На этом благоприятном фоне Виппер, эмигрировавший в Латвию в начале 1920-х годов, вернулся в Москву в мае 1941 года. По прибытии он отправил Сталину преисполненную благодарностями за содействие в радостном возвращении его и его семьи на землю социализма телеграмму, заверяя о своей вечной преданности «великому вождю» страны[591]. Виппер получил должность в Московском институте философии, литературы и истории, но вскоре был эвакуирован в Ташкент, где присоединился к Бахрушину и другим историкам. В 1942 году он опубликовал второе издание своей книги об Иване Грозном. По советским меркам тираж был очень скромным – 15 000 экземпляров, вероятно из-за военных ограничений на бумагу, однако книга была хорошо принята. Третье издание (5000 экземпляров) вышло в 1944 году, а в 1947 году книга была опубликована на английском языке[592].

Помимо включения обязательных цитат из Ленина и Сталина, основным дополнением во втором издании стало введение главы о борьбе Ивана Грозного с предателями, в которой Виппер настаивал, что казни изменников проводились по реальным, а не вымышленным причинам[593].

Основываясь на написанной им для учебника истории главе, Бахрушин в дальнейшем выпустил книгу, а И. И. Смирнов опубликовал краткую «научно-популярную» биографию Ивана Грозного в 1944 году[594]. В 1947 году Бахрушин писал, что в свете новых открытий Иван Грозный предстает перед учеными благородным и могущественным правителем, одной из величайших фигур российской истории[595].

Несмотря на то что в сталинской библиотеке не было найдено этих книг, нет никаких сомнений, что они Сталину высылались, и он определенно читал статью в «Правде» о лекции Виппера про Ивана Грозного в Колонном зале Дома Союзов Москвы в сентябре 1943 года.

В отчете ТАСС указывалось, что лекция Виппера об одной из важнейших фигур российской истории была принята с большим восторгом. В ней отмечался факт создания Иваном Грозным могущественного Московского государства, что сыграло ключевую роль в объединении русских земель и установлении тесных культурных, политических и экономических связей с Западной Европой. Однако самым важным делом Ивана Грозного называлась Ливонская война (1558–1583), которая, по мнению Виппера, являлась войной за восстановление исконных русских прав. Виппер также коснулся широко распространенного мнения о том, что Иван был жестоким тираном. Чтобы понять суровые действия царя, необходимо, по мнению ученого, осознать масштаб внутреннего сопротивления его усилиям по созданию централизованного государства – сопротивления со стороны оппозиции, вступившей в союз с иностранными врагами.

Параллели со сталинскими временами были очевидны, и Випперу не было нужды проговаривать их. Однако же одну аналогию между XVI и XX веками он провел, отметив, что и тогда немцы не верили в способность русских защитить свои земли и недооценивали глубину русского патриотизма[596].

Двумя неделями позже Виппер был избран членом Академии наук СССР и получил должность в ее Институте истории. В 1944 году его наградили орденом Трудового Красного Знамени, а в 1945 году – орденом Ленина.

Тем временем культурная реабилитация Ивана Грозного двигалась не так успешно, как историческая. Готовящаяся пьеса (драматическая повесть) Толстого делилась на три части: формирование характера Ивана Грозного, государственные дела и «бесславный конец»[597]. Он приступил к работе над пьесой осенью 1941 года и завершил первую часть к весне следующего года. Отпечатанные копии сценария первой части начали ходить в узких кругах, и одна из них оказалась на столе у Сталина. В небольшой по объему работе Сталин сделал несколько незначительных пометок, дав понять, что читал ее[598]. Велись разговоры о награждении Толстого второй Сталинской премией, но партийному руководству не понравилось то, как в пьесе был изображен Иван Грозный. В конце апреля 1942 года Александр Щербаков, секретарь ЦК ВКП(б) и начальник Совинформбюро, отправил Сталину рекомендацию запретить постановку пьесы[599]. Щербаков составил также и более подробный вариант записки, содержащий в себе развернутую критику работы Толстого. Непосредственный вклад Сталина в критику пьесы неизвестен, однако можно с уверенностью считать, что записка Щербакова отражала и его взгляды.

«Иван IV является выдающимся государственным деятелем России XVI века, – писал Щербаков. – Он завершил прогрессивное дело, начатое Иваном III, – создание русского централизованного государства… успешно ломая сопротивление феодалов». Пьеса Толстого создавала «путаницу» и не справлялась с задачей реабилитации образа Ивана Грозного. Как основной недостаток пьесы отмечалась неспособность показать царя великим и талантливым политиком, собирателем русских земель и беспощадным борцом с феодальной раздробленностью и реакционным боярством[600].

Не сломленный подобной критикой, Толстой переписал первую часть и продолжил работу над второй, используя в качестве источника, помимо прочих, и книгу Виппера. Он отправил обе части Сталину на рецензирование, однако, судя по всему, никакого ответа не получил. Тем не менее они были опубликованы в ноябре – декабре 1943 года в журнале «Октябрь»[601]. Сценическая постановка первой части была представлена публике Малого театра Москвы в октябре 1944 года, однако признана неудачной, и уже в мае 1945 года прошла премьера переработанной постановки, наконец снискавшей крупный успех[602]. Премьера второй части состоялась в Московском художественном театре в июне 1946 года. Заключительная часть трилогии – посвященная последним годам жизни царя, – судя по всему, так и не была дописана.

Первая часть была опубликована второй раз в ноябре 1944 года, и в этот раз Сталин проявил более активный интерес к пьесе, выделив сразу несколько реплик из длинных монологов Ивана, самая интересная из которых, на наш взгляд, следующая:

Хотят жить по-старому, – каждому сидеть на своей вотчине, с войском своим, как при татарском иге, да друг у друга уезды оттягивать… Разума нет у них и ответа нет перед землей Русской… Государству нашему враги суть, ибо, согласись мы жить по старине, и Литва, и Польша, и немцы орденские, и крымские татары, и султан кинулись бы на нас черезо все украины, разорвали бы тело наше, души наши погубили… Того хотят князья и бояре, чтобы погибло царство Русское…[603]

Скончавшийся в феврале 1945 года, Толстой не дожил до премьеры второй части своей драматической повести и до своего награждения третьей Сталинской премией в 1945 году.

Аверелл Гарриман, посол США в СССР, вспоминал, как Толстой однажды сказал ему, что для понимания сталинского режима необходимо понять правление Ивана Грозного. Гарриман уточнял, что Толстой не сравнивал Сталина с Иваном, но скорее