Дальнейшие попытки отодвинуть каменную глыбу провалились, как в ипостаси моурос, так и в человеческой.

Решив отправиться домой с этой информацией и вернуться с подкреплением, мы с Мануэлем вышли из Святилища.

Глава 44

Но мы никого не застали дома. Мануэль сразу поднялся к себе, а я направилась в офис, располагавшийся на первом этаже. Оба стола, один из которых, судя по всему, принадлежал маме, пустовали.

Я побродила по дому еще некоторое время, пытаясь найти хотя бы Андреса, когда заметила родителей Иззи, вошедших в холл. Проследив за ними, я увидела, как они скрылись за тяжелой дубовой дверью.

Я решила пойти следом за ними, но дверь не поддалась. Прижавшись к ней ухом, я вслушалась в голоса, доносившиеся с противоположной стороны. По ощущениям, там было человек пять-шесть, не меньше. Раздался знакомый женский голос. Что здесь делает бабушка? Но разобрать слова было невозможно.

Я чуть не вскрикнула, когда из-за спины раздался голос Мануэля:

– Что ты делаешь?

– Ты меня напугал!

Мануэль уже успел переодеться в черное худи и спортивные штаны. Его пышные кудри были влажными и казались еще длиннее. Он стоял, засунув руки в карманы брюк, и смотрел на меня как на дурочку.

– Подслушиваешь? – задал он вопрос, ответ на который был очевиден.

– Я видела, как туда вошли родители Иззи. Что они здесь делают?

– У старейшин собрание.

Когда Андрес рассказал о предстоящем собрании, я думала, что он имеет в виду семью Паласио. Оказывается, это было общее собрание старейшин моурос и наследников семей ведьм. Если они решили объединиться, значит, дела обстоят намного хуже, чем я предполагала.

– Почему они нас не предупредили? – спросила я.

– Потому что мы не старейшины.

Вновь прижавшись ухом к двери, я попыталась разобрать хоть одно слово.

– Здесь ты ничего не услышишь.

– Я должна узнать, о чем они говорят.

И тут я замерла, поняв, что имел в виду Мануэль.

– Подожди, ты сказал «здесь не услышу». Ты знаешь, где можно подслушать их разговор?

– Иди за мной, если хочешь, тогда узнаешь.

Мануэль направился к соседнему коридору. Заметив, что я не двигаюсь с места, он повернулся:

– Я не буду больше предлагать.

Я бегом последовала за ним. Мануэль остановился возле картины светловолосого мужчины в костюме, которая висела между двумя колоннами, выступающими из стены. Подняв картину, он потянул вниз рычаг, встроенный в стену. Одна из колонн сдвинулась в сторону, открывая темную нишу.

– Что это? – удивленно спросила я.

– Потайной ход. Не только моурос нападают на ведьм, но и ведьмы на моурос.

Когда мы очутились в холодном каменном проеме, Мануэль сдвинул другой рычаг на противоположной стене, и прежде чем мы оказались в темноте, я заметила рядом с собой еще один рычаг. Судя по всему, он открывал стену гостиной.

Мануэль осторожно сдвинул дощечку в стене. Оттуда сразу полился свет.

Взглянув в маленький проем, я увидела огромную библиотеку с большими арочными окнами. По центру располагался круглый дубовый стол. За ним сидели старшие братья Паласио, Альба, мама и бабушка, а также родители Иззи и Даниэлы.

Кажется, мы с Мануэлем стояли за камином. Это можно было понять по кирпичному ограждению в стене. Я задумалась: зачем существам, которые не мерзнут, камин в доме?

Я удивилась, когда из-за книжных стеллажей вышел Андрес и встал за спиной своего отца.

– Почему Андресу можно там быть, а тебе нет? – шепотом спросила я.

– Потому что мне это не интересно.

– Тогда что ты делаешь здесь?

Было понятно, что Мануэля туда не пускают, но он не мог признаться в этом. Зная его выходки, семья не доверяла ему. Или просто избегала споров из-за того, что у Мануэля всегда противоположное мнение.

– Замолчи и слушай! Или ты пришла сюда, чтобы допытывать меня? – грубо бросил он.

В тесной нише даже одному человеку было сложно развернуться. Мы стояли с Мануэлем почти вплотную, что обоим доставляло дискомфорт. Мануэль наклонился, пытаясь заглянуть в щель, и его влажные кудри коснулись моего лба. Меня тут же обдало резким хвойным ароматом, похожим на запах леса после дождя.

– Это было неразумное решение.

Раздавшийся голос Фернандо заставил меня перевести внимание на собрание.

– Вы поступили бы так же, – ответил отец Даниэлы. – У вас всех тоже есть дети, так что не спешите нас осуждать!

– Он явно не знает законы моурос, – шепнул Мануэль скорее себе самому, чем мне.

Отец Даниэлы, вероятно, пытался защитить не только свою дочь, но и их с женой жизни. То, что они скрыли, что Даниэла стала ведьмой, делает их соучастниками и не прибавляет доверия в глазах Паласио.

– Мы сейчас не о возможных проступках наших детей, Альберто, а о том, что уже случилось, – сказал Альваро.

– Как бы то ни было, то, что семья Фасио сейчас сидит здесь, говорит о том, что они готовы сотрудничать, – вмешалась бабушка.

– А у них есть другой выбор? – спросил Фернандо. – Они не могут сбежать, бросив дочь.

– Сомневаюсь, что от их дочери теперь что-то осталось, кроме оболочки.

К моему удивлению, это произнесла мама. Я внимательно всмотрелась в щель, пытаясь разглядеть ее эмоции. Она выглядела совершенно спокойной.

– Это явно говорить не тебе, Летисия, – ухмыльнулась мать Даниэлы, наклоняясь над столом. – От твоей дочери, думаешь, осталось что-то больше, чем оболочка?

Мои ребра сжались от этих слов. Какая бы кровь во мне ни текла и какой бы силой я ни обладала сейчас, к счастью, мой разум был при мне, в отличие от Даниэлы.

– Не впутывай сюда мою дочь, – холодно бросила мама. – Она хотя бы не собирается уничтожить целый город.

Меня охватила гордость. Гордость за ту мать, какой она была если не со мной, то на людях.

– Давайте оставим споры и обсудим самый главный вопрос, – вмешалась Альба. – Где нам найти Даниэлу?

– Альба права, – сказал Фернандо и внимательно посмотрел на отца Даниэлы, словно пытаясь проникнуть ему в голову своим холодным взглядом. – Где скрывается ваша дочь, Альберто?

– Тогда тут же идет сопутствующий вопрос, – вмешался отец Иззи. – Что мы собираемся делать, когда найдем ее?

– Мне кажется, что ответ очевиден. Убьем, конечно, – проговорил Фернандо.

– Нет! – вскочил с места Альберто, роняя стул. – Ты обещал, что мы испробуем все методы, чтобы вытащить мою дочь из лап Королевы!

Фернандо откинулся на спинку стула, и желваки на его лице задергались. В такие моменты сложно было не заметить их сходства с Мануэлем.

– Ты должен понять, – сказал Фернандо, – что насильно твою дочь в лапах Королевы никто не удерживает. Даниэла сама согласилась стать