Тошнота поднялась из желудка к груди, когда я задумался о значении ее лжи. В личном деле принцессы указано, что у нее нет боевого опыта, и это очевидно не соответствовало действительности.

Теперь шепот огня стал громче.

Грудь жгло от беспокойства, а рога зудели.

А что, если у нее действительно нет боевого опыта?

Что, если с ней случилось нечто иное?

— Принцесса, проснись! — сказал я громче, и потряс ее сильнее, отчаянно пытаясь заглушить эти душераздирающие крики.

— Не делай больно Люсинде, — прошептала она тихо и ударила меня в живот. Ее кулак такой маленький, что я едва почувствовал боль.

— Принцесса, это Ашер. Никто тебя не тронет. Проснись, черт возьми, — я с силой прижал ее к кровати.

Ее невидящие глаза метались из стороны в сторону, будто она следила за чем-то невидимым.

— Иди на хрен! — ее голос сломался на полуслове, когда она начала бить меня кулаками и ногами.

— Что происходит? — зарычал Джакс со своей кровати. — Почему ты ее прижимаешь?

Прежде чем я успел объяснить, принцесса закричала:

— Отпусти ее!

Джакс отшвырнул меня и прижал к кирпичной стене. В отличии от Кобры, я терпеть не мог, когда меня прижимают. Рога на моей голове удлинились, а огонь зашептал еще громче.

— У нее, чертов кошмар! Я пытался ее разбудить!

Джакс зарычал на меня, как дикое животное. Затем он отпустил меня, и мы оба повернулись в сторону принцессы. Кобра стоял над ней и просто наблюдал, как она кричала и лягалась.

— Сделай что-нибудь! — крикнул я Кобре.

Кобра шагнул вперед и встал между нами, чтобы мы не могли к ней подойти. Его большое бледное тело заслонило путь, и он наклонился к ней.

— Насилие не поможет избавить ее от кошмаров, — в голосе Кобры звучала легкая шепелявость, которая появлялась, когда он оказывался на грани превращения.

Мне даже показалось, что он говорит, опираясь на собственный опыт.

Джакс замер в нерешительности. Кобра так и преграждал ему путь, пока Сэди кричала на кровати. Мое собственное отчаяние достигло пика, и я приготовился к бою с Коброй.

Ее нужно разбудить.

Она страдает.

То, что произошло дальше, я не смог бы предсказать и за миллион лет.

Кобра забрался на узкую кровать и обнял принцессу своими большими руками. Она билась и кричала, но постепенно успокаивалась в его объятьях. Кобра обвил ее живот своими длинными бледными руками и прижал к себе.

Он не произнес ни слова.

Постепенно ее глаза закрылись, а дыхание вернулось в норму.

Мое сердце сжалось от ревности. Это я должен держать принцессу, а не Кобра, который ненавидит женщин.

Джакс провел рукой по волосам и с невыразимой тоской посмотрел на кровать. Как и я, он боролся с желанием забраться в кровать и полностью окружить ее собой. Но кровать была слишком тесной. Места почти не осталось.

Принцесса легла спать одетой в спортивные штаны и огромную толстовку, поэтому в том, как Кобра держит ее нет ничего сексуального. Тем не менее, когда Кобра закрыл глаза и заснул, у меня в животе появилось неприятное ощущение.

Джакс осторожно взял одеяла и заботливо укрыл ими обоих альф. Он проверил окно и прижал его, чтобы убедиться, что оно полностью закрыто. Затем подбросил в камин дров, чтобы пламя горело ярче.

Пламя будто нашептывало мне что-то, все настойчивее и громче. Я пошел обратно к своей одинокой кровати, забрался в нее и засунул голову под подушку.

— Прости, что прижал тебя, — тихо произнес Джакс.

Я махнул рукой в ответ, давая понять, что все в порядке.

Я долго ворочался и наконец заснул, глядя на идеальное лицо Кобры, прижатое к нежным чертам принцессы. Его бледная кожа и темные волосы контрастировали с ее золотистой кожей и белыми волосами.

Они выглядели идеальной парой: маленькая принцесса и ее темный принц. Я приложил руку к груди, чтобы избавиться от сдавленного чувства.

Перед тем как заснуть, я ответил Картеру:

Ашер: Сообщи ему, что миссия идет по плану. Она будет выполнена.

Картер мгновенно ответил, отправив большой палец.

Еще я ответил согласием на несколько сообщений от близнецов бет, Саре и Соре, которые спросили меня, не хочу ли я потрахаться. Они постоянно делали мне сексуальные намеки во время тренировок.

Для членов синдиката существовали шлюхи и синдикат.

Ничего другого не допускалось.

Мне нужно перестать мечтать о принцессе. Ведь татуировки, покрывающие каждый сантиметр моей кожи, доказывали, что я полная противоположность принца.

В любом случае, это не имеет значения. Она не смогла бы выдержать то, что я хотел с ней сделать.

Пусть Кобра и Джакс заберут ее себе.

Глава 14. Сэди

Постоянная путаница

Меня обволакивало тепло, и я еще плотнее укуталась в одеяло. За свои двадцать лет я никогда не ощущала такого восхитительного тепла. Казалось, что за окном не было никакого воющего ветра.

Я еще сильнее погрузилась в это божественное тепло и громко зевнула. Но когда открыла глаза, все умиротворение мгновенно испарилось. Холодные изумрудные глаза смотрели на меня сверху вниз. Его идеальную голову поддерживал рельефный бицепс, а сам он свободно растянулся рядом со мной на кровати.

Часть меня хотела пнуть его в пах, просто чтобы проверить, смогу ли я стереть это ледянное выражение с его лица. Другая часть меня хотела закрыть глаза и притвориться, что я его не вижу, чтобы продолжать нежиться в его объятиях.

Кобра оказался на удивление теплым для человека несмотря на то, что от него веяло морозным снегом. Его массивное тело заняло почти всю кровать, и мое лицо начало краснеть от смущения.

Отведя взгляд, я размышляла, не выскочить ли из постели в ужасе. И мысленно отругала себя. Вчера я вела себя как дурочка, когда он поймал меня, падающую с лошади. Сегодня же я собиралась вести себя хладнокровно.

Как поступила бы оцепеневшая Сэди?

— Почему ты в моей постели? — я закрыла глаза, как будто его присутствие меня совершенно не беспокоило.

Вместо того, чтобы скатиться с кровати и отползти в угол, я сильнее прижалась к его теплому телу. Кобра хмыкнул, но ничего не сказал. Я остро ощущала его руку, обхватившую мою талию, и твердость, прижатую к моей ноге.

Меня снова затошнило.

Не будет ли слишком драматично позвать лекаря?

Наступила неловкая тишина.

Почему он мне не отвечает?

Как обычно, Кобра ничего не скажет в ответ. И, вероятно, вообще ничего не чувствует, пока я страдаю от приступа паники. Если бы он двинул