Вторая, полная, рыжая, с пышной химической завивкой, восседала напротив с колодой карт. Раскладывала их на столике с важным видом, что-то приговаривала, водила пальцем над картинками и поглядывала на соседку с видом оракула.

— Лизонька, тебе казённый дом выпадает, — протянула она. — Вон, гляди, бубновая дама легла, а рядом крести. Это, значит, к перемене места и к большим хлопотам. А вот тут король пиковый, тёмный человек. Он тебе врать будет, ты ему не верь.

— Какие хлопоты, Зин, ты что несёшь! — худощавая эмоционировала так, что от её голоса даже стёкла дрожали. Слишком уж она какая-то… заведённая. — У меня всё прекрасно! У меня вообще всё теперь прекрасно будет! Я как выйду отсюда, я бизнес открою, я тебе говорила? Свечки лить буду, ароматические, по сто рублей продавать буду, я уже всё придумала, рынок прощупала, я в этом гений, понимаешь, гений!

У меня аж голова закружилась от её монолога. Тараторит так, что уши вянут.

— Дура ты, прости господи, а не гений, — невозмутимо отозвалась рыжая и шлёпнула новую карту. — Вон, семёрка пик. Пустые хлопоты тебе и разорение.

— Сама дура! Гадалка базарная! — Лиза вскочила, едва не опрокинув столик. — Сидит тут, людям головы морочит своими картонками!

Я наблюдал за этим спектаклем с возрастающим интересом. И, что характерно, чем дольше смотрел, тем спокойнее становилось у меня внутри. Гневные мысли отступили, будто их и не было. Стоило мне сосредоточиться на чужой психике, на загадке, которую надо распутать, как собственная буря притихла.

Любопытная закономерность. Надо запомнить.

— Ну, что скажешь? — спросил Жаров. — Может, обеих в Саратов, к психиатрам, а?

— Не торопись, — я качнул головой. — Тут две разные истории. Их вообще нельзя в одну кучу валить.

— В смысле две?

— В прямом. Рыжая твоя, Зинаида, психически здорова. Абсолютно.

— Здорова? — Жаров вытаращился на меня. — Она вторые сутки на картах гадает и людям судьбу предсказывает!

— И что с того? — я пожал плечами. — Гадание на картах не диагноз. Это образ мышления, привычка, вера, называй как хочешь. Магическое мышление встречается у уймы абсолютно нормальных людей. Зинаида просто скучает в палате и развлекается, как умеет. Заодно соседку заводит, потому что видит, что та ведётся.

Я указал взглядом на худощавую женщину, которая ненадолго успокоилась и принялась что-то лихорадочно черкать в своём блокноте.

— А вот Лиза, твоя вторая пациентка, это уже по моей части. И тут всё гораздо серьёзнее.

Я вошёл в холл, Жаров двинулся следом, держась на полшага позади.

— Здравствуйте, — я улыбнулся и присел на свободный стул неподалёку от пациенток. — Меня Алексей Сергеевич зовут. Я психотерапевт. Можно к вам присоединиться?

— Психотерапевт? — рыжая Зинаида оживилась и сгребла в кучу свои карты. — О, видать по нашу душу прислали. Ну давайте, доктор, присаживайтесь. Карты, может, вам раскинуть?

— Чуть позже, — мягко отказался я. — Сначала с Лизой поговорю, если она не против.

— А чего мне быть против! — Лиза вскинула голову, её глаза горели. — Поговорим! Вы знаете, у меня грандиозные планы! Я тут лежу, время теряю, а мне работать надо, у меня идей миллион! Я ночами не сплю, мне не до сна, мне творить надо!

/Эмоциональный фон: возбуждённый. Скачки идей. Снижение потребности во сне. Грандиозные планы./

/Предположительно: маниакальная фаза./

Картина начала складываться.

— Лиза, и давно у вас энергия бьёт через край? — спокойно спросил я.

— Дня три, наверное, — она задумалась на секунду и тут же снова затараторила. — А что? Это же здорово! Я наконец-то живу! Вот раньше, месяц назад, я вообще с кровати встать не могла, лежала пластом, выла в подушку, думала, всё, конец, незачем жить. А теперь меня прёт, понимаете? Я — королева мира! Прёт меня! Прёт!

Вот оно. Месяц назад лежала пластом и не хотела жить. А сейчас королева мира и спит по два часа. Как нельзя кстати подходит присказка: «Тут и к гадалке не ходи!».

Диагноз ясен.

/Анамнез указывает на чередование фаз: депрессивная — маниакальная./

/Высокая вероятность: биполярное аффективное расстройство./

Другими словами, старая добрая «биполярка». Человек живёт в метаниях между двумя крайностями. И это сильно истощает организм. Здоровый человек всегда находится в балансе между страданиями и пиком удовольствия.

— Лиза, — заговорил я, — а тот, прошлый месяц, когда вы с кровати встать не могли, такое ведь не первый раз было, верно? Бывало, что вас то вниз тянет так, что свет не мил, то наоборот, вверх несёт, как сейчас?

Она осеклась. Было заметно, как в её глазах появилось осознание. Повезло — она всё-таки решила прислушаться к моим словам. До таких пациентов не всегда удаётся достучаться сразу.

— Бывало, — призналась она. — Я думала, это характер у меня такой. То расклеюсь, то разойдусь. А мать вечно говорит, что я просто истеричка! Мол, придуриваюсь я!

— Вы не истеричка, — твёрдо сказал я. — И не придуриваетесь. У этого есть своё название. И, более того, есть лечение.

Я повернулся к Жарову, который слушал, приоткрыв рот. Он сработал оперативно. Уже отвлёк Зинаиду — увёл её в процедурные кабинет, чтобы ей там давление померили и вкололи витамины. Нельзя, чтобы она слушала мой разговор с этой пациенткой.

— Биполярное аффективное расстройство, — пояснил я. — Раньше его называли маниакально-депрессивным психозом. Человека в таком состоянии качает между двумя полюсами. То глубокая депрессия, когда нет сил жить, то мания. Как сейчас, когда энергия бьёт ключом. Обычно, сон в таком состоянии не нужен, а планы — один грандиознее другого. И знаете, что самое опасное в мании?

— Думаете, я могу стать буйной? — напряглась женщина.

— Нет, опасно не буйство, а вот эта склонность переоценивать себя. В таком состоянии люди берут безумные кредиты, бросают семьи, лезут в авантюры. Вы вот уже решили свой бизнес на свечках ароматических открывать.

— И по сто рублей каждую продавать! — гордо вставила Лиза.

— Всё это, конечно, здорово и интересно. Но через неделю фаза сменится, накатит депрессия, и вы будете лежать пластом. И думать о том, что ваш бизнес прогорел, как эти самые свечки. А депрессивные состояния очень опасны. Но мы с вами этого не допустим.

Я не стал излишне пугать пациентку, но в