— К жене? — перебил меня Борис.

— Да. Понятно, что охранник не держал в руках свидетельство о браке, но издалека видно, что Куликовы любят друг друга. Они гуляют вместе по поселку, часто куда-то ездят вместе, смеются. Видно, что паре хорошо друг с другом. Детей у них нет, супруга выглядит старше Виктора.

— Может, она его мать? Родила рано. По внешности женщины нельзя точно установить ее возраст. Пара подтяжек у хорошего хирурга, — и она снова девочка.

Батлер начал бегать пальцами по клавиатуре, а я продолжил с того места, где остановился.

— Весной этого года к Виктору и Веронике приехал гость. Поселок, в котором живут супруги, не элитный, но и не бедный, для среднего класса. Участки у всех разные, но в основном по пятнадцать соток. Когда жители только начали заселяться, они на общем собрании приняли решение машины гостей на территорию не впускать — парковать их негде. На своей земле места нет, а общие дороги — узкие. Автомобили гости оставляют на стоянке у въезда, за ними хозяева на своих машинах приезжают или помогает один из двух дежурных (обычно они работают парой). В их распоряжении небольшой двухместный электромобиль, они на нем по очереди патрулируют поселок и доставляют гостей. Платить за это не надо, но чаевые никто не отменял. Но человека, который приехал к Виктору, встретила на своем тарантасе горничная хозяев, а вечером он пришел пешком вместе с хозяевами на стоянку. Мужчины обнялись, незнакомец сказал: «Витек, ты прямо мачо! А я вот кабан…» «Ешь меньше, должно помочь», — рассмеялся Виктор. «Стараюсь, но не получается, — признался человек. — Мы с тобой одногодки, а ты прям мой сын с виду. Ника, не боишься, что у тебя мужика какая-нибудь фря утащит?» «Пусть попробует! — рассмеялась женщина. — Но подобное развитие событий маловероятно. Если Витя решит бросить меня, то неприятно будет, конечно — ты же знаешь, мы со школьных лет вместе, в одном классе учились, — но есть маленькая закавыка: все записано на меня». «Что?» — не сообразил приятель. Виктор развел руками: «Я нищий. Дом, квартира в Москве, машины, счет в банке — все принадлежит Нике. Я гол как сокол».

— Куликовы Виктор Николаевич и Вероника Сергеевна. Если знаешь название поселка, в котором люди живут, найти их можно на раз-два, — произнес Боря, глядя в монитор одного из своих ноутбуков. — Владельцы сети магазинов «Выгодно», там все товары по одной цене. У них три торговые точки в Московской области. Налоги уплачены, прибыль скромная. Куликовы особо из толпы и не выделяются. У Виктора хорошая бюджетная машина, Вероника тоже ездит на далеко не новом RAV-4. Кредитов и долгов по коммуналке у них нет. На первый взгляд, пара ведет скромный образ жизни. Пороюсь еще, авось что-нибудь выползет…

Спустя полчаса Боря оторвался от компьютера.

— Пока что мое мнение такое: Виктор, с виду примерный муж, изменяет жене. Он знает, что выглядит намного моложе своих лет, представляется Юрием и начинает охмурять двадцатилетних девушек. Много усилий ему не надо: небольшие букеты, походы в кино, романтические прогулки, — и птичка в сети. Вопрос: зачем он этим занимается, если у них с женой нормальные отношения? Вероятно, это его бизнес. Но пока непонятно, каким образом он зарабатывает на этом.

Я взял телефон и набрал номер.

— Марго, похоже, Ира попала в малоприятную историю. Немедленно приезжайте в кафе, адрес сейчас пришлю.

Потом я направился к двери.

— Иван Павлович, вы думаете… — начал батлер.

— Думаю, что хитрые, но глупые студентки придумали план, как отомстить мужчине, которого знают под именем Юрий, — объяснил я. — Сначала у них с Марго все шло хорошо, а потом порулило по оврагам, кочкам, заехало в помойную яму и перевернулось. Полагаю, придется обратиться к Леониду. Вызови его срочно, скажи, что я в кафе. У нас нет полномочий на обыск дома Виктора и Вероники. Утром на встрече стая лживых девиц уверяла меня, что они понятия не имеют, куда подевалась Ирина, вот даже предположений у них нет, где она! А на самом деле они прекрасно осведомлены, куда подевалась их подруга. Глупышки неправильно оценивают Виктора, поэтому может случиться большая беда.

В самом плохом расположении духа я вошел в кафе, дождался Марго и, когда она села за столик, осведомился:

— Хочешь, чтобы твоя сестра погибла? Неприятно осознавать, что ты не единственная наследница родителей?

Щеки девушки вспыхнули огнем.

— Вы с ума сошли? Офигели, да?

— Прошу учитывать, что ты разговариваешь с человеком намного старше себя, который легко может связаться с твоими родителями, — голосом своей маменьки проговорил я и удивился.

Оказывается, в Иване Павловиче Подушкине может проснуться госпожа Николетта Адилье!

— Ничего плохого я не сказала! — обозлилась Марго. — Мы вас наняли, вы не имеете права нарушать кон… фи… кон…

Щеки девушки стали обычного цвета.

— Конфиденциальность, — быстро произнес я. — Есть такой пункт в договоре, но, если речь идет о жизни человека, он теряет силу… На последнюю встречу с Юрием, то есть Виктором, отправилась не ты, а Ирина, так?

Марго опять покраснела.

— Ну…

Маменька во мне потеряла все тормоза.

— Не нукай! Отвечай прямо!

Дурочка сидела молча.

— Что будешь делать, когда Ира исчезнет навсегда и никто не узнает, где ее тело закопали? — осведомилась госпожа Адилье в моем лице.

— Желаете чаю? — нараспев спросил официант, подойдя к нашему столику. — Могу посоветовать яблочный с корицей!

— Отлично, — произнесла моими устами моя маменька. — Принесите три чайника кипятка! Вылью их за шиворот одной девице!

Парень вмиг испарился.

— Вы не имеете права так… — начала Марго.

— Имею! — отрезала моя маман, целиком и полностью завладевшая моим речевым аппаратом. — Ира сейчас, наверное, заперта в подвале или в сарае. Там определенно крысы. Ей не дают есть и пить, в качестве туалета — угол в помещении.

— Ладно, я все скажу, — затряслась Марго. — Но мы не хотели. Она… она сама…

— Иван Павлович! — окликнул меня знакомый голос.

Я повернул голову и обрадовался.

— Леонид Николаевич! Спасибо, что сразу приехали!

— Говорите, что у вас, — велел мой хороший друг.

Я выдохнул. Оказывается, быть моей маменькой тяжело физически. Я сейчас устал так, словно сутки мешки таскал. В висках стучали молоточки, в горле пересохло, спина вспотела, воздух словно пропал. Не хватало только прямо в кафе лишиться сознания, подобно барышне девятнадцатого века, которой слишком сильно затянули корсет.

— Иван Павлович? — забеспокоился Леня.

Тут появился официант с подносом.

— Как заказывали, три чайника кипятка. От себя мы добавили набор варенья.

На