– Ма-ам. – Сашка закатила глаза.

– Саша, ты у нас давно не была. Помнишь, где ванная? Помой руки, потом чаю попьём и спать, – вступила в разговор моя мама.

– Я пью только матчу.

– Она шутит, – тётя Лера растянула губы в улыбке.

– Я никогда не шучу. – Сашка направилась в ванную так уверенно, словно была у себя дома. А проходя мимо меня, помахала кончиками пальцев. Тоже мне, принцесса!

Чай пить всё-таки не стали. Солнечная тётя Лера упорхнула, оставив нам своё тёмное дитя. Бывает же так: мать и дочь – полные противоположности! Хотя, наверное, почти всегда именно так и бывает.

Мама разложила кресло-кровать в моей комнате и постелила Сашке.

– Ну что, девчонки, спокойной ночи. Долго не болтайте, завтра обо всём поговорите!

Моя мама вообще достаточно эмпатичная, чтобы заметить, что вокруг нас с Сашкой атмосфера густая, как кисель. Просто ей неловко, вот и делает вид, что всё в порядке.

– Алиса, выключи свет, – попросила я, когда мы улеглись.

Хорошо хоть к умной колонке можно обратиться, потому что к Сашке явно нельзя. У неё это на лице написано. На очень красивом лице с острыми скулами и аккуратно очерченными губами.

– Добрых снов, Рита, – сказала Сашка неожиданно из темноты.

– Взаимно, – буркнула я.

Очень скоро её дыхание стало спокойным и ровным. Ну хоть что-то со временем не изменилось: Сашка всегда засыпала первой.

«Взаимно», «взаимно». Надо же было такое ляпнуть! Я прикрыла глаза и сразу увидела бабушку: с небольшим пучком чёрных с проседью волос и Сашкиными ровными губами.

Тем летом, когда я жила с Сашкой в деревне, я немножко присвоила её бабушку себе. «Мы с Сашкой как сёстры, а сёстрам полагаются общие родственники», – решила я. Тем более что никакой другой бабушки у меня не было. И у бабушки была одна Сашка, а это несправедливо. Ведь хорошим бабушкам полагается хотя бы парочка внучек.

Бабушка читала нам перед сном сказки современных писателей. Она работала в библиотеке и приносила оттуда совсем новенькие истории. Написанные будто про нас с Сашкой! Я обожала чтение перед сном, но ещё больше то, что было потом. Бабушка поправляла каждой из нас одеяло и ложилась спать на соседней кровати. А я начинала долго-долго желать всем сладких и волшебных снов, удивительных ночных приключений, мягких подушек, тёплых обнимашек – придумывала пожелания так долго, что Сашка ещё на середине засыпала. А всё потому, что бабушка меня внимательно слушала. А потом говорила: «Взаимно, Ритуля». Именно от неё я узнала, что значит это слово. Чего бы я ни пожелала бабушке, я желала этого немножко и для себя.

Я отвернулась лицом к стене и обняла подтянутые к животу колени. Интересно, как поживает Сашкина бабушка? Раньше мама всегда рассказывала о ней что-то, чем делилась тётя Лера. А с начала этого года – перестала. Я иногда думала об этом. Почему перестала? Но боялась спросить.

Глава 3

Утром я проснулась от жужжания кофемолки. И почти сразу же раздался шум фена. Мама, как обычно, бегала по квартире, бросаясь от одного дела к другому.

– Саша, ты ешь овсянку? – услышала я мамин голос и резко села на кровати.

Точно! Сашка. Кресло-кровать было уже собрано, а постельное бельё Сашка сложила аккуратной стопочкой. Я кинула комком одеяло, умылась и пошла на кухню.

– Рита, вы с Дианой сегодня идёте в дендрарий? Возьмите Сашу с собой. – Ну вот, всё случилось именно так, как я и предсказывала! – Саша, тут близко, пешком дойдёте. А мне пора на работу. – Мама на ходу ела овсянку.

– Только второй глаз не забудь накрасить, – улыбнулась я.

Мама рассмеялась:

– Ну чего ты, такое было всего один раз!

Сашка удивлённо на нас глянула. Интересно, она уже помыла голову и сделала укладку или всегда просыпается с такой идеальной причёской?

– Каша, каша. – Мама поставила на стол две тарелки ароматной овсянки с ванилью. – Пока! Я на связи.

Мама скрылась в коридоре, и скоро хлопнула входная дверь. Я села за стол, а Сашка принялась хозяйничать на кухне. Насыпала порошок в кружку, подогрела кокосовое молоко и стала помешивать деревянным венчиком ярко-салатовую жидкость.

– Ты что с собой взяла матчу и венчик?

– Это тясэн.

– Матча – тясэн или венчик – тясэн?

Сашка закатила глаза. Я подошла к термосу и налила себе шиповник. Мама всегда заваривает его мне на завтрак – ещё с тех пор, как прочитала, что он защищает от вирусов. Я сделала большой глоток. Тёплый кисловатый напиток согрел изнутри. И тут звякнуло сообщение:

– Во сколько встречаемся? Хочу в дендрарий! Бери Сашу с собой, не страшно. Магнолия отцветёт! Я этого не переживу.

Я прослушала сообщение Ди и улыбнулась. Она на полном серьёзе – пропустить цветение для неё настоящая трагедия. Сашка делала вид, что не обращает внимания на мою переписку. Но потом сказала:

– Если что, я прекрасно обойдусь без дендрария. У меня в папке «Буду смотреть» полно всего, но точно ничего про цветочки. Так что, если интернет у тебя работает, иди без меня.

Во даёт! Я вообще-то её ещё даже не звала с собой. Может, как раз хотела предложить не составлять мне компанию! Такая самоуверенность меня окончательно разозлила.

– Мама сказала взять тебя с собой. Мы в ответе за тех, кого приютили на кресле-кровати. – Я вспомнила о вчерашнем плане и безразлично дёрнула одним плечом. Вышло не в тему, потому что Сашка болезненно поморщилась.

– Может, у меня аллергия на цветение, – попробовала она другую тактику.

– Нет у тебя никакой аллергии! Мы каждую весну делали муравьям перину из пушистой ольхи и объедали бутоны акации!

Что это со мной? Я же не хотела брать Сашку с собой, а потом сама стала уговаривать.

– Я в этом дендрарии сто раз была, когда мы тут жили.

– Сходишь сто первый. Мы с Ди встречаемся через полчаса, допивай свой тясэн и пошли.

– Ты ку-ку? Тясэн – это венчик!

– Ах, всё-таки венчик! Вот и называй его по-человечески. Мы не в Японии. – Я сама не могла понять, почему же так злюсь.

– А похоже, что в Японии! Только там смотреть на цветочки – это нормальный досуг.

– Ну простите, что мой досуг недостаточно крут для вас! – возмутилась я. – Мы выходим через пятнадцать минут. Одевайся.

Сказала и чуть не расхохоталась. Даже интонация вышла, как у моей мамы. Всё-таки не очень уж отличаются дочки от матерей.