— А если и у него не получится? — продолжил допытываться мелкий.

— Позову Стёпу, в настолки поиграете. — Славка всерьёз задумался, какое из трёх зол предпочтительнее.

— Так, — собрался с мыслями Стрешнев, — а понятие "вечера" у вас со скольких начинается?

— Где-то в семь мне надо будет уехать. Вернусь ночью.

— Скорее, под утро, — буркнул недовольный домашним арестом подросток. Я кивнула:

— Может, и так.

— Да нет, последнее уже не столь важно, — покачал головой лейтенант. — Мне главное понять, успею ли? Но, думаю, да. Должен.

— Стоп, а по магазинам-то ты когда пойдёшь? Тебе ж на эту светскую кутерьму наверняка понадобится новый прикид! — сообразил племяш. Отмахнулась:

— Через интернет закажу.

— Да ты только выбирать полдня будешь! Кто тебе привезти-то успеет? — обернулась и снисходительно задрала бровь:

— Из ЦУМа точно привезут. Часа за два максимум. Ещё и без блошиной спешки всё перемеряю, не беспокойся. — Славка округлил глаза:

— С каких пор тебе этих девять кругов ада по карману?

— Не мне, — потыкала вилкой в потолок. — Макарову. Кто заказывает музыку, тот и платит. Мне это сборище на фиг не нужно… Так что вот моя маленькая компенсация, за всё. И за нервы, и за время. И за работу сверхурочно.

— Господи, у тебя даже обыкновенная женская меркантильность и та какая-то выборочная, — закатил глаза Славка.

— Слушай, ты! Великий знаток женской натуры!… Щас лопаткой по лбу получишь и вместо недели просидишь дома все две! Потому что лоб будет в полосочку! — вызверилась я, но тут же осеклась: Стрешнев взирал на разворачивающуюся комедию с таким неприкрытым интересом, что становилось стыдно… И почему-то мне. Хотя должно быть ему…

Бросив взгляд на настенные часы, ещё раз погрозила мелкому лопаткой для блинов и набрала азиата:

— Доброе утро, Сергей Альбертович. Нет, я по семейному вопросу. Так случилось, что с недельку мой Слава посидит на больничном. Растяжения, ушибы. Ремонтные работы без должных оповестительных знаков, слабо закреплённые мостки… Да, виновные будут наказаны. Больничный и справка уже на руках, но у меня пока нет времени завезти их в школу. Наверное, принесёт уже сам Слава. Да, спасибо. Обязательно. Взаимно.

— Отмазала? — вздохнул ребёнок, ковыряясь в омлете.

— Отмазала, — жестом уточнив у Стрешнева желаемый размер порции, положила и ему.

— А можно узнать, что там с виновными? Нашли?

— Нашли, конечно. Поднять записи камер вокруг того переулка, пробить по базам погранцов и МВД этот зверинец было лишь вопросом времени… — отчекрыжила и себе кусок, села. — Ну а дальше я позвонила Макарову с новостями… — Мелкий подавился, выпучился и просипел:

— Во сколько?

— В пять утра. Может, чуть раньше, — пожала плечами. Господи, еда… Я и не подозревала, что так проголодалась.

— Песец котёнку, больше срать не будет… — осознал размах грядущего геноцида Славка.

— Ну, в его интересах организовать всё так, чтобы результат меня удовлетворил, — вновь пожала плечами. — А Макаров славится… — Меня перебил выразительный кашель Стрешнева. А, ну да, не при детях.

— Короче, обещал разобраться ещё до завтрашнего обеда, — скомкала я окончание.

Спустя минут двадцать основательно подзаправившийся племяш пошёл досыпать, а Дима засобирался:

— Оставайтесь сегодня дома. С Немоляевым и Михайловым я договорюсь о перенесении занятия. Вам сейчас важнее побыть с племянником. А я попрошу капитана подать внутренний рапорт на противоправные действия, совершённые в отношении охотника. В таком случае они гарантированно не отвертятся.

— Стоп, а как же тогда момент с нашим инкогнито?

— А при подаче внешних рапортов между ЗД и МВД вовсе не обязательно адресно указывать участников с нашей стороны. Достаточно просто отправить межведомственную записку, что таким-то гражданином (или гражданами), фигурирующим у вас по такому-то делу, мы недовольны и просим принять наше мнение во внимание при рассмотрении дела следственной группой и в дальнейшем вынесении приговора уже судом. Охотников нет резона привлекать к даче свидетельских показаний, иначе кто тогда будет ходить на монстров? И когда? Эту договорённость разработали и согласовали почти сразу. Как только порталы стали учащаться.

— Не знала… Спасибо.

— Ещё чем-то могу помочь?

— Если получится, то попросите у Немоляева доступ к внутренней системе. В сопроводительной брошюрке было что-то такое. Хочу порыться в общедоступной для сотрудников ЗД базе. По ветке исследований переносных лечилок или чего-то в этом роде.

— Хотите обезопасить его на будущее? — Дима кивнул на закрытую дверь спальни. — Хорошо. Посмотрим, что можно сделать. В крайнем случае задействуем Светлова.

Я благодарно прикрыла глаза.

— Ещё. По поводу того эксгибициониста. Если хотите, можете сообщением прислать время и координаты, я подам рапорт. Найдут и привлекут к административной ответственности, потому что ну мало ли? Сегодня он свои причиндалы показал вам, а завтра полезет к десятилетней девочке… — Кивнула. — Пусть хотя бы возьмут на карандаш.

— Насчёт результатов анализа крови на рюкзаке: Макаров сказал, чтоб вы сообщили о готовности, и наши безопасники тут же кого-то пришлют их забрать. Встретитесь, где вам будет удобно.

— Понял. Отдыхайте, Василиса.

…На самом деле тут пора сетовать, стоя на перепутье. Чувствую себя Буридановым ослом. Хочется и вернуться в прошлое, когда всё было просто и привычно за танковой бронёй Макарова, и в тоже время мне ведь нравится, как изменились краски реальности с инициации. Как жить-то дальше в принципе и как вести себя со Стрешневым?… За это время Дима показал себя с совершенно разных и неожиданных сторон. Хотя бы потому, что он взаправду слишком полезен. Удивительно колеблется наше мнение о людях… с внеплановыми изменениями в системе жизненных ценностей. В общем, надо посмотреть. А ныть — ныть не в моих привычках.

Закрыв за лейтенантом дверь, пошла мыться. Щас я ка-ак завалюсь спать! Ка-ак высплюсь!… И будет мне хорошо-хорошо… Да офигенно просто мне будет!

Глава 2

О, это офигенное слово "поспать"! "Выспаться"! Вот чему нужно петь оды и слагать стихи. Однако в жизни самое желаемое обычно крайне сложно добыть. Вот так и у меня сейчас с нормальным отдыхом. Вроде бы он должен где-то быть, но мы никак не встретимся…

Сначала ко мне пришарашился Потап. Обнюхал покусанную Маськой руку, вылизанную шею… и сам сел с воодушевлением тыкаться туда же мордой. Не знаю, то ли свою метку оставить,