Мэри заворочалась в моих объятьях и отстранилась. Опять в нос ударил чарующий аромат духов. Они определённо мне нравятся.

— Ты сменила парфюм? — хрипло спросил я.

— Да. Луи сегодня подарила мне новые духи, — ответила девушка. — Тебе нравится?

— Пахнет приятно. Хотя твой натуральный запах мне нравится больше.

— Это потому что он более интимный? — промурлыкала девушка.

— Вот ты уже, как заговорила, моя дорогая жёнушка? Всего лишь день порознь, и сразу такой ласковой стала? — ухмыльнулся я.

— Не больно-то уши разевай, самовлюблённая птица, — буркнула девушка, слегка покраснев.

— Ха! Узнаю́ мою девочку, — хмыкнул я. Мэри опять едва заметно скривилась. — Хоть и ругательство новое.

Да, помню, Мэри не раз говорила, что ей не нравится, когда я называю её своей. Но я хочу, чтобы она была только моей, и буду называть её так. Пусть привыкает.

— Предлагаю переместиться на первый этаж и продолжить нашу очередную перепалку за романтическим ужином, — галантно предложил я.

— Я думала, ты скажешь в постель, — жеманно хихикнула Мэри.

— О, ты уже не против и в моей постели спать? — ухмыльнулся я.

— Вот ещё. Просто ожидала от тебя такой фразы, — с достоинством ответила девушка, забавно выпятив подбородок.

Хм-м. Она как будто бы стала смелее. Видимо, последствия пережитых страданий.

Не могу пока понять, нравится мне это или нет.

Но она мне нравится безумно: сегодня она особенно потрясающе красивая.

Глядя на неё, я слышал, как пульсирует кровь в моём теле. В ритм биению сердца где-то на краю сознания звучала таинственная мелодия. Такая манящая, такая страстная.

Как моя Мэри.

Фух! Да что такое?! Мне очень трудно с собой совладать, кровь так и приливает… к голове.

— Люблю тебя удивлять, моя дорогая. Но ещё больше люблю, когда удивлять тебя, — я резко подхватил девушку на руки и закружил.

Мэри смотрела на меня абсолютно счастливым взглядом. А я утонул в её глазах.

Так, это надо прекращать.

А то я осуществлю своё желание — утащить её на кровать и, наконец-то, сделать своей женой в полном смысле этого слова.

Девушка, будто читая мои мысли и зная о сомнениях, изогнулась, вновь выставляя напоказ тяжело вздымающуюся грудь.

А потом Мэри нежно коснулась своей хрупкой ладонью моего лица и провела тыльной стороной кисти по щеке.

Эх, я сегодня даже не побрился. Как бы не поцарапать щетиной мою любимую!

— Ммм, какой колючий, — с придыханием произнесла Мэри, страстно глядя мне в глаза.

Я пропал.

Её кожа была подобна лунному свету: она будто светилась изнутри. Густые, ароматные волосы приятно щекотали кожу, переливаясь на свету. Красивые лисьи глаза горели страстью и желанием. Таинственная мелодия на заднем фоне усиливалась и играла в ритм с её дыханием.

Боги, я не могу этому сопротивляться.

Девушка кокетливо прикусила нижнюю губу. Я нервно сглотнул и, возможно, даже застонал.

Закрыл глаза, пытаясь успокоить дыхание.

Мэри прикоснулась пальчиком к моей груди. Мне показалось, что в это место ударила молния. Волна желания прокатилась по моему телу.

Девушка с лёгким нажимом провела ногтем по коже, спускаясь вниз, и томным шёпотом произнесла:

— К чёрту ужин. Пойдём лучше в постель, любимый?

Глава 32

Голова жутко раскалывалась. Я попыталась разлепить веки, но всё равно оказалась в темноте. Это здесь так темно, или у меня повязка на глазах?

Нет, вроде повязки нет. Значит, темно.

Где я?

Не знаю.

Но я сижу на чём-то твёрдом. Руки у меня связаны за спиной. Во рту какая-то вонючая тряпка.

Боги, главное, чтобы меня не вырвало от этого жуткого запаха.

Я мысленно произнесла заклинание, чтобы прожечь связывающий руки ремень, главное, конечно, себя не подпалить.

Но у меня ничего не вышло.

Я попробовала обратиться в лисицу. Конечно же, тоже не вышло.

Я же в ОЧЕРЕДНОЙ раз разлучена с Дрейком и всё ещё девица. Чтоб её, эту дурацкую консумацию брака!

Зато, я в любом случае выживу.

Да, придётся сгореть, но я выживу. Так, по крайней мере, сказал Дрейк. Надеюсь, не соврал.

Ну что ж, раз колдовать я не могу, придётся по старинке разбираться с похитителями.

Кто они? Опять вампиры? Вот неугомонные!

Я начала активно мычать и топать.

Через пару минут темноту помещения внезапно прорезала яркая полоса света: кто-то приоткрыл дверь. А потом в комнате резко стало светло.

Я сощурилась от яркого света. Проморгавшись, я увидела, что ко мне подошёл какой-то сальный, патлатый тип и присел рядом на корточки.

Противно ухмыляясь мужик пристально смотрел на меня, а я на него.

Не знаю, как у него, но у меня общее впечатление было мерзкое. А воняло от него так ужасно, что казалось, он не мылся год, обитая на помойках и чистя канализацию.

Отросшие тёмные волосы висели жирными сосульками, выбиваясь из-под засаленной буро-коричневой повязки. Крупные черты лица мужчины не вязались с маленькими свинячьими глазками, мне, смотревшей против света, показавшимися чёрными.

На мясистом носе, чуть правее середины торчала огромная бородавка. Боги, можно ли было создать более безобра́зного человека?

Ответ на мой риторический вопрос я получила тут же. В дверном проёме показался второй похититель: худой и долговязый тип, весьма пугающей наружности.

Сальные волосы (это у них мода такая, что ли, волосы жиром обмазывать?) были зализаны назад, так, что уши торчали торчком. Его голова вообще, если честно, походила на череп. Впалые щёки и огромные чёрные круги под водянисто-белыми глазами довершали образ, создавая впечатление живого мертвеца.

Оба мужчины были одеты в чёрную, безликую, дорожную одежду. Так и не скажешь, кто они или откуда.

— МММММ, — промычала я.

— Смотри-ка, девка очухалась, — низким, сиплым голосом заявил бородавочный тип. — Молчи, рыжее отродье.

— Потише ты с обзывательствами, — высоким надрывным голосом проговорил черепоголовый. — Думай, что говоришь.

— А чё такого? Богатая дамочка сказала, что мы можем делать с ней, что захотим, — раздражённо ответил бородавчатый. — А я мно-о-о-го что хочу сделать с этой рыжухой. Таких девиц я ещё ни разу не оприходовал.

— Мадам приказала выведать, где перо, а потом убить девчонку.

— Но она же красивая. Вон какие шары, ты посмотри. Как та, прям копия!

Мысли путались. Я бы рассмеялась этой тупой и широко известной шутке, если бы она не напрямую относилась ко мне.

Боги!

Дрейк!

Помогите, кто-нибудь!

Я точно не хочу вот так закончить жизнь. Потому что я её не закончу, они не смогут меня убить.

И будет насиловать, пока я не сгорю?! Но если они сотворят это со мной, то я умру, так как изменила Дрейку?! Или это не считается, потому что