— Кто… кто здесь? — шепчу я, с трудом переводя дыхание.

— Я же тебя предупреждал? — шипит голос совсем рядом с ухом. Голос, который она слишком хорошо знает. — Предупреждал!

Матвей включает фонарик от телефона и светит им.

— Предупреждал? — кричу я, уже не скрывая своего страха. — Ты что, совсем рехнулся? Ты что делаешь?

— Пусти меня! — всхлипываю я, отчаянно пытаясь вырваться.

— Я понимаю, почему Даниил тобой увлекся, — говорит он, его голос звучит колко. — Ты слишком наивная. Это делает тебя удобной.

Я резко оборачиваюсь к нему, пораженная его словами.

— Ты слышишь себя? — выпалила я. — Ты вообще о чем?

— О том, что ты не подходишь ему, — спокойно отвечает он

— Ты думаешь, он всерьёз заинтересован? Даниил — мой друг, и я его знаю. Он хороший парень, но не для тебя.

Его слова бьют больно, но я стараюсь сохранить хладнокровие.

— А ты для кого подходишь, Матвей? — спрашиваю я с вызовом. — Ты только и делаешь, что унижаешь меня. Это способ почувствовать себя лучше?

Он коротко смеётся, но в его смехе нет веселья.

— Ты меня бесишь, — бросает он неожиданно. — С самого первого дня.

— Взаимно, — отвечаю я, с трудом сдерживая гнев.

Матвей издает злой смешок.

Он наклоняется ближе, его лицо совсем рядом. Я плохо вижу его в темноте, но ощущаю его теплое дыхание на губах. В следующую секунду я чувствую, как его губы прикасаются к моим. Шок парализует меня, и я застываю, не в силах даже пошевелиться.

Матвей целует меня жадно, почти грубо, его руки крепко сжимают мою талию. Я пытаюсь оттолкнуть его, но он лишь сильнее прижимает меня к себе.

— Отпусти! — пытаюсь закричать я, но мои слова тонут в его поцелуе.

Внутри меня борются страх, и… что-то еще, непонятное и пугающее. Это не должно происходить, это неправильно, но его прикосновения вызывают во мне странные ощущения.

Наконец, Матвей отрывается от моих губ, его глаза горят безумным огнем.

Я в ужасе смотрю на него, не в силах вымолвить ни слова. Что он задумал?

Матвей проводит пальцами по моей щеке, и я вздрагиваю от его прикосновения.

— Ты украл мой первый поцелуй! — со всей силы отталкиваю его. Ударив его между ног, забегаю в квартиру, громко захлопывая дверь.

Глава 11

Захлопнув дверь и повернув ключ дважды, я прислонилась к холодной поверхности, тяжело дыша. Я вся дрожу — не от холода, а от непонятного волнения. Несмотря на внутреннее сопротивление, сердце выстукивает бешеный ритм. Внутри все трепещет, а бабочки в животе, кажется, устроили безудержную фиесту. Мысли хаотично мечутся, как испуганные птицы в клетке. Матвей… его прикосновения, его слова… Я с силой вытерла губы тыльной стороной ладони, словно пытаясь стереть невидимый след. Мой первый поцелуй должен быть не с ним… Точно не с ним… Мы же друг друга терпеть не можем?

— Ррр! — рычу я, закрывая руками на лицо и оседая на пол.

— Мира, ты что так долго? — голос мамы донесся из кухни, заставив ее вздрогнуть.

Я резко выпрямляюсь, сбрасывая с себя оцепенение. Нужно взять себя в руки. Мама не должна ничего заметить.

— Привет, мама! Как твои дела? Как нога, беспокоит? — спрашиваю ее, проходя в кухню. Мама стоит у плиты, помешивая что-то в кастрюле. Ее взгляд, полный заботы, заставил меня почувствовать укол стыда и растерянности. Как я могу рассказать маме о том, что произошло? О Матвее? О… поцелуе? Эта мысль вызвала новую волну дрожи.

— Ноет еще. Скорее бы поправилась. Тебе надо учиться, а не на работу за меня ходить, доченька. Как ты провела время?

— Да мне не трудно, мам, я все успеваю. Выздоравливай только!

— Ты какая-то бледная, — с беспокойством спрашивает она, откладывая ложку. — Простыла, что ли?

Я качаю головой, выдавая из себя слабую улыбку.

— Нет, все нормально. В бассейне покупались. После посидели в кафе с Даниилом и Матвеем. Я научилась плавать! — с гордостью восклицаю я.

— Умница моя! Мира, ты уверена, что Даниилу можно доверять? — не успокаивается она — Все-таки, он из очень обеспеченной семьи. Всякое бывает…

— Мам, Даниил не такой, — вздохнула Мира. — Он действительно хороший. Лишь он и Лейла отнеслись ко мне по-дружески в классе, — отвечаю я, избегая маминого взгляда. Мама, щурясь, наливает чай. В ее взгляде читается забота и тревога.

— Его отец, известный архитектор, и бизнес — партнер семьи Богдановых, а мама, владелица художественной галереи, рассказал мне он. Даниил смелый, скромный, веселый. Он хороший друг.

— А Матвей кто? — неожиданно вспоминает мама.

— Это друг его. Я тебе говорила, сын Богдановых учится со мной в одном классе, — ежусь я, образ Матвея навязчиво всплывает перед глазами.

— Ты общаешься с сыном Богдановых, где я работаю? С Матвеем? — удивляется мама.

— Нет, мам, мы не друзья, — отвечаю я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно.

— Доченька, будь осторожна, — предупреждает мама, и в ее взгляде я вижу невысказанный вопрос.

— Не беспокойся, все будет хорошо, — включаю кран, мою посуду.

Выполнив все домашние дела, быстро целую маму в щеку и спешу в свою комнату.

Сердце все еще бешено колотится. Этот мажор не идет из головы. Подхожу к зеркалу. Глаза блестят, щеки пылают. Касаюсь пальцами губ, вновь переживая этот ошеломляющий миг.

Вдруг раздается звук SMS. Неизвестный номер. Открываю.

«Это правда твой первый поцелуй?»

Мурашки бегут по коже. Матвей. Конечно, это он. Внутри все переворачивается. Смесь страха, смущения и… восторга? Нет, я не хочу ему отвечать. Резко откладываю телефон. Стараюсь дышать ровно. Приказываю себе забыть, выкинуть все из головы.

Проходят две бесконечно долгие минуты. Новый сигнал. Три вопросительных знака. Он ждет ответа. Он настаивает. Сжимаю телефон в руке. Пальцы сами тянутся к экрану. Нет! Нельзя! Бросаю телефон на кровать, будто он жжет. Голова идет кругом. Нужно отвлечься. Включаю музыку, громко, чтобы заглушить мысли, и начинаю беспорядочно перебирать вещи в шкафу. Надо же было этому наглому… мажору… украсть мой первый поцелуй! И не просто украсть, а буквально вырвать! Злость волной накатывает на меня. Как он посмел? Ну почему, почему именно он?

Телефон снова вибрирует. Даже не смотрю. Хватаю с полки первую попавшуюся книгу и начинаю читать. Буквы плывут перед глазами. Снова вибрация. И еще. И еще. Он бомбардирует меня сообщениями! Закусываю губу. Вот пристал. Внезапно раздается звонок. Матвей. Сердце сжимается в комок. Смотрю на экран, борясь с желанием ответить. Один гудок. Второй. Третий.