«Хогам» приказали перехватить орду в нескольких милях отсюда: кружить над ней, пытаясь задержать мертвецов или увести их в другом направлении. Мы не знаем, сработает ли эта тактика — лишь три самолёта имеют достаточно топлива для такой операции.

В радиоэфире я услышал, как один из пилотов A-10 сообщил, что ему пришлось перейти на ручное управление, поскольку гидравлическая система потерпела катастрофу. Он объявил аварийную ситуацию — и через несколько секунд я увидел, как он пронёсся над нашими головами, спеша вернуться на базу. Надеюсь, у него всё получится.

Я сижу на кузове 2,5-тонного грузовика и жду, когда оставшиеся вертолёты авианосца заберут остальных ценных сотрудников, прежде чем мы тронемся в путь.

Текущий план: колонной двинуться на юго-восток к Мексиканскому заливу, а затем встретиться с USS George Washington на малых судах. У нас несколько тяжёлых кейсов с разведданными — их предстоит проанализировать на борту авианосца.

Перед тем как заварить двери, выключить свет и покинуть объект, Джон сделал резервную копию всей информации с мейнфрейма О23. Разведданные помечены как требующие немедленного изучения — их отправили с первым же вылетевшим вертолётом.

АВИАНОСЕЦ

23 ноября, 08:00

Авианосец «Джордж Вашингтон»

Авианосец пребывает в удручающем состоянии. Повсюду — рыжая ржавчина, куда больше, чем положено на ухоженном военном корабле, окрашенном в стандартный серо-дымчатый цвет. Провести ремонт и техническое обслуживание невозможно: любой сухой док, вероятнее всего, уже захвачен тварями.

Операция по переброске колонны на борт авианосца обошлась нам дорогой ценой. Мы потеряли десятки отличных бойцов.

Нас атаковали со всех сторон, пока мы расчищали путь через бесчисленные старые заграждения и разбитую технику. Большинство погибших пришлось на время ожидания малых судов, которые должны были доставить нас на корабль. Из-за огромных размеров авианосец не мог подойти к берегу — пришлось встать на якорь вдали от суши и высылать за нами малые плавсредства: по две лодки за рейс.

Операция задержалась на час из-за неспокойного моря. Нам пришлось обороняться от сотен мертвецов, прижатых к Мексиканскому заливу. Многие отступали, прыгая в воду: они предпочитали холодную стихию участи быть съеденными.

Мы выстроили плавучие «острова» из ЛБМ, соединённых цепями, — они обеспечивали огневую поддержку с воды. Мы делали всё, что могли, пока не подошли лодки.

Мертвецы, с которыми мы сражались, вероятно, были передовой волной Роя T-5.1. Информация, ранее переданная «Удаленным узлом № 6», указывает: некие силы каким-то образом пометили известные скопления нежити на территории Соединённых Штатов и, похоже, пытаются дистанционно их отслеживать и классифицировать.

Чередующиеся вылеты «Хогов» делали всё возможное, чтобы провести черту: они сокращали численность орды — пусть лишь на 0,001 % за раз. В конечном счёте это, возможно, спасло нам жизни, дав те самые несколько дополнительных секунд, которые понадобились, чтобы подняться на борт. Пилоты докладывали: поток мертвецов тянется на многие мили.

Мы продолжали сражаться, израсходовав весь боезапас — и индивидуального оружия, и крупнокалиберных систем. За спиной мы слышали мощный рёв дизельных двигателей малых судов — в тот момент, когда нежить прорвала наш пятидесятиярдовый рубеж уничтожения.

Как раз когда враги окружили нас и добрались до бойцов первой линии, подошли лодки. Мы быстро поднялись на борт. Некоторым пришлось отбиваться от мертвецов врукопашную — штыками и пустыми винтовками.

Я бросил свой нож Randall одному из морских пехотинцев — как раз вовремя: он вытащил его из ножен и жестоко обезглавил двух почти скелетированных, обнажённых тварей, цеплявшихся за его плоть. Он громко поблагодарил меня, вытер клинок о штаны и вернул нож, поднимаясь на борт.

Мы благополучно двигались по воде к авианосцу, останавливаясь лишь ненадолго каждые несколько сотен ярдов, чтобы подобрать из воды тех, кто ещё был жив, но впадал в шок. Некоторые уже обратились и тянулись к спасателям, пока те пытались помочь тем, кого ещё можно было спасти.

В день нашего прибытия военные хирурги и добровольцы из «АмериКорпс», находившиеся на борту, немедленно осмотрели нас. Хотя они не были военными, они радовались, что находятся здесь, а не на материке. Зашивая наши раны, они рассказывали, что в некоторых районах материка ожидаемая продолжительность жизни составляет не более часа.

Один из моряков поведал мне, что им приходится совершать опасные вылазки вглубь материка — за сотни миль, в такие места, как арсеналы Редстоун и Пайн-Блафф, — чтобы время от времени пополнять запасы боеприпасов и критически важных запчастей.

Нас с Тарой разместили в одной каюте на уровне O-3. Я был безмерно рад увидеть её и узнать, что она благополучно поднялась на борт. Она сообщила мне номера кают, а также номера палуб и отсеков, где разместились все бывшие обитатели «Отеля 23». Я мысленно отметил, что нужно навестить каждого, когда появится время.

Когда я не писал оперативный разведывательный отчёт о событиях прошедшего года, я проводил всё время с ней. В последнее время она стала куда более эмоциональной — и это было совершенно нормально, учитывая стресс, через который прошли все мы.

Я искренне скучал по ней в разлуке. Наконец у нас появилось время, когда мы оба чувствовали себя в достаточной безопасности, чтобы немного ослабить внутреннюю оборону и по-настоящему поговорить о том, что со мной произошло.

Никогда не забуду её слов:

— Не могу поверить, что ты здесь, передо мной. Я так скучала. Ты вернул мне то, что у меня отобрали.

Пока мы углублялись в разговор, в дверь постучал посыльный и попросил меня пройти с ним.

Мой разбор полётов в Разведывательном центре авианосца занял полтора дня. Я просматривал документы вместе с Джоном и Сайеном, когда на палубе появился исполняющий обязанности офицера разведки корабля. Он представился как Джо из Центрального разведывательного управления.

На нём был один из тех оливково-серых жилетов — словно призыв: «Стреляйте в меня первым!» — серая футболка, брюки карго и пустынные боевые ботинки. С помощью своего дневника я тщательно отмечал детали, которые, как мне казалось, могли иметь значение.

Мне сообщили, что исполняющий обязанности начальника военно-морских операций вскоре вызовет меня к себе в кабинет: он хотел лично встретиться со мной, узнать из первых уст правду о ситуации на материке и обсудить предстоящую миссию, в которой, возможно, понадобится моя консультация.

Джо быстро переключил моё внимание на всё, что имело отношение к «Удаленному узлу № 6». Я рассказал ему о характере увиденной мной технологии — обо всём, начиная с лазерного целеуказателя (который до сих пор был у меня), заканчивая кнопочным маячком и даже БПЛА C-130.

Когда я описывал оптоволоконные