— Вот тоа Остоге тарелочку побольше надо поставить, — узнал пацаненка, который когда-то подсказал мне про шихов. Хоть у кого-то жизнь к лучшему изменилась. Округлился, подрос. Карьера до замкового служки скакнула. Искренне рад за него.

Стоп. Тоа? Остога тоа? Все таки урвал власть к которой так стремился?

— Мне больше его жена нравится, — отозвался второй. Его тоже знал. Лечил когда-то. Вот это новость! Командир времени не терял.

— Тоа Остога лучший! Вырасту и как он стану! — отвечал малёк, не прерывая работы.

— Ха! Ты крестьянин! Слуга. Куда тебе в воины, а тем более управители. Мы с тобой не того сорта!

— Вот и того. Шиха тебе в … — не успел дослушать куда же хотел направить малец местную страшилку. Вошел Остога. Вплыл царственно. Чинно и неспешно. Не вязался он с образом злодея. Пацаны абы кем не станут восторгаться. Тем более кухонные, много повидавшие, которых жизнь с пеленок учит разбираться в людях. Да и жена у него. Чую, что дрогнет моя сковородка при встрече с командирской башкой. Так жив тоа или нет?! Что за интрига! Все знают, окромя Редички. Я швыркнул.

Остога глянул в мою сторону.

— Пацаны, кто сопли распустил? Что за причина? — приписал он звук на их счет. Подойдя, приобнял обоих. Так со слугами себя не ведут! Особенно подлецы. Ну вот! Разрушил свой идеальный образ злыдня. А как все было хорошо и понятно. Разбирайся теперь по новой.

— Доброго дня, узурпатор, — голосом деи можно было рефрижератор с рыбой заморозить. Она появилась бледностью лица равняясь с известкой на подъездных стенах. Цвет белый, но с интересным серым оттенком.

— Доброго, тея Фланц. Приказов вы не слушаете? В кровати оставаться не желаете!

Фло только выше задрала подбородок. И нетвердой поступью прошла к своему месту.

— Вы мне ответите за Варна! — скорбная складка залегла у прелестного рта. Готов был покрошить всех, кто успел обидеть мою девочку. Пожалел об оставленном орудии возмездия. Но улетать в столь ответственный момент не решился. Жажда данных о Варне приковала внимание к этим двоим. Переглянувшись, слуги тихо испарились из зала. Потекли секунды. Первой не выдержала тея.

— Это вы лишили меня его! В такой ответственный момент! Рождение первенца!

— Вот вы молодец, тея. Еще за рождение ребенка меня к ответу притяните! — неудачно пошутил воин. Сколько же отсутствовал, что у теи-дэи (до сих пор не могу разобраться как правильно) ребенок родился?! Странный сдвиг во времени. В «когда» меня закинуло? Непараллельное течение реальностей?!

Минута и тея рыдает в конвульсиях. Я не выдержал и с рыком метнулся за припрятанным оружием. Твой звездный час Тефалька! Пригодилась, родная. Пожалуй, посуда с такой скоростью по замку еще не перемещалась никогда. Воздух свестел рассекаемый вполне материальной вещью. Инерция набиралась скоростью, чтобы выйти на пик к залу и подкорректированная на подлете нанести урон противнику. Затормозил в последнюю секунду, побоявшись зацепить тею. Она была в объятях командира, трепетно обнимаемая им. Фланц рыдала и цеплялась кулачками за его дорогие одежды.

Эти двое не замечали никого вокруг. «Так вот как он стал ноа! Соратника не пожалел и девчонке жизнь сгубил» — было первой горькой мыслью. Разочароваться я не успел. Заговорила тея.

— Остога. Спасибо тебе. Не представляешь насколько благодарна, — хлюпнула Фло, успокаиваясь.

— Мы с женой всегда поддержим.

Стоп. Не жена? Плюс сто баллов в карму.

— Прости за Варна. Думаешь, не понимаю, как это важно съездить в соседнее владение мир заключить? — она отодвинулась, чтобы занять свое место и начать есть как ни в чём не бывало.

— Понимаю. Это из-за рождения Ридера, — тепло улыбнулся тан, отодвигая кресло герцога.

Ой. Кажется, меня никто не забыл.

— Доброго дня всем. До сих пор не могу привыкнуть, — явился новый персонаж. Остога, изменившись в лице, рванул навстречу даме. Как никто не заметил зависшую в растерянности у камина сковородку — загадка. Сунул ее в дымоход. Нападение откладывается. Ну и качели!

— Позволь провожу, — лицо вояки источало чистый восторг. А вот даму его я знал давно и прочно. Милейшая богиня кухни и строгий босс в одном флаконе мило застеснялась. Женщина была на десять лет младше тана, но в этом мире ее списали по возрасту с брачного рынка. Искры между этими двумя и притяжение наполнили комнату.

Когда уселись и начали обедать, тетушка Зея задала мужу вопрос, за который готов был расцеловать:

— Валио так и будешь в темнице мариновать?

— Следовало бы еще и пошинковать, — нахмурился ноа.

— Дядюшка Остога! Больно вы строги. Вспомните как он за той Маритой ухаживал! Сколько добивался. А она мало того, что замуж за своего лавочника вышла, так и за деньги всех сдала. Это еще он сдерживался. — Сердцем понимаю, но министр финансов не может бегать по городу как шалопай и собственноручно метелить лавочников. Ну повысь ему налоги. Допустим, в городе средства на флажки кончились и попоны мееровские. Так нет! — Зато его теперь, реально, боятся, — хохотнула довольная Фло. Словно не только что рыдала, — А уж как уважают! Теперь любые причуды, лишь бы купечеству не встречаться с ним лично. — Хоть Варн радует. Не думал, что твой муж таким послом одаренным станет. Еще сомневался кого отправлять к соседям! Только двое и радуют. Он и казначей. С Валио промах вышел. — Ешь. Дела подождут, — прервала его Зея, посмеиваясь. Таким уютом и домашним теплом дышала картина обеденного зала. В солнечных лучах обстановка из тускло бордовых тканей приобретала умилительную пасторальность. За столом оставались свободные стулья. Один для талантливого дипломата Варна и отца будущего ноа, а еще три? — Ноа Остога! — задорный вопль заставил поперхнуться уважаемого Управителя, — Нашел! Вы проспорили! Все записи перерыл за три года и отыскал! — То-то так тихо аж десятницу было, — проворчал Остога, откашлявшись. — Нашел потерянные золотые! — появился всед за воплями обладатель звонкого голоса. Старина Кирк! Почти не узнал его. В новом сюртуке, пошитом явно на заказ, который своей официальностью диссонировал с юным видом обладателя. — Побольше уважения, юный Киркус! — следом зашли близецы. Два щеголя, одетые по последней моде. Дырчатые бледно желтые жабо на массивных шеях парней смотрелись неуместно кокетливо и забавно. Неудержался фыркнув. — Кто-то сильно ученый сейчас огребет, — беззлобно заметил Вано, отодвигая стул и усаживаясь. Мой смешок был приписан невиновному. — Ридер говорил, что учиться надо всегда! — замкнулся мой почитатель. — Вот он и научил