— Здравствуй, сын, — кивнул мне отец и вскинул бровь, глядя на старую толстовку для пробежек и потёртые тренировочные штаны. — Да, права была твоя мать, когда сказала, что тебе нужно сменить гардероб.

— Ничего страшного, один раз пообедать можно и в таком виде, Витя, — вставила матушка. — Садись за стол, Костя.

Я занял своё место по правую руку от отца, но на один стул от него, как младший, а не наследник. Передо мной сразу же оказалось горячее полотенце с запахом лимона для обработки рук (и при этом матушка все равно гоняла нас мыть руки), а затем в столовую зашла Варя. Уже не в домашнем наряде, а в платье. Было у Демидовых такое правило, что во время приёма пищи стоит одеваться более… представительно, дабы соблюсти этикет. Как по мне — чушь собачья, но приходилось соблюдать правила, отыгрывая роль воспитанного сына. Впрочем, это не так сложно, как кажется с учётом моего жизненного опыта.

— Отец, матушка, брат, — поочередно кивнула она нам и грациозно присела за стол, как воспитанная леди.

Стоило только появиться передо мной первому блюду, а сегодня у нас была наваристая уха из семи видов рыбы, я понял насколько проголодался. За обедом у нас в семье не принято разговаривать, а потому в столовом зале был слышен лишь звук посуды и тихие шаги слуг. Но вот голод был утолён, подали чай и десерт, на который Варя сразу же накинулась, а отец обратился ко мне:

— В двух словах, Костя, как всё прошло?

Не сомневаюсь, он обладает уже всей нужной информацией, но явно хотел оценить моё к этому отношение. Участие в жизни детей, вот ещё одно правило семьи.

— Могло быть лучше, но могло быть и хуже, — лаконично ответил я. К этому моменту слуги покинули зал, оставив нас одних. — Что сказал государь?

— Проблем не будет, — так же ёмко сообщил отец. — Почти сразу после того, как ты покинул Кремль, я получил требование от Нулевого Отдела предоставить для проверки библиотеку в родовом поместье на Урале. Как мы поняли, — взглянул он на матушку, а затем вновь вернул внимание ко мне. — Именно так ты обнаружил… информацию?

— Да, — пожал я плечами. Раз уже составил легенду, то надо идти до конца. — Правда уже не помню об этом ничего, даже с учётом проверки менталом.

— А как это было, брат⁈ — сразу же заинтересовалась Варя. — Тебе в мозги прямо лезли? Череп вскрывали⁈

— Варвара, — одним взглядом осадила её матушка.

— Ну что⁈ Интересно же! — не сдавалась мелкая. — Нас в школе учитель этой магией только пугал! Мол вот, провинитесь, и придут за вами маги ментала из Нулевого Отдела! А слухов сколько ходило после этого⁈ Вот и любопытно!

— Нет, сестра, череп мне не вскрывали, — спрятал я улыбку за чашкой чая. — А похоже это… на быструю перемотку фильма из воспоминаний. Приятного мало.

Отец почти незаметно скривился и понимающе кивнул. Ему тоже приходилось проходить через такие проверки, ибо он приближённый государя к тому же у него в разуме стоял Лёд, а это совсем иные специалисты, нежели середнячок Валерий Альбертович.

— Круто! Хотела бы и я попробовать! — с детской непосредственностью, какую она проявляла лишь в кругу семьи, заявила Варя. — Кхм… — и стушевалась под тяжёлым взглядом матушки. — Или не хотела бы…

— С вами, юная леди, мы по этому поводу ещё поговорим, — заявила Кристина Алексеевна сулящим часовую лекцию тоном. — Ты почему десерт не кушаешь, сынок?

— Да хватит мне, — обед и правда вышел, что надо, а места уже не было. Даже вечный голод третьей ступени отступил. — Спасибо за заботу, матушка.

— Я так полагаю у тебя не было времени, сын, — перевёл тему отец. — Но ты не забыл про наш уговор?

— Прототипы винтовок, да, помню, — вздохнул я. — Из-за всего случившегося… — родители понимающе кивнули, поняв о чём речь. — Пока было не до этого. Завтра-послезавтра должно быть занятие по стрелковой подготовке, пообщаюсь с преподавателем на эту тему.

— Хорошо, а то Кондрат Захарович, — это он про главного инженера нашего Саратовского завода. — Недавно интересовался, что там и как. Испытания прототипа идут, но скоро нужно заканчивать и выводить в линейку производства.

— Кстати об этом, — вспомнил я кое-что из увиденного в Кремле. — Почему гвардия государя использует наши Корвус-23? Есть же у нас модели получше.

— Стандартизация, — пожал плечами отец. — Тем более, Корвус себя хорошо зарекомендовал по всем характеристикам. Я предлагал императору произвести замену, но пока на этом направлении всё глухо. Да и огнестрельное оружие гвардейцам по сути не нужно.

— Да, я успел оценить их потенциал, — кивнул я. — Имперская Военная Академия выпускает мощные кадры. Их бы в Корпус…

— Кто бы их отпустил туда, — хмыкнул он, а матушка с Варей внимательно нас слушали. — В Корпус, если опустить всю шелуху, идут же в основном те, кому в ИВА не попасть. Как по происхождению, так и по таланту. Элита, как она есть. Ты бы тоже мог там оказаться, — попенял он мне, ведь такой разговор у нас уже был когда-то. — Сейчас был на первом курсе, а по выпуску либо во дворце служил, либо мог и вовсе дойти до статуса Меча Императора, как однажды это сделал один из твоих преподавателей.

— Чего-о-о⁈ — воскликнула сестра. — Брат, тебя обучает Меч Императора⁈

— Бывший, — ответил я. — И он был восьмым.

— Все равно это невероятно! Они же как герои! Везде на острие и в самых опасных заданиях! Телохранители императора и его карающий перст!

— Это слоган из рекламы? — с усмешкой спросил я.

— Да ну тебя, — надулась Варя. — Лучше бы побольше рассказал про этого преподавателя! Какой он⁈ Красивый и крутой⁈

Матушка покачала головой. Чувствую, лекция у моей сестры увеличилась с часа до двух. Постоянно она так влетает, но ей полезно, да.

Обдумав вопрос сестры, я вспомнил первую встречу с Арсеналом, а затем и все дальнейшие с ним занятия и приключения.

— Насчёт красоты это тебе надо не у меня спрашивать, — заговорил я, а отец весело хмыкнул. — А что касается крутости… Да, он силён. Пожалуй, сильнее большинства тех, кого я знаю, — в этой жизни и за исключением дяди Жоры. Пусть в нашем спарринге генерал сдерживался, но было у меня стойкое чувство, что в битве между ним и Арсеналом, я бы на последнего не поставил ни гроша.

— Хотела бы я с ним познакомиться, — мечтательно прошептала Варя, но я хорошо её услышал и чуть чаем не подавился, представив эту картину.

Нет… только через