И вот в какой-то момент Уэнсдей убрала палец с циферблата, а я почувствовал, что время вновь стало идти так, как должно было.

— Мы в прошлом? — спросил я волнительно, оглядываясь по сторонам.

— Мы прошлом, — кивнула Уэнсдей. — Переместились где-то на полтора часа времени назад. Ты готов?

— Да, идём.

Уэнсдей аккуратно положила маховик в тумбочку профессора на видное место.

— Погоди, — я вдруг остановился, — а где в итоге этот маховик окажется?

— В каком смысле?

— Ну, смотри. Мы воспользовались им, взяв его с тела профессора МакГонагалл. Кладём его сюда, — я указал рукой на место, где она его оставила, — чтобы потом профессор взяла его после того, как увидит саму себя мёртвой. Далее она оставит его при себе, пока не будет сражена тем громадным дементором. А потом ты вновь возьмёшь маховик с её тела и так по кругу… А где он будет находиться, например, завтра?

— Пропадёт, — сказала задумчиво Уэнсдей. — Это называется парадоксом МакФлая. В первой попытке МакГонагалл брала свой собственный маховик, который находился у неё изначально. Но из-за нашего вмешательства появилась временная петля, в которой он окажется и так и останется в ней. Ведь теперь он не находился здесь с самого начала, а это мы положили его сюда.

— То есть никакого другого, изначального маховика уже нет? Жаль, он бы нам пригодился… — вздохнул я расстроенно.

Иметь в своём арсенале столь серьёзный артефакт на чёрный день выглядело крайне заманчиво.

— Не забывай, куда манипуляции со временем привели МакГонагалл, — ответила мне Уэнсдей. — Это не игрушка, а опасная штука, которая может в прямом смысле заставить тебя либо добровольно погибнуть, либо же исчезнуть из мироздания вследствие изменения реальности.

— Да, ты права… Ладно, не будем терять время.

Мы поспешили выйти из комнаты профессора, но столкнулись с непредвиденными обстоятельствами. Я взялся за ручку, но дверь оказалась заперта! Я заметил еле мерцающее синее свечение, что обрамляло входную дверь — классическое защитное заклинание, что присутствует почти на всех дверях Хогвартса работали и здесь, и выпускать нас, похоже, так просто не собирались.

— Что за чёрт? Она же была открыта!

— Включи мозги, Кайл, — вздохнула Уэнсдей. — Она была открыта в будущем, а не сейчас. И я даже знаю по какой причине запирающие чары тогда не работали, ведь это ненормально для спален профессоров… Это мы их сломали. Прямо сейчас.

— И как у нас это получилось? Я знаю эти чары Хогвартса, они во всех кабинетах установлены. Просто так их не взломать, только если ты не знаешь каких-то супер-крутых профильных заклинаний. Удивишь меня?

— Удивлю, — кивнула Уэнсдей. Я было думал, что сейчас она возьмётся за палочку и продемонстрирует мастер-класс, однако вместо этого она лишь посмотрела на меня таким взглядом, от которого становилось немного неловко. — Удивлю банальной логикой, Голден, а то ты от переизбытка чувств, похоже, где-то её потерял. Мы находимся внутри комнаты, а не снаружи. Догоняешь?

— Думаешь, изнутри их проще сломать? Хм… — я задумался, игнорируя её язвительные нападки — она всегда использует свой острый язык на полную, когда волнуется.

— Не думаю — знаю. Так что в итоге, ты попробуешь первым, или мне?

— Давай я, — я достал палочку, прогоняя в голове пару-тройку заклинаний, что могут подойти в данном конкретном случае.

«Портоберто» или «Алохомора» для этих целей не подойдут, ведь мы имеем дело с зачарованным замком, а не обычным. Использовать «Депримо»? Или «Дефодио»? Мне же надо сделать так, чтобы чары спали и тогда проход окажется открыт… А что, если…

— Отойди в сторону, — сказал я Уэнсдей, отступая и сам на несколько шагов назад, после чего направил палочку на дверь. — Редукто! Диссендиум!

Первое заклинание достигло цели и вызвало небольшой взрыв, который попытались нивелировать установленные на двери чары. Второе же, что двигалось в связке с первым, являло собой открытие прохода — аналог «Алохоморы», но работающий также и с магическими замками и проходами, пусть и немного в ином ключе. Мне повезло — чары были отвлечены на первое сотворённое заклинание, и пропустили второе, позволяя в обход их действия открыть защёлку.

— Снаружи бы подобный фокус не получился, — кивнул я удовлетворительно.

— Неплохо, — похвалила мои действия Уэнсдей. — А теперь погнали отсюда, так как систему оповещения никто не отменял, а нас ни в коем случае не должны застукать здесь.

Стоило нам выйти из кабинета в коридор, как вдалеке мы заприметили какую-то троицу студентов. Они стояли у дальней стены и что-то обсуждали, лишь каким-то чудом не увидев нас.

Видимо, звукоизоляция входит в набор защитных чар на дверях.

Мы споро спрятались от них за поворотом, так и оставшись необнаруженными.

— Пройдём мимо них как ни в чём не бывало? — спросил я у Уэнсдей.

— Приглядись к ним, Кайл, — только и ответила она.

Я выглянул из-за стены и в глаза мне сразу же бросилась рыжая шевелюра у всей троицы. В этот же момент один из них обернулся в мою сторону и явно заметил меня.

Да это же Уизли! Близнецы и Джинни!

— Кажется, они приближаются. Надо уходить, пойдём в обход, сделаем крюк, — сказала мне Уэнсдей, указывая рукой в другую сторону коридора, который проходил через весь замок, теплицы и внутренний двор.

— Но это же Уизли… МакГонагалл их…

— Да. И это тоже часть совсем невесёлых последствий от путешествия во времени. Мы обязаны сделать всё так, как происходило в нашей памяти — всё, что от нас зависит.

Я вдруг осознал казалось бы очевидную вещь, что это именно из-за нас близнецы подвергнутся наказанию. Это мы взломали чары в спальню МакГонагалл, пусть и всего лишь пытаясь выбраться оттуда…

— Твою-то мать, — пробормотал я сквозь зубы. — Идём, — кивнул я Уэнсдей, после чего мы поспешили прочь.

Пройдя половину пути, нам послышался приглушённый крик профессора Трансфигурации:

— Уизли, а ну стоять, негодники! Что вы вытворили на этот раз?!

Мы ускорились, встречая по пути редких учеников и стараясь ни с кем из них лишний раз не коммуницировать. МакГонагалл вот-вот отведёт близнецов в Главный Холл, где и подвергнет их своему «повешению», так что нам совсем не хотелось лишний раз попадаться