- По-нашему, - негромко заговорила она, делая первые будто несмелые движения бедрами, - этот танец называется «Красный бархат». Он должен будоражить мужчину так, чтобы его взгляд скользил по телу танцовщицы как эта ткань, будоража ее. И она в ответ зажигала его танцем еще сильнее. Танцует одна, но участвуют оба.

Не дождался сегодня князь ершистую валорку. От слуг узнал, что в библиотеке Лера с новой учительницей. Право слово, копошатся там, как две мыши. Сдались им старые книги да свитки! Девки молодые, а вместо лент и бус они там пыль глотают. И такие обе неугомонные, что едва не силой их оттуда выгонять приходиться. Иначе совсем себя уморят. А ведь огневка еще и в тягости от друга его – волхва Драгомира. Не простит тот, ежели супружница сляжет. Вот матушка княгиня и бдит за обеими. Порой служанок своих засылает, чтоб о времени напомнить, иначе до утра корпеть будут в свитнице.

От нечего делать князь решил документы школы глянуть. Пока Яра на месте была, надобности в том не было. Да только сродственница ее – Лера с цифрами не дружит. А ну как обсчитает их кто ненароком, али поставит что плохое? Большинство купцов с княжьим подворьем не мухлевали – себе дороже выйдет. Да только жадность порой за горло самых стойких берет. Вот и засел поздним вечером князь Миргородский за амбарные книги. Яра по его личному делу бросила и семью, и школу свою. Поехала искать пропажу кровную. А потому хоть так – но отплатить должен. Особливо Яре. Должен так, что вовек не расплатится.

Хорошо работается поздними вечерами. Тихо вокруг, никто не дергает, не отвлекает. Не скребется в двери по делам «особливой важности». Можно сосредоточится.

Ловко работает с цифрами князь. Не зря с отрочества батюшка его то к ключнице, то к казначею приставлял. Чтоб точно знал откуда в княжестве деньги берутся. Что догляд за ними нужен и рачительное пользование, иначе легко княжество в беду ввергнуть тратами неуемными. Тишина кругом стоит умиротворяющая. Ни единого звука вокруг, только перо изредка поскрипывает, когда князь очередную цыфирь выписывает в схему, что по итогу сойтись должна.

Вдруг в тишине приглушенные голоса послышались. Поднял голову от бумаг Велеслав. Один – звонкий, узнал сразу – Это мышка-Лера щебечет. А второй – низкий, грудной, от которого волосы на затылке дыбом встают. Тамирис. Его пока не завоеванный трофей.

Вот незадача, как бы не застали его тут. Мужчина потянулся и торопливо задул свечу. Как ни смешно, а придется прятаться. Не хотелось бы раньше времени раскрывать свой обман невинный. Еще, чего доброго, валорка ехать с ним откажется, когда всю правду узнает. Гордости в ней поболе, чем у любой боярыни. И откуда такая на его голову? А ведь помимо гордости еще самоуправства через край. Исчезнет одна и поминай, как звали. Где ее тогда искать?

Надеялся князь, что поговорят девки, да спать разойдутся. Лера – домой к Яре, а Тамирис – в свою комнатку почивать. Эх, прочь видение, где она в тоненькой рубахе стоит перед расстеленной постелью… Уж он бы ей всю ночь не дал бы глаз сомкнуть. Невольно кровь быстрее заструилась по жилам. Обязательно сие будет. Может даже и задержится она в его постели долее других, больно манящая.

Но девушки от чего-то не расходились. Судя по звукам – в тренировочном зале они. Нешто на ночь глядя упражняться будут? Любопытство верх взяло. Бесшумно, словно на охоте, поднялся князь и приоткрыв дверь вышел. Темно вокруг, только свет из щели над порогом стелется. Точно, в зале шушукаются. Тихонько чтоб не скрипнула дверь тяжелая, приоткрыл чутка. Так и есть – подружки-неразлучницы! Огневка на пол села и ладонями начала незамысловатый ритм отбивать. Перевел взгляд на вторую – это что за … Живот оголен, майка под грудью скручена так, что упругие холмики вот-вот выпрыгнут, ложбинка манящая видна. Яркий платок, на бедрах повязанный, только подчеркивает алебастр кожи и умопомрачительную талию. А на округлые бедра так и просятся ладони мужские. Его ладони. Замер Велеслав, не в силах глаз оторвать. А негодница валорская еще и заговорила:

- По-нашему этот танец называется «Красный бархат». Он должен будоражить мужчину так, чтобы его взгляд скользил по телу танцовщицы как эта ткань, будоража ее. И она в ответ зажигала его танцем еще сильнее. Танцует одна, но участвуют оба.

С первого ее движения понял, что с ней он сейчас танцевать этот танец будет.

Распустила валорка волос свой, что обнял ее фигурку так, как мужчина должен – с ног до головы. И началось невыносимое. Изящные взмахи рук, гибкие, пластичные движения бедер. Изгибается змейкой, трепещет она, вздрагивает. Словно дрожит и предвкушает. И не абы что – мужчину! Танец – чистое безумие, ни один мужчина не устоит, когда перед ним женщина так открыта, так горяча. Радость сквозит в каждом движении! И призыв. Поворачивается спиной, а взгляд огненный через плечо, словно вопрошает – ну, где же ты?

Будто на яву чувствует Велеслав разгоряченную кожу под пальцами. Трогает ее горящим взглядом и там, куда взгляд падает, еще сильнее трепещет девичье тело, будто поддаваясь ему, его желаниям.

Обмер князь миргородский. В висках стучит в такт мелодии и манящим движениям девичьих бедер. Жаркое желание бежит по венам, туманя разум. Один за одним все запреты в голове рушатся. Еще мгновение – ринется он к ней, перекинет через плечо и унесет в свои покои. Пусть хоть голосит, хоть царапается. Голод разбудила лютый, значит и утолить должна. Чтоб вдвоем в этом пламени сгорели. До самого утра.

Но, словно почуяв опасность, остановилась валорка. В очередной раз призывно встряхнула волосами. Выдохнула.

- Потрясающе! - вскочила на ноги Лера, - как же у тебя это…

Видать слишком резво поднялась. Ибо пошатнулась, но мгновенно была подхвачена более высокой подругой.

- Тихо, малышка, тихо. Что с тобой?

- Прости, голова закружилась. Сейчас пройдет.

Тамирис придержала ее за плечи, одну ладонь положила на еще плоский живот.

- Это твоя девочка шалит. Учится с огнём играть, да не умеет пока. Потому и сил у тебя берет более нужного. Ну-ка, я сейчас…

- Отошла от нее! – резкий, как хлыст, вымораживающий голос прозвучал в тишине, - медленно, Тёмная. Только дай повод тебя уничтожить.

Глава 10.

И