— Угу. Трезвыми, голодными и небритыми — как “Львы” во второй подряд портал, да? — хихикнула Настька. — Не, давай сегодня обойдёмся без Челябы…

***

Дальше на мою тушку претендовал Житов. Настя обещала ближайших три часа безвылазно сидеть в дежурке — пока мне будут крутить лекцию, затем гонять по прошлому материалу.

— Семён Ваганович, почему катаракта, если так схожа по половине симптомов с обычным снижением остроты зрения — например, из-за постоянного перенапряга глазной мышцы… да хоть при работе за компьютером. То обнаруживают её зачастую, когда уже почти поздно, и изменения затронули центр хрусталика? Они же чаще начинаются на других участках — что достаточно легко определяется аппаратным способом. Я имею в виду, этот человек ведь ходил, обследовался, выяснял… Почему не заметили?

— Ну во-первых, если начинается на других участках, то это слабо влияет на визуальное восприятие окружающего мира. Пациенты списывают на что угодно — вплоть до скачков давления, загазованности атмосферы и прочих мифов. А аппаратура не везде достаточно качественная. Да и сезонные миграции приличных специалистов из больниц — вносят лепту. Им же на замену приходят неоперившиеся интерны, которые вчера гуляли, бухали и нахватали трояков. А у администрации поместных больниц элементарно нет выбора. Плюс, не будем забывать о таком явлении, как своячество… Во врачебной сфере оно тоже встречается. Ну да не будем отвлекаться. Вы же общие симптомы выучили?

— Ну да. Там, начиная с двоения в одном глазу, когда второй закрыт… снижение ночного зрения, блики… и вплоть до того, что древние греки называли “водопад”. Когда всё размыто, словно от водяных брызг.

— Ну вот. Весь этот список и должен знать любой интерн. Но что-то забывают. А начинать всегда нужно — с наиболее полного перечня симптомов. С опроса. И уж потом — прибегать к костылям вроде высокоточной аппаратуры. В офтальмологии общий анамнез редко когда поможет. Хотя иногда встречается банальное истощение. Когда внешне, вроде, всё ещё так-сяк. А полный анализ крови говорит о том, что всё глубоко не в порядке. И начинать нужно вообще — с питания и отдыха. Банальной зарядки для глаз. Да и вообще — зарядки, если работа сидячая… Тогда и зрение придёт в норму. Ведь оно тоже зависит от общего качества кровообращения… Но всё индивидуально, понимаете? И именно поэтому мы всегда работаем в плотной связке с терапевтом и неврологом. Порой человеку хватит и обычного защемления нерва в шейном отделе, или вот работы грузчиком… Ненормированной. Так что тут нужна общая картина. И медкарта. Может, у него ещё в младшей школе приключилось сотрясение мозга — а вот поди ж ты, долгоиграющие последствия вылезли только сейчас… Случается. Короче: не бойтесь спрашивать товарищей. И уж тем более — не стесняйтесь консультироваться. Лучше прослыть среди коллег неучем, чем загубить пациента.

— Семён Ваганович, а…

***

— Слушай, Насть, а что ты можешь рассказать мне, тёмной, о тех, кто до сих пор законопачен? — выползя из врачебной части, позвала Сизову снова пойти обнести столовку.

— Ты про залётчиков, что ли?…

— М-м… Да, наверное.

— Да, есть и реальные психопаты. Кому-то — просто крышу сдуло, от ложной вседозволенности. Кто-то, например, ещё до инициации — на игле сидел, или травку покуривал, и при обязательном медосмотре это тут же вскрылось… Двое, точно знаю, с рождения с головой не дружат. В смысле умственно отсталые, со справкой. Таким нельзя в люди. У нас один охотник, он вообще — как-то сильно больной. Гетеро-чё-то там. В смысле инвалид, по мозгам. Эпилепсия, вроде. И до инициации он относительно нормально жил — ну, на привозных таблетках, из Германии. А после инициации они ему просто перестали помогать. Сил — как у быка. Даже с учётом того, какой он тощий дрыщ, и что магии там почти ноль. Но лечения для него пока просто не существует.

— Гетеротопия формируется, если на пути следования к коре, в период нейронной миграции, происходит задержка и скопление нейронов. Гетеротопии классифицируются на множественные и единичные, узловые и ленточные. Они не способны накапливать контраст, проявляются олигофренией и эпилепсией, — на автомате оттарабанила я. — Глюки тоже — почти всю жизнь сопровождают… Особенно, если приступ.

— Фига! Ты уже как по учебнику шпаришь! — удивилась Сизова.

— А куда деваться? — прошамкала, закусывая супец хлебушком. — Если проф в нагрузку выдал три медицинских энциклопедии, с атласами, по всем видам болезней… Через неделю заберут. Это ж имущество ЗД. Его в библиотеку нужно вернуть.

— Сурово. Ну короче. Тех, кого по тем или иным причинам просмотрели — обычно отлавливают, как бешеных собак. Иногда прям посреди города. Чаще после того, как что-то натворили. Новости потом подтираем, конечно… Но с каждым годом это всё сложнее. Потому что количество тех же смартфонов на душу населения растёт. И как сражаться с толпой зрителей, где каждый — сам себе оператор?…

— Никак, — эх, а хороши клёцки!… Офигенский суп на рёбрышках…

— Ну вот. И бегают за ними, ясное дело — те, кто совершенно точно, без особой пыли скрутят. И кому никто не рискнёт задавать левых вопросов. Типа: а чё это тут происходит? Вот щас уже и Луку твоего стали выпускать сам-один… Потому что Муромец с Арсеньевым плотно заняты, а Гера — это мать-и-мачеха вообще для обоих старших корпусов. Потому что если в городе нет Муромца — вся ответственность за их действия или бездействия — ложится на Геру. Он там, по сути, был и Альфа, и Примо… Но, с некоторых пор, …

— Кстати, чем одно от другого точно отличается?

— Ну ты даёшь! — с каким-то неверием посмотрела на меня Сизова. — Серьёзно, до сих пор не в курсе?! Вот блин, а… Ладно, я займусь твоим академическим образованием… Если кратко: Примо — это, в основном, административный ресурс среди командиров звеньев. Альфа — звание самого сильного. Тоже — в каждом отдельно взятом корпусе. Но вообще там деление выходит довольно хаотичным… То есть, у Коловрата все чётко: Примо — это Саша, Альфа — Лука. У Холодковой носителем обоих званий является Май — он и Примо, и Альфа. Но, по-моему, это временное явление… Потому что ему в затылок дышит тот же Мстишка, а Мстишка это такая сволочь…

— Которая ест маленьких, глупеньких девочек на завтрак, обед и ужин! — свесились между мной и Настей длинные сине-голубые патлы.