— О, легче стало. Уже не болит, — признался он. — Спасибо.

Я кивнул и обратился к отряду:

— Ну вот и все, дороги назад не будет. У вас есть последняя возможность отказаться от задуманного.

— Еще чего! — возмутился Варлам. — Если кто повернет назад, получит пулю от меня в затылок. Ясно⁈ — Он обвел мужчин грозным взглядом.

Желающих отказаться не нашлось.

Я настоял на том, чтобы пойти первым, поэтому «поджег» свой посох и принялся спускаться под землю, цепляясь за железные скобы.

Скобы были покрыты тонким слоем склизкой плесени, отчего приходилось цепляться сильнее, чтобы не поскользнуться. Я опустился метра на четыре, прежде чем достиг пола.

Осветив посохом длинный коридор, увидел, что стены увиты тонкими корнями, сплетенными между собой, на полу растет чуть светящийся мох, а с потолка местами капает вода. Втянув носом, почувствовал спертый запах плесени и влажной земли.

— Ну что там? — выкрикнул Варлам. — Спускаемся?

— Да, спускайтесь! Только держитесь крепче — скользко!

Когда все были в сборе, я снова пошел первым, освещая нам путь. Местами камень, которым был выложен лаз, осыпался, поэтому приходилось пробираться на корточках или всем телом прижавшись к уцелевшей стене.

По мере приближения к дворцу лаз становился чище и шире. Я почувствовал запах горелого масла от факелов, будто совсем недавно сюда заходил.

— Когда же дойдем? — с раздражением выдохнул Варлам. — Ненавижу замкнутые пространства. Чувствуешь себя, как в гробу.

— Осталось недалеко, — ответил я.

— Откуда знаешь? — уточнил Бинокль.

— Запах знакомый, — ответил я и глубоко вдохнул. — Пахнет кратами.

Все тоже начали принюхиваться, но ничего не почувствовали. Неудивительно, ведь мой нюх намного острее обычного человеческого. Используя образы зверей, я совершенствовал собственное тело и чувства.

Вскоре мы дошли до дубовой двери, укрепленной железными пластинами. Дверь была заперта с другой стороны. На этот раз вызвался помочь еще один маг, которого я взял с собой, Тимофей. Он был магом воды, поэтому я сначала не понимал, что он собирается делать, и внимательно наблюдал за его действиями, одновременно освещая пространство посохом для его удобства.

Тимофей приложил руку к двери, и вдруг по ней потекла вода.

— Ты что, мыть ее собрался? — усмехнулся Варлам.

— Сейчас все увидишь, — ответил маг, сосредоточенно наблюдая за потоками воды, которые будто прозрачной тканью опутали дверь и не проливались на пол.

Вдруг я заметил, что железные полосы и петли начали ржаветь. Сначала покрылись тонкой сеткой красно-оранжевых пятен. Затем железо приобрело тусклый, зернистый вид. Вскоре появились мелкие хлопья, которые прямо на глазах становились толще и рыхлее и начали осыпаться, как пепел.

Получается, что маг призвал на помощь ржавчину, которая пожирала металл изнутри. Железные полосы и петли набухали, трескались и осыпались. Дверь теряла свою прочность, а в воздухе витал запах, напомнивший мне запах заброшенных кузниц.

Тимофей убрал руку от двери и отошел в сторону.

— Я свое дело сделал. Осталось лишь немного применить силу, и дверь просто упадет.

Я кивнул и оглядел охотников. Хотелось заглянуть в глаза каждого и удостовериться в том, что они не отступят. Все были более чем решительны.

— Идем дальше, — выдохнул я. — Приготовьтесь. Неизвестно, что нас ждет за дверью.

Кое-кто из охотников взял ружье наизготовку, маги приготовили заклинания, которые магической аурой заполнили коридор.

Я повернулся к двери и надавил на нее посохом, прикладывая силу, чтобы поберечь энергию.

Дверь с хрустом начала валиться вперед, но не упала на пол, а оперлась о противоположную стену. Выглянул и увидел еще один длинный темный коридор, однако на этот раз был уверен, что мы уже во дворце, а не под землей.

Во-первых, пахло по-другому. Так пахнут подвалы, которые давно не проветривали.

Во-вторых, я чувствовал жизнь. Где-то совсем неподалеку был кто-то живой. И это не охотники, я отлично знал их ауру.

А еще я чувствовал тот магический купол, который закрывал дворец. Мы точно были под ним.

— Прохор, где мы? — спросил у охотника.

— Раньше этот коридор проходил мимо винного зала в подвале, но с тех пор, как я служил, все могло измениться.

— То есть мы сейчас в дворцовом подвале? — уточнил Варлам.

— Да. Но даже тогда под дворцом был целый вырытый город, поэтому мы всегда ходили по указателям, чтобы не потеряться.

— Но ты же выведешь нас отсюда? — с нажимом спросил старый охотник.

— Постараюсь, но я уже говорил, что все могло поменяться, — извиняющимся тоном произнес Прохор.

— Пошли, — вполголоса сказал я ему, перешагнул через порог и пошел первым. — Ты будешь говорить куда идти, стоя за мной.

Бинокль пытался воспротивиться, но я заверил, что в случае опасности приму меры и не пострадаю.

Друг за другом мы двинулись по каменному подземелью дворца и вскоре оказались на первом перепутье. По словам Прохора, раньше на каждом повороте или ответвлении были таблички с указателями, однако теперь их не было.

— Я так думаю, их убрали намеренно — на тот случай, если кому-то удастся проникнуть сюда через лазы.

— Но ты же ведь помнишь куда идти? — уставился на него Бинокль.

Прохор задумчиво посмотрел сначала на правый проход, затем на левый и ткнул пальцем.

— Кажись сюда, но ведь столько времени прошло, что я не уверен.

— Не уверен, не уверен, — передразнил его старик. — Такой молодой, а память ни к черту. Если мы здесь заплутаем, это будет твоя вина! — он ткнул ему в грудь крючковатым пальцем.

Прохор еще раз подумал и уже более решительно сказал:

— Да, налево.

Мы двинулись дальше по коридору, и вскоре всем стало ясно, что охотник не ошибся. Где-то вдалеке послышались голоса.

Не сговариваясь, мы ускорились. Встретив на своем пути очередную развилку, мы уже не раздумывая выбрали правильное направление и добрались до лестницы, ведущей вверх.

— Там выход во двор, — шепнул мне Прохор. — Прямо за стеной дворца. Место открытое. Если мы выйдем, то сразу очутимся на глазах у всех.

— И что предлагаешь?

— Вон там есть проход к следующему выходу, — он указал на темнеющий прямоугольник за лестницей, на который я не обратил внимания. — Он ведет к беседке в саду. Думаю, лучше выбраться там и осмотреться.

— Верно. Мы не знаем, что нас