Правда, вот с этим самым усилением у местных тварей были проблемы. После разрушения источника энергии Карачуна для клопов начались тяжёлые времена. Хотя, возможно, что не только для них.

Мы некоторое время шли молча по искорёженным тоннелям, когда вдруг Снегурочка спросила меня:

— А ты что, бессмертный? Я просто не представляю, как можно было всё это испытать и выжить!

— Да нет, я, как и все, состою из мяса и говна. Раньше мяса во мне было больше, сейчас уже не уверен, — ответил я.

— Может, всё-таки пойдём к детям? — повернулась Снегурочка к Юки.

— Нет! — покачала та головой, — нам нужно закончить здесь! Потерпи! Столько ждали, лишние полчаса погоды не сделают. Но если не доведём дело до конца, всё может начаться сначала. А мы уже выступили на другой стороне, если ты не заметила. И не нужно думать, будто Карачун об этом не знает. Наверняка уже в курсе!

— Умом-то я понимаю, — грустно вздохнула Снегурочка, — да только сдерживать себя тяжело.

— Мне кажется, или этих самых клопов под ногами у нас становится всё больше и больше? — сказал я, продолжая хрустеть ледяными уродцами.

— Да, он пытается нас остановить. Сил у него сейчас почти нет, но всё, что осталось, он будет бросать против нас. И думаю, что это пока только начало! — сказала Юки.

— Что ещё нас может ждать? — спросил я.

— Те, кого ты уже видел рядом с горой. Мохнатые здоровяки. Им почти не нужна энергия Карачуна, они больше на людей похожи, чем на этих клопов. Так что, если они успеют до нас добраться, придётся попотеть, — сказала Юки.

Я с удивлением подумал о том, как поменялись роли Юки-Онны и Снегурочки за последние часы. Если сначала я как безусловного лидера у них воспринимал именно Снегурочку, то теперь, после того как они перешли на мою сторону, лидерство явно перешло к японке. И, надо сказать, она действовала очень уверенно и разумно. А Снегурочка, наоборот немного сникла. Возможно, близость встречи с ребёнком её так взволновала, что она подрастеряла былую уверенность. Но разве можно её в этом винить? По крайней мере, я не винил. Вообще, удивительно было как они, наплевав на всё, не бросились к своим детям. Если бы Юки не проявила такое хладнокровие в этой ситуации, я бы топал сейчас один.

— Мы хоть правильно идём? — спросил я.

— Не знаю, — сказала Юки, — но направление верное. Эта штука где-то в той стороне. И судя по тому, что нам навстречу лезет всё больше и больше этих тараканов, думаю, что мы на верном пути.

Из-за изгиба кишки, по которой мы двигались, показался ледяной голем. Но шёл он не очень уверенно, слегка покачиваясь. Но каким бы медлительным он ни был, подпускать к себе эту штуку не стоило. Его ледяные шипы вместо рук могли проткнуть не хуже стального меча.

Я, недолго думая, швырнул ему в голову шарик плазмы и разнёс ледяную черепушку вдребезги. Тело с ледяным звоном обрушилось на пол, но не замерло там, а принялось шевелиться, видимо, пытаясь восстать. Но энергии на это уже не хватало.

— Интересно, Юки, а ты можешь ему помочь? — спросил я.

— Могу! — сразу же призналась та, — но зачем?

— А раз можешь помочь, то можешь и убить, наверное? — спросил я.

— Интересная мысль, — задумалась Юки, — если придёт ещё один, попробую забрать у него силы!

Следующий ледяной голем оказался за поворотом, но Юки ничего с ним сделать не смогла. Лишить его энергии у неё не получалось. Причём напитать — вполне! Там стояло что-то вроде магического клапана, и переток энергии был возможен только в одну сторону.

— Вот дерьмо! — в сердцах сказала Юки.

— А ты, я смотрю, в самом деле, хорошо знаешь русский язык! — усмехнулся я.

— Это ты ещё не слышал, как я ругаюсь! — с лёгкой гордостью сказала Юки.

— Это ужасно! — осуждающе сказала Снегурочка, — я слышала и больше не хочу. Девушка так не должна разговаривать!

— Эй! Я специально осваивала навык ругаться по-русски! Не обесценивай мой труд! — возмутилась Юки.

Этого голема тоже пришлось убивать мне. Первый выстрел, как и в прошлый раз в голову, а потом уже небольшой плазменный вихрь, чтобы растопить остатки. А то ещё не хватало, чтобы он нас ткнул, когда мы будем мимо идти.

Мы вышли в большую полость внутри Карачуна и там нас ждали. Это были почти Йети, но, видимо, монстру пришлось разбудить всех, даже «полуфабрикаты». Люди были не прошедшие полностью трансформацию, но, судя по всему, разум их уже оставил. Даже с разумной речью и то у бедняг были проблемы.

Убивать их страшно не хотелось, но, судя по всему, выбора другого не было. Их прислали по нашу душу, и отступать они не собираются. А страх им, судя по всему, пока неведом… или уже неведом.

— Что будем делать? — спросила Снегурочка.

— Нам же прямо? — пожал я плечами.

— Ну да, — сказала Юки.

— Значит, идём прямо. Честно говоря, не думаю, что их можно вернуть к нормальной жизни. Если бы был шанс, то может быть убивать бы их и не стоило. Но они уже слишком сильно изменились, — сказал я.

— Мы можем их приморозить слегка, да? — повернулась Юки к Снегурочке, — а там будь что будет. Не хочется устраивать кровавую бойню.

— Серьёзно? — усмехнулся я, — ты сестра-близняшка той Юки, которую я знал раньше? С нами почему-то такой щепетильности ты не проявляла.

— Были причины! — резко сказала Юки, — не думаю, что стоит объяснять. Мы служили, потому что наши дети были в заложниках. И старались служить хорошо, чтобы он не отыгрался на них. Не стоит больше меня этим попрекать!

— Да я не попрекаю, — сказал я примирительно, — но перемены в тебе произошли просто разительные.

— Поверь, я не хочу сейчас здесь быть, — сказала Юки, — помимо того, что нам нужно срочно вниз, я ещё и плохо себя чувствую. Я еле стою! И, если честно, могу в любой момент потерять сознание.

— Я тоже! — радостно