудь из помощников по течке протолкнется в отверстие, чтобы я могла им воспользоваться.

Потребовалось всего несколько мгновений, чтобы его член протиснулся в дыру, и я ахнула от размера. Даже учитывая, что все альфы крупные, он превзошел даже мои самые смелые надежды на то, что я здесь найду. Длинный, толстый, он был явно тяжелым — это было видно по тому, как он пружинил, когда альфа прижал свой темный узел к верхнему краю отверстия. Размер дыры был рассчитан так, чтобы избежать случайного связывания узлом сквозь стену, избавляя пары от неловкости ожидания, пока узел спадет, застряв по разные стороны.

— Блядь, — заскулила я, с силой втирая вибратор в клитор, ожидая его указаний. Я не знала почему… Но я просто как бы понимала, что должна дождаться этого альфу.

— Сладкая маленькая омега, тебе нравится?

— Я хочу попробовать тебя на вкус, — проскулила я. — Пожалуйста.

— Открывай рот, малышка.

Я послушно приоткрыла губы и подалась вперед, чтобы слизать с его головки каплю блестящего предсемени. Вкус черники и выпечки взорвался на моем языке; стон, вырвавшийся у меня, был откровенно диким, когда я продолжила, вбирая головку в рот для долгого сосания.

Его вкус, его тепло — всё это так не походило на дилдо. Приветливо. Восхитительно. И почти пульсировало желанием альфы — настолько божественно, что заставляло меня стонать, требуя еще.

Что-то внутри меня просто знало это.

Хотя, возможно, это были просто гормоны течки.

Тихий, судорожный вздох, достигший моих ушей, подстегнул меня: я обхватила губами внушительный объем и скользнула вниз, трахая свое лицо длиной этого незнакомого альфы.

Маленький вибратор продолжал жужжать, прижатый к клитору моей свободной рукой, пока другая поглаживала член альфы.

— Так охуенно вкусно, — пробормотала я, насколько могла с заполненным ртом, посасывая и облизывая, отчаянно ища еще больше его восхитительного вкуса.

На этот