Посмотрев вдаль, туда, где завершали свою работу бойцы отряда комиссара Рогова, он подозвал к себе одного из разведчиков и скомандовал:

– Уточни у них по потерям и пусть уходят в лес, как договаривались.

Максим отдал ему найденный в лесу блокнот и отправился помогать своим товарищам создавать видимость обычной службы подразделения охраны и обороны железнодорожного моста, как и было оговорено заранее еще в лагере разведчиков.

– Рядовые Шрайбер и Фишер к командиру! – услышал он через некоторое время голос вестового.

В землянке бывшего КП немецкого офицера Максим увидел своего командира и всех связистов из их группы. Между ними шла какая-то напряженная беседа. Лица всех присутствующих выглядели крайне строго.

– Хорошо! Свободны! – завершил разговор с ними Шефер и, посмотрев на Максима, кивнул на лавку у стены.

Тот занял указанное место, когда ефрейторы Брандт, Браун и Кляйн вышли из помещения.

– Молодец, Шрайбер! – начал обер-лейтенант. – Блокноту, что ты мне передал, цены нет. Точно такой же я нашел здесь, на КП немецкого офицера. В них дополняющие другу друга пароли и отзывы для связи. Немцы выработали сигнализацию условными словами и фразами для обеспечения безопасного прохода всех своих железнодорожных составов.

В землянку вошел и по знаку Шефера занял место рядом с Максимом рядовой Фишер. Обер-лейтенант посмотрел на них, давая взглядом понять разведчикам, что хочет сказать им что-то важное, но сделает это лишь после того, как доведет до них нужный объем предварительной информации, позволяющей понять и объяснить многое.

– Несколько дней назад, – начал он, – фельдфебелю Мюллеру удалось выйти на связь с подпольщиками из ближайшего городка. Один из них – железнодорожный рабочий на узловой станции. Он подтвердил то, что ты написал на последней странице тетради своего учителя по детскому дому.

Шефер строгим взглядом посмотрел на Максима, подчеркивая важность его сообщения.

– Немцы действительно собираются начать скорую переброску войск. На станции уже готовы к отправке нескольких составов. Один из них с танками. Еще три лишь имитируют наличие тяжелой техники на вагонных площадках. На самом деле под брезентом уложены в нужной конфигурации и стянуты между собой ящики различных размеров, коробки и бочки. С виду, как он сказал, составы не отличить друг от друга даже вблизи.

Разведчики внимательно слушали своего командира, еще не понимая, к чему он преподносит им столь подробную информацию.

– Полагаю, что первым пойдет как раз ложный состав, – продолжил Шефер. – Скорее всего, таким же будет и второй поезд. Настоящий, тот, что с танками, немцы отправят либо третьим по счету, либо, что скорее всего, – четвертым. Начало движения от узловой станции, как записано в блокноте немецкого офицера, – сегодня в четырнадцать ноль-ноль. Интервалы по тридцать минут.

– Понятно, – машинально ответил на слова командира Максим.

– Ваша задача, – продолжал Шефер, – пробраться на узловую станцию и под видом немецких солдат-связистов найти там состав с танками, пробраться на него и следовать вместе с ним до вот этого поворота, где начинается лесная просека. Время движения до нее примерно двадцать минут.

Обер-лейтенант поставил кончик карандаша на то место на карте, о котором только что поведал разведчикам.

– Понимаю, – уже тихо продолжил он и опустил голову, пряча от них глаза, что послужило Максиму и его товарищу плохим знаком, – задача крайне непростая и очень рискованная. Но выбора нет. Кому-то все равно это задание мне придется поручить. Состав с танками и мост должны быть уничтожены сегодня до полуночи. Сделать это по отдельности у нас нет никакой возможности. Только одним разом. Поэтому очень важно знать – какой именно железнодорожный состав будет главным, а какие ложными. Уцелеет главный – его просто перенаправят по другой дороге.

– Как нам это сделать? – спросил Максим.

– Каждому из вас я дам пистолет-ракетницу, – невольно встрепенулся Шефер, поняв, что разведчики настроены решительно. – Просека по лесу тянется почти до реки. Участок прямой и от железной дороги отделен полосой густого леса. Вам нужно будет покинуть состав с танками прямо на ходу. Дождаться, пока вагоны уйдут за поворот, чтобы вас не видели из них, и подать сигнал выстрелом в воздух. Погода ясная. Я выставлю промежуточные посты с ракетницами по всей просеке. Они будут видеть след вашего выстрела и передавать такой же дальше. Пока доберетесь до станции и окажетесь по линии просеки, ребята на них займут свои места.

Шефер снова опустил глаза и произнес совсем тихо, почти растерянно:

– Другого варианта я не вижу.

– А если для передачи сигнала задействовать вместо постов с ракетницами в просеке рацию, – предложил Максим свой вариант действия. – Увидят и передадут сюда, на мост.

– Батарей заряженных не осталось, – тихо ответил Шефер. – Те, что нам в последний раз с самолета на парашюте сбросили, неудачно приземлились и разбились при падении. А снять и задействовать немецкие рации я не могу. Они сейчас здесь нужны будут.

Максим заметил его состояние. Таким своего командира он еще никогда не видел. Обер-лейтенант выглядел подавленным. Его постоянная собранность и активность куда-то испарились сразу после того, как он признался в отсутствии еще каких-либо вариантов обозначения нужного для уничтожения железнодорожного состава. Шефер смотрел себе под ноги и о чем-то напряженно думал.

– Мы выполним ваш приказ, герр обер-лейтенант, – произнес Максим, чтобы подбодрить своего командира.

– Это не приказ, рядовой Шрайбер! – резко ответил ему тот и пояснил: – Приказать вам идти на смерть я не могу. Шанс выполнить все, как я тут задумал, крайне низок. Почти невероятен. Охрана узловой станции слишком плотная. Повсюду много солдат. Везде проверяются документы. Отправка указанных мною составов – только начало. Потом будут еще и, полагаю, много. Судя по тем блокнотам, один из которых нашел ты, а второй был у немецкого офицера, отработана целая система связи. Перед твоим приходом сюда я обсуждал это с нашими радистами. У них огромный опыт работы в этом деле.

Шефер замолчал и достал из-под карты, лежащей перед ним на столе, листок бумаги, на котором была нарисована, как понял Максим, схема расположения моста, узловой станции и железнодорожного полотна между ними со всеми его изгибами на маршруте.

– Ребята-связисты предполагают, что по ходу движения состава с танками на нем в постоянном режиме работы будет действовать рация. Вторая такая же начнет взаимодействовать с ней, находясь на пункте связи на узловой станции или где-то рядом. Она же – главная во всей цепочке. Вдоль железнодорожного полотна где-то есть скрытые посты наблюдения, имеющие телефонную связь. Их разместили, скорее всего, вчера или сегодня утром. Мы сами такие нигде не обнаружили. О них нам в последнюю минуту перед штурмом сообщил немецкий