— Да, блин! Всё именно так и обстоит… Бубен у нас повышенной ёмкости. Я-то сегодня и полетать по снежной пустыне успела, на Кощеевой реактивной тяге… А собственный, от испытанных накануне душевных переживаний, у Доминика сейчас почти пуст.

— Зойка — зло, — констатировал Арсен и немного задумался.

— Есть такое… — вздохнула. Проблемка!

Бубен, так сказать, в прямом смысле занялся “самоедством”. И если у Луки стояла проблема того, что при напряге сосуд резерва трещал, словно разбитая бутылка под струёй кипятка — а содержимого там накопилось прилично, аки монеток в любимой свинке у школьника… Что лишь усугубило проблему. И даже грозило взрывом… То тут, прямо сейчас — хоть шаром покати. На донышке! Горшки Кролика после набега Винни-Пуха.

— Либо мы всё это заполярье сожрём. Ну или он сам… Плотненько так пообедает. Я Ромку когда подгоняла — чуть пол-башни не схавал! Там же здание с закладки фундамента пропитали магией, от и до… Да и трупов химер хватало… А это было сильно нежелательно. В тех обстоятельствах.

— Да, наслышан, — поморщился Секондо. — Вас там раза три чуть не засыпало. Был бы классический “RIP”, двум командам.

— Ну да. В общем, с учётом моего нынешнего развития, степень хищности реципиента изрядно повышается…

— Я понял. Проблема в том, что будет пуст либо он — и тогда вообще вся фигня бессмысленна. Потому что окончательную прокачку придётся перенести. И неизвестно, когда нам дадут следующий совместный… Либо ты опять — "превозможешь и сможешь", но отсюда выйдешь как тряпочка. Нет. Знаешь, второй вариант мне не нравится больше… Где гарантии, что по выходу мы мирно доедем в Сокольники? Может, уже сейчас в городе очередная жопа? Ща, с остальными переговорю… Сиди.

Спустя минуту, пятёрка зашевелилась. Более прилично выглядящие туши споро оттаскивали чуть ближе к порталу. Арс вернулся, кинул в рот дольку шоколада и снова закурил:

— Короче, друзья мои. Мы вполне демократично решили: на хуй нам такие проблемы? Как сказал бы Арсеньев — пока бубенцы звенят, будут звенеть и гроши в кармане… Короче. Сегодня обойдёмся без навара. Усиление важнее. Но Кира слёзно просил не трогать его любимый будущий коврик. Ему лень отрывать жопу, чтоб скакать на сотню кэмэ в поисках ещё одной стоянки таких же мохнозадых и условно высокоинтеллектуальных экземпляров. Конец цитаты. А в остальном… Развлекайтесь!

— Ну что, — я посмотрела на глядящего вдаль Бубна. — Раз уж нам подписали индульгенцию на разврат и подобие хищничества, в особо крупных размерах…

Полуголый танк слабо усмехнулся. За пару мгновений добродушная, в общем-то, усмешка, переросла в полноценный оскал.

Втянув воздух, Доминик подрубил фары, разгоняя остатки своего “на донышке”:

— Ну значит, сегодня во все тяжкие.

***

Недолго подумав, протянула руку. Кладя ему на солнечное сплетение. Рука как “провалилась” во внутренние части. По ощущениям так точно. Будто хлюпнуло.

На поверхности посмотрела в глаза, начав принудительную синхронизацию резервов… Это уже не лечилки — нет. Я меняю его тактовую частоту, и активно подгоняю свою… Если вообще можно так выразиться? В общем, приводим дроби к общему знаменателю.

В фарах напротив что-то мелькнуло. Голодное такое… Под рукой взметнулось чужое поле, послушно входя в резонанс с моим, донорским…

— Наполниться гневом и дымом славы, да? — сквозь слои реальности, раздался рокочущий, какой-то почти чужеродный голос танка. — Очень хорошо. Мне это нравится… Действительно — нравится!… — фары разгорелись ярче.

Блин, и что вообще мы все здесь курим, а?!

Внезапно из моего “солнышка” взметнулись дымные ленты, прервав внутренний монолог и окутав нас в подобие плотного, непрозрачного кокона. Одной, центральной, соединило навылет оба резерва… От этой ленты Мёбиуса фонтаном расслоились куски, замотав лица. И включилась перекачка.

Бубен запылал. Из видимого спектра почти моментально переходя в инфракрасный. Я спешно подставила понизу вогнутый щит, чтоб уберечь от перегрева ледяную поверхность под ногами. Шарахнуло в стороны уже нашими общими “щупами” — вгрызаясь во всё, что поближе валялось… И щит, дрожа от текущей по краю мощности, воспарил на метр надо льдом. Абсорбируя на своей линзе всё, что скачками утекало мимо цели…

Резерв бурлил.

— Хуясе уличная магия! — восхищённое восклицание Юрика было последним, что я успела расслышать.

Дальше по сторонам басовито зашумела конденсируемая магия…

***

Бубен так и висел. Босиком, в одних штанах, посреди бескрайней северной пустыни, в сукхасане — скрещённые в лодыжках ноги и руки на коленях… Метрах в трёх над ледником парил. А точнее — левитировал. Хз на каком топливе. И светился аки Шива Лучезарный. Только вот светился он не в том спектре, скажем так…

А словно шакти.

Тёмная пульсация завораживала и замораживала.

Периодически в вылезшей наружу ауре мелькали редкие всполохи ультрафиолета… И снова воцарялось низковатое гудение инфры.

Да, у Бубна слишком высокая мощность (и, скажем так, “плотность”) энергий. Он танк, но танк в наиболее суровом проявлении…

— Это нормально, что у него на этом ранге — вплоть до четвёртой формы излучения§§? — с конским скепсисом заломил брови Дима.

О чём баешь?… А, точечное искривление гравитации.

Ну да. Все свидетели, как я оттуда с трудом уползала, а потом некуртуазно навернулась мордой в хорошо подтаявший снег… Трафарет, блин, остался.

Пожала плечами:

— Спроси чё полегче! Но если учитывать, что подкрепился он не только местной фауной, но и у меня две трети отхомячил — ничего удивительного! Наоборот было бы странно, не начнись вокруг подобной аномалии… А так — висит и висит. Вот и пусть себе висит. Солнцем в небе.

— Да тут, скорей, нейтронная звезда… в зародыше, — фыркнул Стрешнев, протягивая нанизанную на прутик креветку исполинских размеров. Уже без панциря и прочих излишеств, ошпаренную — у запасливого Арса с собой нашёлся и солдатский котелок.

Заценила, откусила. Мысленно офигевая. Не — реально! Это скорее лобстер, чем креветка… Местных мидий бы попробовать! Да уксуса нет. Досада.

— И долго ему ещё? — Юрец, в свою очередь, кинул бутылку с натопленной из местного снега водой. Пожала плечами:

— Переваривает. Может полдня. Может день. Ты просто не видел, какие у него там объёмы спрятаны…

— Да чё я, Домика не знаю? Приличные подвалы, во всех местах! Кто б сомневался… Да и сколько он схомячил — мы видели. К слову, если при переходах каждый будет так жрать — сопределье скоро свернётся в шарик и съебётся в