Маша и Света поцеловали каждого в макушку.

Маруся кивнула мне и повела всех к машине. Ева несла сумки. Алиса замыкала процессию, оглядываясь на дом.

Мы стояли на крыльце и смотрели, как машина уезжает в сторону портала.

Лора появилась рядом и тихо сказала:

— Они будут в безопасности, Миша.

Я не ответил. Просто ждал, пока машина не скроется за поворотом.

* * *

К вечеру большая часть острова опустела.

Мирные жители уходили весь день. Через портал в Китай прошли тысячи людей с чемоданами, сумками, детьми на руках и домашними животными. Некоторые везли скарб на тележках. Другие несли только документы и фотографии.

Те, кто не успевал к порталу или не хотел в Китай, грузились в дирижабли. Огромные машины поднимались в небо одна за другой, беря курс на Японию. Император Мэйдзи открыл границы для беженцев. Хоть с этим проблем не было.

К закату Южно-Сахалинск выглядел как город-призрак. Пустые улицы, закрытые магазины, темные окна. Только военная техника двигалась по дорогам, занимая позиции.

Я стоял на крыше администрации и смотрел на остров. Мой остров. За который завтра придется драться.

На западе, на горизонте, угасало солнце. С севера, где-то далеко, к нам шел Владимир. На западе к нападению готовилась армия Петра Первого. А здесь, как между молотом и наковальней, были мы.

Валера на севере. Эль на западе. Кутузов, Бердышев, Лермонтов, Толстой. Есенин. Десять тысяч солдат, сотни магов, питомцы и монстры.

Должно хватить. Обязано хватить.

— Миша, — Лора появилась рядом. — Все на позициях. Палмер подтвердила, что последний дирижабль ушел. Портал закрыт. На острове остались только бойцы.

— Хорошо.

— И еще кое-что… — она помолчала. — Владимир ускорился. Он будет здесь завтра к утру.

У меня по спине прошел холодок.

— Во сколько ждать?

— В двенадцать часов. И это не все. Я фиксирую аномальную активность на западе. Флот Петра Первого тоже изменил курс. Они идут быстрее расчетного.

— Они договорились? — я повернулся к Лоре. — Петр и Нечто?

— Нет. Но может, они торопят друг друга? Оба понимают, что момент настал. И оба спешат.

Я посмотрел на закат. Последний мирный закат на Сахалине.

— Значит, у нас есть одна ночь.

Лора кивнула. Ее глаза были серьезными.

— Миша, может это, конечно, не лучший момент…

Она встала передо мной, аккуратно положила свои ладони на мои щеки и поцеловала в губы.

— Ого! — опешил я, когда она отстранилась. — Это же не прощальный поцелуй?

— Дурак что ли? — хлопнула она меня по груди. — Просто хотела показать новые апгрейды…

Я почувствовал, как в ногу что-то уперлось. Опустив голову, я увидел Ваську.

Глава 18

Осталось десять часов

Глава 18

Толстый рыжий кот сидел у моих ног и смотрел на меня желтыми глазами. Не мигая и не мурлыча. Просто смотрел.

— Как ты сюда забрался? — спросил я. — Тут крыша. Пятый этаж.

— По пожарной лестнице, — ответил Васька. — Не впервой.

Я уже перестал удивляться тому, что кот разговаривает. Поначалу, конечно, было странно. Но поразмыслив, я понял, что после инопланетных королей, говорящих гусей и ожившего костяного кракена говорящий кот занимал почетное место где-то в середине списка странностей моей жизни. К тому же кошак успел обмолвится, что они с Петром болтали сутками напролет. Идея с тренировкой гвардии через Анастасию вообще была его. Умный зверь.

Откуда у обычного кота такие способности, я не знал. Лора сканировала его несколько раз и ничего необычного не находила. Просто говорящий, толстый, рыжий кот. Бывает.

— Лора, — мысленно обратился я к помощнице, — не спускай с него глаз. Записывай все.

— Уже, — отозвалась она, появляясь рядом. — Хотя каждый раз, когда я его сканирую, получаю одно и то же: обычное животное. Никакой магии. Загадка.

Васька сел поудобнее и обвил лапы хвостом.

— Нам надо поговорить, Михаил. Серьезно.

— Слушаю.

— Я знаю, как победить тело Владимира Кузнецова. И Нечто внутри него.

Меня это немного напрягло. Да чего уж, сильно напрягло. И ветер на крыше стал как будто холоднее.

— Откуда? — спросил я, стараясь не показывать, насколько меня зацепили эти слова.

— Неважно, — Васька качнул хвостом. — Важно другое. Ты готовишься к войне на два фронта. Валера обороняет остров на севере, Эль на западе. Все правильно. Но у вас нет плана, как вытащить Нечто из тела Владимира. Вы можете сдерживать его, бить и ослаблять. Но не изгнать и уничтожить, верно?

Я переглянулся с Лорой. Она чуть кивнула. Кот говорил правду. Именно это было нашей главной проблемой. Валера мог драться с Владимиром-Нечто на равных. Но убивать тело, не убив Нечто, бессмысленно. А убить Нечто, не вытащив его из тела, невозможно.

— Допустим, верно, — осторожно ответил я. — И что ты предлагаешь?

Васька поднял лапу и начал умываться. Потом спохватился и опять поднял голову.

— Прости, привычка, — буркнул он. — Полтора года в этом теле, знаешь ли, накладывает отпечаток. Иногда ловлю себя на том, что хочу погнаться за бабочкой.

— Васька…

— Да-да. Слушай. Тело Владимира Кузнецова реагирует на кровь рода. На родовую энергию. Ты Кузнецов, в тебе его кровь. Если ты ударишь по определенным точкам на теле, то привязка Нечто ослабнет.

— Каким точкам?

— Узлы. Их семь. Через них Нечто держится за оболочку. Представь себе якорные цепи. Семь цепей, каждая вбита в тело. Если разбить все семь, Нечто останется без опоры и его можно будет выдавить. Но бить должен именно Кузнецов. Кровь к крови.

— Лора? — обратился я мысленно.

— Интересно, — она нахмурилась. — В теории это возможно. Родовая энергия действительно может взаимодействовать с телом предка на уровне, недоступном чужакам. В тебе есть кровь Кузнецовых, это тоже верно. Но откуда кот знает такие вещи? Это не кошачий уровень знаний.

Хороший вопрос. Я повернулся к Ваське.

— Откуда ты это знаешь?

— Я же сказал, неважно.

— Мне важно, — я присел перед котом, чтобы смотреть ему в глаза. — Через двенадцать часов к Сахалину подойдет существо, которое опаснее всей армии Российской Империи. Мне нужно знать, что твоя информация достоверна. Не предположение, не догадка. Иначе я рискну жизнями десяти тысяч людей и только лишь на основании слов кота, которого мой лучший сканер определяет как «обычное животное».

Васька молчал. Желтые глаза смотрели на меня, не мигая.

— Ты не поверишь, если скажу, — наконец произнес он.

— Попробуй.

Снова пауза. Кот посмотрел на закат. Последние красные полосы таяли на горизонте.

— Скажем так, я знаю это тело. Знаю его лучше, чем кто-либо на этом острове. Лучше, чем Любавка, и лучше, чем