А потом я заметил её.

В углу, стараясь слиться со стеной, сидела девушка, невзрачная, в мешковатом платье, скрывающем фигуру, с копной непослушных кудрей. Типичная «серая мышка», каких в моём мире можно встретить в любой университетской библиотеке на физмате.

Когда же она заговорила о гравитации, предлагая альтернативы водяным колёсам, я понял, это алмаз! Неогранённый, но настоящий.

Заинтересовавшись её предложением, объяснил ей принцип падения тел в вакууме. Старые мастера просто посмеялись бы, но она слушала, открыв рот.

А как смотрела!

Девушка во все глаза уставилась на меня, нервно накручивая локон на палец, и едва заметно ёрзая, словно ей не сиделось на месте. Или дело было не в стуле? Я перехватил её взгляд, смесь интеллектуального голода и вполне земного интереса, и улыбнулся.

В ней перемешалась та аура гениальности и социальной неловкости, которая всегда цепляла, и мне вдруг стало дико интересно, что скрывается под этим бесформенным балахоном. Уверен, если снять с неё очки и распустить волосы…

Надо заглянуть сюда позже. — Проверить, так сказать, ход работ в приватной обстановке.

Мои мысли прервал мягкий голос Лили.

— Мисс… Эшли, верно? — моя кунида поправила очки, и стёкла хищно блеснули. — Не подскажете, где здесь дамская комната?

Девушка вздрогнула, как пойманный с поличным воришка, и вскочила, опрокинув стул.

— К-конечно, миледи! Прошу за мной.

Они вышли, а уже через минуту из-за двери послышался сдавленный смех. Когда они вернулись, лица у обеих выражали невинность ангелов, но косые взгляды, бросаемые на меня, обещали многое.

Похоже, моя «инспекция» может стать куда интереснее, чем планировал. Лили явно не собиралась смотреть со стороны и решила участвовать лично.

Идиллию разрушила реальность в лице запыхавшейся Мэриголд.

— Милорд! — она чуть не рухнула, споткнувшись на пороге. — Срочно! Проблема с кузнецом!

Я мысленно выругался. Ну почему, даже когда ты властелин земель и убийца монстров, тебе всё равно приходится разбираться с тем, что у лошади вдруг отвалилась подкова⁈

Проблема оказалась классической: местный кузнец, здоровенный детина с интеллектом наковальни, просто переоценил свои силы. Он нахватал кучу заказов, а теперь, когда до выезда оставались сутки, беспомощно разводил руками.

— Не успеваю, милорд, — пробасил он, глядя в пол. — Нужен помощник. За доплату, конечно.

В мастерской стояла духота, пахло калёным железом и потом. Я посмотрел на него и вспомнил земных подрядчиков, которые срывали сроки сдачи объектов.

Злость холодным комом встала в горле. Больше всего меня бесили в людях две вещи: предательство и непрофессионализм.

— Значит, хочешь, чтобы я доплатил? — переспросил тихо.

Рядом уже стоял второй кузнец, молодой крепкий парень с умными живыми глазами, которого вызвали на замену.

— Что думаешь о мастере, который тянет до последней секунды, а потом требует денег за свои же косяки? — спросил я его.

Парень фыркнул, даже не пытаясь выглядеть вежливым.

— Думаю, это позор для ремесла и убыток для заказчика.

— Правильный ответ, — я протянул ему руку. — Поздравляю, с этого дня поместье Феникс работает с тобой.

Я повернулся к первому кузнецу. Тот стоял, открыв рот, как рыба, выброшенная на берег.

— А ты, — мой голос стал ледяным, — свободен. И скажи спасибо, что я просто разрываю контракт, а не требую неустойку за саботаж. Вон из кузни!

Решив проблему, двинулся дальше. Времени на посещение мастерской уже не оставалось, график трещал по швам.

Остаток дня превратился в марафон, я мотался по ремесленному кварталу, выбирая подарки. Джинд Алор оценит хороший клинок. Хорвальда Валаринса порадует что-нибудь редкое, может, книга или артефакт. С Лоркаром сложнее, но я отыскал для него отличный набор инструментов.

Потом провёл совещание с людьми Ирен, давая указания и намечая им цели на девять дней своего отсутствия.

— Если что-то случится, — наставлял управляющих, — не паниковать. Кору открывает портал каждую ночь, в случае ЧП шлите гонца к ней.

Я чувствовал себя жонглером, который удерживает в воздухе с десяток горящих факелов. Вопросы Лили, отчёты Мэриголд, проверка постов Люты и её следопытов… К вечеру голова гудела, как трансформаторная будка, но зато пришла твёрдая уверенность, что все колёсики не перестанут вертеться, тыл прикрыт.

Вечер принёс долгожданную прохладу и покой. Я неукоснительно следовал раз и навсегда принятому правилу: как бы ни горел мир днём, вечер принадлежит семье, тем более сейчас, когда мы наладили жизнь в Кордери.

Сегодня очередь Зары, моей невероятно-страстной гоблинши.

Мы собирались в театр. Да, моя провинция теперь могла похвастаться своим театром, ещё одна инвестиция, которая окупалась не деньгами, а счастьем людей.

Мы с Зарой заняли нашу ложу на балконе. Мягкие удобные кресла, обитые красным бархатом, так и манили присесть, но место жены пустовало, она, как всегда, предпочла устроиться у меня на коленях. Я обнял её за талию, чувствуя под тонким шёлком упругое горячее тело.

Зара выглядела сногсшибательно: жёлтое платье, которое она сшила сама, облегало фигуру, как вторая кожа, глубокий разрез на длинной юбке открывал вид на гладкое мускулистое бедро, а зелёная кожа в свете магических светильников казалась драгоценным нефритом. Чёрные волосы уложенные в высокую прическу, блестели, в ушах сверкали изумруды.

В театре приглушили свет. Мастер Вансен, местный режиссер, вышел на сцену.

— Лорд Артём, леди Зара, — он поклонился нам, — и все уважаемые гости! Сегодня мы представляем вам историю о покорении Диких земель!

Началось действо, и актёры старались вовсю. Я смотрел, как на сцене машут деревянными мечами, и улыбался. Мне, прошедшему через реальную мясорубку, простой сюжет о подвигах героя и монстрах казался наивным, но люди желали видеть сказку со счастливым концом.

Когда спектакль закончился, зал взорвался аплодисментами. Я хлопал стоя, чувствуя гордость за то, что мы построили мир, где есть место искусству.

Обратно ехали верхом на Дымке. Мой огромный ящер, гроза окрестных лесов, сейчас вёл себя как смирная лошадка. Горожане махали нам вслед, дети тянули руки, пытаясь его коснуться. Дым гордо урчал, позволяя себя гладить.

Зара прижалась ко мне спиной, я чувствовал её тепло через одежду.

— Хотелось бы увидеть спектакль о тебе, — прошептала она мне на ухо, и острые зубки слегка прикусили мочку.

Я усмехнулся.

— Боюсь, такой сюжет не для широкой публики, слишком много крови и постельных сцен.

Она рассмеялась, игриво царапнув коготком мою руку.

— А ты знаешь, что Вансен уже пишет пьесу «Победа над Изгоями Балора»? Говорит, нас ждёт шедевр.

— О боги! — простонал я. — Только не это!

Представляю себе этот кошмар: я, стоящий на горе трупов в героической позе, произношу пафосные речи, которых в жизни не говорил. Если они это поставят, мне придётся уехать в командировку и, скорее всего,