Темный охотник #13
Глава 1
Кальдера Фаэбракса
Нас восемь, их двое. Расклад для полёта — не наш…
В голову лезли слова песни, слышанной неведомо когда, неведомо в каком из миров.
Я разглядывал мою группу, ядро отряда, кто хотел бы поучаствовать во всех приключениях лично, а не просто пересидеть пассажиром в крипторе. Я, Ариэль с Аней, Володя с Нагой, Лекса, Лиана и Могрим. Кого засунуть в криптор, чтобы Мальфир с Лавой не сбросили никого по дороге?
— Могрим, ты самый тяжёлый, прости, — развёл я руками. — Нага беременна, Володя за компанию.
— Э, чо за дела опять? Что за дискриминация? — Нага поправила доспех, который уже с трудом скрывал пузико. — Инферны даже рожают на поле боя!
— Это круто, но глупо, — пожал я плечами. — Ну, хорошо…
Договороспособных драконов у меня не так много. Так-то они те ещё индивидуалисты, себе на уме. Не то чтобы дракона нельзя было подчинить силой, можно. Но он будет саботировать каждый приказ хозяина, и вот ту же Нагу я бы такому не доверил. С её-то длинным языком и феноменальными способностям к обучению, она же научится на драконьем говорить, что-нибудь звизданёт, дракон ей голову откусит и с честными глазами скажет, что Наге она лишняя была. И мне даже сложно будет возразить.
Виверночек позвать? Я посмотрел на Мальфира. Нет, пожалуй, те мелкие виверночки его не поднимут. Хребтина переломится. Но вот Лава, пожалуй, сможет. А остальным по виверне!
Краем глаза я заметил стремительное движение сбоку. Но и Могрим заметил. Одно слитное движение секиры — и голова похожей на варана гигантской ящерицы покатилась по песку, брызжа во все стороны горячей кровью.
Тут же из песка высунулась чешуйчатая голова, копия мёртвой, и принюхалась.
Потом ещё одна, и ещё.
С тихим шуршанием они выкапывались, вставали на задние лапы и крадущимся шагом, переглядываясь и переговариваясь, двигались в нашу сторону.
Я даванул аурой, и твари отскочили подальше.
— Что за ящерицы? — спросил я Ариэль.
— Понятия не имею, — покачала та головой. — В Инферно много разных, я никогда не могла всех запомнить.
— Это разломная тварь, — Нага, присев, погрузила руку в тени и, засунув её в голову рептилии, вытащила жёлтое ядро. — Местных, я думаю, они уже всех сожрали.
— Так, полетели, — я призвал Мальфира, Лаву и четыре виверночки. — Мальфир со мной, Ариэль и Аня тоже. Лава с Могримом, мелкие виверны остальным.
С пару минут рассаживались, Володя с Нагой привыкали к новым «лошадкам», приноравливались, как держаться. Опять же временные связи, благословение Лексы…
— Так-то вроде небо чистое, никто не летает, — Володя задрал голову. — Быстро долетим!
— Типун тебе на язык! — Нага метнула в его сторону гневный взгляд.
— Да за что? — удивился Володя. — В небе ни души, даже облаков нет!
И это, несмотря на все достоинства брони, тоже было проблемой. Воздух в этой каменистой полупустыне был как в сауне, сухой и горячий, да ещё броня чёрная. Скоро начну искать, что у меня в крипторе есть белого текстильного, чтобы обмотаться, как бедуин. Жара неимоверная, красноватое солнце, красноватый песок, красноватые камни, и даже небо с красноватым оттенком. Интересно, облака у них тут какого цвета?
— Если увидишь облако, то это не к дождю, — покачала Нага головой. — Это к пылевой буре.
— Так, отставить! — прикрикнул я. — Не надо нам ни пылевых бурь, ни летунов. Хватит трепаться, взлетаем!
Мальфир, уловив мой мысленный посыл, подпрыгнул и, взмахнув гигантскими крыльями, взмыл в воздух. За ним, так же прыжком, взлетела Лава. А вот непривычным к седокам мелким вивернам потребовался небольшой разбег.
И стоило нам взлететь, как твари накинулись на свежий обезглавленный труп своей товарки.
А мы легли на курс. Ариэль ещё дома, при поддержке Рады, нарисовала довольно грубую карту их мира. Два материка, разделённых в районе экватора перешейком. Предполагая, что мы где-то на юго-восточном материке, я направил полёт на северо-запад, в сторону этого перешейка. То есть мы полетели так, что солнце было на два часа от нас. Впереди мы с Мальфиром, а сзади, как утята за уткой, остальные.
Внизу, до самого горизонта, простиралась красная каменистая пустошь, изъеденная оврагами и каньонами, покрытая тут и там барханами песка, и этим же песком ободранная, как грубой наждачкой.
И разломы. Жёлтые, синие, красные, чёрные, оранжевые и радужные. Всякие, всех цветов. Большие и поменьше. И даже местами колоссы. Светились, как огни на новогодней ёлке. Я даже не стал прикидывать, какая тут у них плотность. Зашкаливающая. Нашему Коломенскому эпицентру такая и не снилась, по крайней мере на том удалении от границы, куда я заходил за алмазным грифоном.
Чем, интересно, эта планета провинилась, что у них тут такой аншлаг? Оказалась в неудачном месте в неудачное время? Например, поблизости от какой-нибудь стычки богов, превративших пространство в калейдоскоп?
Кто знает…
На кольнувшую чуйку я поначалу даже не обратил внимания, она последнее время постоянно колола. А ещё пищала, выла и стонала. Но потом я и глазами заметил шевеление на земле, и шкурой почувствовал взгляды.
Много взглядов. Даже очень много.
И был в этих взглядах какой-то нехороший интерес. Гастрономический, я бы сказал.
Как у голубей, сидящих по крышам и ждущих, когда кто-нибудь бросит горсть пшёнки. Сперва один срывается с крыши, самый догадливый. Потом ещё один, потом десяток… А в следующее мгновение воздух наполняется противным курлыканьем и хлопаньем крыльев. Летучие крысы городов слетаются отовсюду, словно там, под крышами, у них стоят выпускающие с флажками и командуют: «Первый пошёл! Второй пошёл!» И вот они прут из всех щелей, как будто чердаки специально для них только и существуют. Мчат, соревнуясь, кто быстрее долетит до угощения, друг друга ещё в полёте толкают, потому что понимают, что еды на всех не хватит.
Так вот сейчас я почувствовал себя той самой пшёнкой.
Относительно неподвижная до сей поры красная поверхность под нами зашевелилась, встрепенулась и вдруг с натуральным курлыканьем метнулась нам навстречу.
Только вместо голубей там были зубастые твари, похожие на птеродактилей.
— Вот кто тебя за язык тянул? — крикнула в шлемофоне Нага, видимо, Володе.
Нда-а-а… Вот тебе и чистое небо!
— Без паники, —
