В итоге, встреча закончилась далеко за полночь, и я вместе со всеми двинулся к выходу. Вот только на полпути меня перехватил главный оратор сегодняшнего вечера. Сначала он поинтересовался, как мне сегодняшнее выступление и проникся ли я такими “мощными и уникальными” идеями. На мой вялый кивок и последующую попытку ретироваться мужчина ещё крепче взял меня за плечо и, вдруг глядя в глаза, прямо сказал.

– А ведь я несказанно рад познакомиться со столь выдающейся личностью. Яков, не так ли? – сообщил мне он, – предлагаю переговорить о действительно важных вещах без лишних ушей. И пусть моя сегодняшняя эскапада не вводит вас в заблуждение. У меня так же имеется немного иное мнение на этот счёт.

Удивлённо посмотрев на него, я, немного подумав, согласился. Глупо упускать рыбу, которая сама плывёт тебе в руки. Тем более, понимая, что перед ней возможно ещё больший хищник, чем она сама.

Глава 26. Лечение невозможно

Всё оказалось гораздо хуже, чем я думал. Вирус биореволюции проник в самые высокие слои общества города. И кажется, дотянулся даже до командного состава, если, вообще с него не начался.

После разговора с Евсеем я понял, что просто так эту заразу не вывести. Стремление покорить, победить и прогнуть под себя слишком плотно вошло в сознание некоторых людей. Понятно, что изначальная доминантность присуща всему человеческому сословию. Но разум, милосердие и гуманизм, эту ярко-агрессивную черту должны были уравновесить. Вот только почти вся история этого мира (да и моего в частности тоже) показывала обратное. Разумеется, были и всплески “света”, когда человечество входило в некий “золотой” и “серебряный” век, развиваясь, не воюя постоянно с себе подобными, а, наоборот, тянулось к наукам, искусству и эволюции во всех жизненных сферах. Правда, к сожалению, такие период длились совсем недолго и вскоре всё скатывалось к более привычному способу существования.

Собственно, как и сейчас. Краткие моменты “просветления” в бывшей столице Российской Империи вновь гаснут, затягивая людей в знакомое болото вечного соперничества и тёмный омут войны.

Возможно, в какой-то степени Степаныч и был прав, говоря, что мои идеи утопичны и человека так просто не изменить, а когда я умру, то всё обязательно вернётся на круги своя. Но, скажу честно, верить в такое мне совершенно не хотелось. Я пришёл сюда спасти эту реальность от войны, и я это сделаю. Даже, если мне придётся ради этого изменить саму людскую природу.

Итак, что же мы, в итоге, имеем. Лозунги о том, что теперь нам самим нужно нести пламя “свободы, равенства и…” прочих нужных и правильных вещей в массы хорошенько так укоренились по всему Биограду. И пусть не все следуют этим идеям, но самая активная часть жителей этот момент активно продвигает. А, если учесть, что всем этим политическо-философским движениям содействует и верхушка командующих управленцев, то становится ясно насколько эта проблема опасна.

Тут не обойдёшься, этих выгнать из города, тем щёлкнуть по лбу и приструнить, а остальные сами успокоятся. “Перепрошить мозги” тоже задача так себе. Как минимум, технологий для задач такого уровня у меня ещё просто нет, а, как максимум, и в моём мире такой эксперимент закончился плачевно. Так что работать придётся по старинке. А дальше уж что-то думать поизящней и эффективней. Ведь, уничтожив побеги этого древа агрессии и насилия, я никак не смогу добраться до его корней. Выкорчевать его, разумеется можно, но тогда может и исчезнуть важная составляющая человеческой личности. Слишком уж там всё взаимосвязано. Поэтому, действовать нужно тоньше. Но этим я озабочусь, когда закончу с излишне поверившей в себя молодой порослью.

Первым же делом я наметил себе встречу с Апостолом и остальными. Пора выходить из тени и пообщаться в открытую. Тем более, раз Евсей меня раскрыл, то рано или поздно слухи обязательно дойдут и до высшего командного состава. Так что, сыграем на опережение.

Облачившись в биоброню, я уже, совершенно не скрываясь, направился к нашему штабу, который за, казалось бы, какой-то месяц основательно разросся, присоединив к себе несколько соседних зданий. Изначально место было выбрано не только, как удобное, но и как красивое. Окружающий дворцовый комплекс парк был ухожен и живописен. Особенно сейчас на пороге лета.

Быстрым шагом я прошёл мимо нескольких постов охраны и дежурных, которые, как только узнавали меня, тут же вскакивали и отдавали честь. Хотя, возможно, вопросов не возникало и потому что на мне были надеты “живые доспехи”. Подобных традиций, кстати, у нас как-то особо не водилось, так что я лишь удивлённо махал рукой в ответ. Да и общая атмосфера буквально фонила милитаризованностью и пафосной военщиной. Будто все готовились к великому походу против всего плохого, во благо всего хорошего. Быстро же всё меняется, когда тебя нет. Кажется, прошло совсем ничего, а тут вон как настроения трансформировались. Не то, чтобы я был против дисциплины, но здесь она будто возведена в абсолют и любое неповиновение карается чуть ли не смертью. Во всяком случае, именно такое ощущение у меня возникло. Да и бюрократии прибавилось. Это видно, как минимум, по тому количеству народа, который мне повстречался в коридорах по пути к кабинету “наиглавнейшего начальства”. Как и ожидалось, Георгий заседал именно в том месте, откуда руководил и я. Этакая преемственность получается.

– Ну, здравствуй, Яков, – поприветствовал меня Апостол, когда я вошёл.

Без удивления или какой-либо взбудораженности, кстати. Значит, о моём появлении ему уже сообщили. Быть может, даже раньше, чем я вошёл в парк.

– И тебе не хворать, Георгий. Как тут дела без меня продвигаются? Слышал отбили нападение красных. Похоже, готовились мы не зря, раз всё получилось, – миролюбиво начал я.

Такую стратегию поведения я выбрал не случайно. Хотелось поначалу осмотреться, понять, что изменилось не только снаружи, но и внутри нашего социума. Особенно в головах тех людей, которые всем этим управляли во время моего отсутствия.

– Всё отлично. Даже очень. И вправду прекрасно справились без тебя, – как-то сухо ответил он.

Хм, похоже, меня тут пытаются выставить виноватым. А я-то ещё думал не сразу на них бочку катить, а узнать, может я ошибаюсь… В итоге, всё вот как поворачивается.

– Рад, что город в порядке и жители довольны. Вот только что-то не слышу в твоих словах радости от моего возвращения, – спокойно говорю я.

– А