— Можешь не утруждаться, — успокоила его.

— О чем ты?

— Я в диких джунглях — обезвоженная и раненая. У меня нет воды и лекарств. Сколько я еще протяну? Наверное, меньше двух дней. А твои Бескрайние Южные земли, — я горько усмехнулась, — настолько бескрайни, что я не представляю, куда мне идти. Твоя невеста может спать спокойно.

Повелитель замолчал, и я подумала, что сон изменился, повелитель пропал, и в кровати я осталась совсем одна, ведь сны нестабильны, и всякое в них бывает. От этой мысли мне почему-то стало немного грустно. Но когда я открыла глаза и обернулась, повелитель по-прежнему лежал со мной на кровати, просто он ничего не говорил, лишь задумчиво рассматривал мое тело и потрепанную одежду. Да еще так пристально рассматривал, что захотелось укрыться от его взора под одеялом. Но я подумала, что делать во сне нечто подобное будет глупо, поэтому решила — пусть рассматривает сколько хочет.

Через несколько минут мужчина наконец поднял взгляд на мое лицо и недоверчиво спросил:

— Что северянка делает в диких землях? Да еще в такой, — кивком указал на мои джинсы, — непрактичной одежде.

Опять двадцать пять!

— Я не северянка, — решила прояснить этот момент раз и навсегда, словно он был важен. Хотя на самом деле важно было лишь то, что я заснула на ветке, под которой собралась целая стая тропических волков, и теперь в любой момент могу свалиться прямо в их клыкастые пасти. И надо бы поскорее проснуться, но во сне намного уютней и пить хочется не так сильно. — Я вообще ни разу не была на севере. И холод не особо люблю, честно говоря. Хотя теперь, — я задумалась, — жару я не люблю еще больше.

Повелитель прищурил свои кошачьи глаза. Его зрачки и правда были вытянуты в вертикальную линию. В прошлый раз мне не показалось.

— Тогда кто же ты такая, нэйра? — спросил он проникновенно, приблизив свое лицо к моему. Слишком близко. Я едва сдержалась, чтобы не отпрянуть.

— Ну… — я рвано выдохнула, — видимо, я воплощение вселенского невезения. Блудная дочь, которая отвернулась от семьи ради своей мечты, но в итоге воплотить мечту не сумела. Зато потеряла ноги и два года жизни. Затем села на проклятый рейс и пережила крушение самолета, которое помогло вернуть ноги, но, кажется, отняло психическое здоровье, и поэтому теперь я вижу тебя.

Лицо повелителя буквально окаменело, застыло, как прекрасное каменное изваяние. Не знаю почему, но он весь внезапно напрягся от моих слов.

— Затем была птица, — продолжила я, решив высказаться до конца, раз уж начала говорить, — которая меня чуть не слопала, и голодные волки. Причем такие же голодные, как и я. Поэтому когда я проснусь, то, возможно, грохну одного из них и сожру. Или они сожрут меня, — сыронизировала я безрадостно, — тут уж кому больше повезет. Я думаю, что им. А ты?

Мужчина не ответил. Он смотрел на меня так, будто впервые увидел. Не моргая. Лишь золотой огонь в его глазах начал разгораться мистическим образом.

— Но даже если волки меня не тронут, то я найду способ самоубиться, ты не сомневайся. Это же джунгли! Я на ровной дороге поскользнулась и угодила под колеса внедорожника. А тут настоящие джунгли! — У меня вырвался смешок. — Наверное, я выколю себе глаз веткой и истеку кровью. Или случайно удушусь на лиане. Но если посмотреть на ситуацию объективно, то обезвоживание прикончит меня первым. А может, я вовсе…

— Хватит. — Широкая ладонь внезапно накрыла мой рот, мгновенно прервав поток слов.

От неожиданности у меня сердце трусливо подпрыгнуло к горлу.

— Ты что делаешь?! — удивленно промычала я, но на деле вышел лишь нечленораздельный писк. Сомневаюсь, что повелитель меня понял. А если и понял, то очень превратно, потому как стремительно вскочил и склонился надо мной с таким свирепым выражением лица, будто услышал нечто из ряда вон выходящее.

— Ты сказала, что «пережила крушение самолета», — прорычал он. — Что это значит?!

Одеяло сползло с его тела на кровать, оголив все, что доселе было хоть немного, но прикрыто. Ох, мамочки…

— То и значит! — воскликнула я, едва снова смогла говорить. — Самолет упал и разбился. Чего тут непонятного?

Повелитель резко втянул в себя воздух, словно меньше всего на свете желал услышать от меня нечто подобное.

— Опиши его, — потребовал он на выдохе. Огонь в мужских глазах разгорелся не на шутку. Пламя вырвалось из зрачков, чуть не опалив мои брови и перепугав до чертиков.

— Что описать? — испуганно пискнула.

— Твой самолет! — прошипел он с диким напором, склоняясь к моему лицу еще ниже.

— Зачем?!

— Описывай, говорю! — рявкнул «дракон».

— Ты не знаешь, как он выглядит? — вдруг поняла я.

— Догадываюсь.

— Как железная птица! — напомнила ему, что он и так должен знать. — Как большая железная птица белого цвета с синей эмблемой авиакомпании «ФлайАэро»!

Которая теперь наверняка обанкротится. Падение самолетов всегда влечет за собой стремительное падение акций.

Повелитель резко отпрянул от меня, встал с кровати и на несколько секунд прикрыл глаза, чтобы осмыслить услышанное. За это время я успела сесть и подтянуть ноги к груди, чтобы больше не оказаться зажатой под огромным и устрашающим телом, способным меня раздавить, а потом еще и поджарить до хрустящей корочки, как сочный бекон на гриле. Боже мой! Понимаю, что это лишь сон, но все равно боязно. Видать, нервы сильно шалят.

— Так, значит, ты одна из этих. — Когда повелитель вновь открыл глаза, в них уже не было огня, только замешательство. — Чужеземка… — произнес он настороженно.

— Ну, — я подумала и кивнула, — можно и так сказать.

Глубокие складки образовались на его лбу.

— Удивительно, что ты все еще жива… — Судя по интонации, мужчина и правда был крайне удивлен этим невероятным фактом.

— Сама удивляюсь, — поддакнула ему.

— Раньше никто не выживал, — припечатал он. — По крайней мере, дольше пары часов уж точно.

— Спасибо, блин! А разве подсознание не должно меня хоть чуточку подбадривать?

— Я не разбираюсь в тонкостях человеческого подсознания, поэтому не могу ответить на твой вопрос.

— Ты и есть мое подсознание! — воскликнула я, стараясь смотреть куда угодно — на восковые свечи, на покрывало из звериной бурой шкуры, на