— Хорошо, что он не спешил претворять свои желания в жизнь, — оценив серьёзность ситуации, добавил я.

— Он хотел, — Маррох хохотнул, — Но остальные Хранители были категорически против, ведь в таком случае все они оставались не у дел.

— И то верно, а что с Долосом? — спросил я.

— Долос? — Маррох хмыкныл, — Долос подпитывается душами умерших, но здесь я не очень уверен. Раньше он подобным не занимался…

— Очень интересно… — я вновь задумался, — Выходит, он и Скарлош, получают свои премии с каждой войны, верно?

— Думаю, что да… — слегка задумавшись ответил Маррох, — Но вам, смертным, эти знания бесполезны… Рано или поздно вас разорвут на частички энергии, а потом я…

— Да слышал я уже, не повторяйся, — отмахнувшись от древнего зла, я завершил крайне содержательный разговор… Осталось теперь только понять, где моё место в этом мире…

— Дмитрий, — в моей голове раздался голос Офелии. — Я бы хотела с тобой поговорить…

— Я к твоим услугам… — развернувшись, я направился к капитанскому мостику, — Интересно, что ей понадобилось?

Глава 4

(Калужская область, недалеко от Форта «Калуга»)

Мимики засуетились. Вокруг Потёмкина тут же образовался круг из офицеров с артефактными автоматами. Никто не ожидал, что персона подобного уровня появится прямо здесь, на катере.

— Попрошу соблюдать договорённости, — в разговор Потёмкина и Сергея вмешалась Бланка, которая уже успела вскинуть штурмовую винтовку, — Не заставляйте меня…

Девушка была уверена в своих силах, ведь сотрудничество с технатами давало большие преимущества. Например, появившиеся недавно бронебойные или разрывные антимагические пули позволяли уничтожить любого мага. Бланка щёлкнула переключатель на винтовке, сменив разрывные патроны на бронебойные.

— Спокойно, адское отродье, — Потёмкин перебил её, убирая клинок от шеи княжича, — Переговоры в силе. Я всего лишь пришёл поздороваться и убедиться, что всё в порядке. И всё же, я задам вопрос ещё раз. Что здесь делает Меншиков?

— Этот юноша ведёт переговоры от нашего имени, — Бланка усмехнулась. — Если бы вы были более сдержаны, то он…

— Довольно! — княжич взмахнул рукой в сторону Бланки, — Я и сам умею говорить. Ваша Светлость, — княжич поклонился, — Прошу, давайте начнём переговоры…

— Как скажешь, — Потёмкин хмыкнул, удивившись просьбе, — Жду тебя в палатке.

В следующую секунду он исчез из поля зрения мимиков.

— Кто это был? — Бланка перевела штурмовую винтовку на княжича, переключившись на разрывные патроны.

— Ты слепая, что ли? — нахмурился он, отталкивая дуло винтовки от себя рукой, — Великий князь! Если ты не совсем дура, я советую заткнуться и делать всё, что я говорю, предупреждаю последний раз.

Княжич оказался в ярости оттого, что сейчас произошло. Не так он представлял себе переговоры. Его отец и Потёмкин хорошо ладили, и последний часто бывал в их доме. Теперь же княжичу придётся объяснять, как он оказался на другой стороне и судя по холодному взгляду князя, ничего хорошего его точно не ждёт. Единственная надежда на благоразумие…

Спустившись по трапу, он направился к палатке. Нельзя заставлять ждать Великого князя, а то он сам придёт и во второй раз, всё может быть ещё хуже.

— Оружие придётся оставить здесь, — перед входом в палатку Сергея и Бланку встретил офицер с отрядом гвардейцев. — Прошу, складывайте вот сюда. — он указал на специально подготовленный для этого стол.

— Я чист, — спокойно ответил княжич и направился внутрь, даже без проверки. — А вот с ней могут быть проблемы. — повернувшись, добавил он со злорадной улыбкой.

Бранка зарычала, пытаясь следовать за княжичем, но путь ей преградили гвардейцы с противотанковыми ружьями наперевес. Какой бы ни была броня, одного выстрела из такого оружия хватит, чтобы разворотить не только бронекостюм, но и его оператора.

Бланка поджала губы, но всё же вернулась к столу и бросила на него винтовку. Туда же полетели два пистолета, боевой нож и энергетический клинок. Она попыталась оставить метательные ножи и второй клинок, но офицер помотал головой и указательным пальцем, мол, не дури, мы всё видим. В итоге она выложила практически всё оружие, которое они смогли обнаружить.

Стоило ей пройти в палатку, как она ухмыльнулась, понимая, что все эти безделушки — полная фигня, по сравнению с возможностями бронекостюма.

— Я требую объяснений, — послышался голос Потёмкина, — Что ты делаешь на стороне противника?

— Ваша Светлость, боюсь, что я связан по рукам и ногам, — нахмурившись, сообщил Сергей, — Вы ведь в курсе операции по уничтожению императора?

— Спрашиваешь… — хмыкнул князь, — Полагаю, она провалилась?

— Не могу говорить за других. — начал княжич, — Но могу рассказать, чего добилась наша команда.

— Говори, — махнул рукой Потёмкин, заметив в дверях девушку, — Мимик? — уставившись на неё, спросил он.

— Да, — сухо ответила Бланка, — Не обращайте на меня внимание. Я здесь лишь для того, чтобы у Сергея Александровича была возможность уточнять некоторые моменты по ходу переговоров.

— Сергей, — Потёмкин посмотрел на княжича с надеждой, — Как же так?

— Прошу, Ваша Светлость, сначала выслушайте меня… — Сергей буквально взмолился, понимая, что князь может отказаться от переговоров, посчитав, что всё это какой-то бред.

Тяжело вздохнув, князь уселся за стол переговоров. Стальной трон заскрипел под его бронёй, но выдержал. Два советника, которые всё это время молча стояли позади, направились к столу и уселись по обе стороны от Потёмкина.

Сергей присел на стул с другой стороны. Он сразу заметил, что оказался в невыгодном положении. Переговорщики, с другой стороны, сделали всё, чтобы показать ему его место на переговорах. Хорошо, что он старательно обучался всем премудростями переговорного дела у лучших из лучших, иначе бы мог прямо сейчас выйти из себя, чем поставил всю операцию под удар.

— Для начала вы должны понимать, что я потерял всю команду сразу же после десантирования на территории врага. Шторм оказался слишком свирепым. — начал он. — Ситуация, в которую я попал, оказалась сложной, но мне всё же удалось проникнуть в один из бункеров. Я приступил к поискам цели, но так уж получилось, что именно этот бункер облюбовал Дубенвальд…

— Главнокомандующий объединённой армией? — Потёмкин удивился, взглянув на своих советников.

— Он самый. Не