Урок физкультуры превращается в ад. Лиза испепеляет меня взглядом, а Матвей… Матвей смотрит так, что кожа горит. Его взгляд словно обжигает.

После разминки мы делимся на команды. И, конечно, я в его команде. Играем в волейбол. Я в прежней школе неплохо играла, но сейчас все валится из рук. И вот, в самый ответственный момент, мяч… прилетел мне прямо в лицо. Резкая боль, в глазах темнеет. Лиза. Конечно, это она. Специально. Из всего класса выбрала мишенью именно меня.

Матвей подлетает ко мне. Его лицо искажено беспокойством. — Мира, ты как?

Из носа течет кровь. Он протягивает мне свой платок. — Вот, приложи.

— Так, Матвей, отведи новенькую в медпункт, — командует учитель.

Матвей кивает и, несмотря на мой слабый протест, берет меня под руку. Его прикосновение обжигает меня сквозь ткань футболки.

В медпункте медсестра суетится вокруг меня, задает вопросы, прикладывает холодный компресс. Матвей стоит рядом, и от этого мне еще неловко.

— Спасибо тебе, Матвей, — бормочу я, когда кровотечение наконец останавливается.

— Не за что, — отвечает он тихо, его взгляд серьёзный и внимательный. — Уверена, что с тобой всё в порядке?

— Да, вроде бы, — Мира прикасается к переносице, чувствуя тупую боль. — Только голова немного кружится.

— Это неудивительно, — Матвей качает головой. — Лиза порой бывает… слишком эмоциональной. Я поговорю с ней.

— Не надо, — Мира быстро перебивает его. — Не стоит из-за меня…

— Стоит, — твёрдо говорит Матвей, встречаясь с ней взглядом.

В медпункте повисает неловкая тишина. Я чувствую как щеки начинают гореть под его пристальным взглядом.

Матвей вдруг внимательно смотрит на меня.

— Что это у тебя на щеке? — спрашивает он тихо, склонив голову набок.

— Где? — машинально провожу рукой по щеке, но ничего не нахожу. — Ничего нет.

— Вот здесь, — Матвей протягивает руку и нежно касается моей щеки. Его пальцы, теплые и немного шершавые, медленно скользят по коже, словно стирая невидимую пылинку. От его прикосновения по телу пробегают мурашки.

Его глаза опускаются к моим губам. Дыхание сбивается. Матвей проводит большим пальцем по моей нижней губе, слегка нажимая. Внутри все сжимается от волнения.

— У тебя… такие красивые губы, — шепчет он хриплым голосом, не отрывая от них взгляда. — Я не могу… перестать о них думать.

Его палец продолжает дрожащий путь по контуру моих губ. Прикосновение невесомое, но от него по телу разливается обжигающая волна. В голове шум, мысли путаются. Я забываю, как дышать.

Матвей наклоняется ближе, его дыхание обжигает мою кожу. Я чувствую его запах — смесь мяты и чего-то теплого, древесного. Его глаза, темные и глубокие, словно магнитом притягивают мой взгляд. Я тону в них, теряя всякую связь с реальностью.

— Я… я хочу тебя поцеловать, — шепчет он, тихо — Можно?

Вопрос повисает в воздухе. Я не могу произнести ни слова, только смотрю на него расширенными глазами. Внутри все трепещет, словно крылья бабочки, бьющейся о стекло.

Матвей медленно приближается, его губы чуть раскрыты. Расстояние между нами сокращается до миллиметров. Я зажмуриваюсь, ожидая…

Его губы касаются моих — нежно, почти невесомо. Поцелуй робкий, исследующий, но в нем столько нежности, столько сдерживаемой страсти, что у меня перехватывает дыхание. Я цепляюсь за его плечи, боясь упасть.

Поцелуй становится глубже, настойчивее. Матвей прижимает меня к себе крепче, его руки обнимают мою талию. Я отвечаю на его поцелуй, теряясь в вихре ощущений. В голове пусто, есть только он, его губы, его руки, его тепло…

Его руки скользят по моей спине, прижимая меня еще ближе.

Поцелуй становится все более страстным, поглощающим. В какую-то секунду, я понимаю, что я тоже отвечаю.

Внезапно Матвей отрывается от моих губ, его дыхание прерывистое. Он смотрит на меня прищуренными глазами, в их глубине плещется огонь.

— Мира… — шепчет он хриплым голосом. — Ты… сводишь меня с ума.

Я молчу, не в силах произнести ни слова. Мое сердце колотится где-то в горле, щеки пылают. Я чувствую себя ошеломленной, слабой, но в то же время невероятно живой.

Матвей снова наклоняется ко мне, его губы касаются моего лба, затем щеки, затем снова губ — на этот раз нежно и трепетно, словно он боится меня спугнуть.

— Так молодежь, расходимся! — входит медсестра. — Совсем стыд потеряли. Марш на урок!

— Ты иди, Матвей, я сейчас, — говорю я ему, боясь встретиться глазами с медсестрой.

— Как скажешь, — Матвей слегка улыбается. — Тогда я пойду, а то урок скоро закончится.

Он поворачивается, чтобы выйти, но вдруг останавливается у двери и смотрит на нее через плечо.

— Мира, — говорит он тихо. — А может… сходим куда-нибудь вечером? В кино, например?

Замираю, не зная, что ответить. Вот совсем вчера мы были врагами, а сейчас…

— Я… не знаю, — бормочу я наконец. — Мне нужно подумать.

— Хорошо, — Матвей кивает, его улыбка становится чуть грустнее. — Я буду ждать твоего ответа.

Глава получилась длинной, приятного прочтения! Всех обнимаю! Не забудьте поставить звездочки в рейтинге мне нравится.

Глава 13

После физры у нас математика. Жду, пока все вывалятся из раздевалки, чтобы поговорить с Лизой. Перехватываю её в коридоре и затаскиваю обратно. Она руки в боки и смотрит на меня в упор.

— В чём прикол? Объяснись!

— Не догоняю, о чём ты, — тянет она, улыбаясь так сладко, что меня аж передергивает.

— Не прикидывайся! Где фотки и видосы новенькой?

— А тебе какая разница? Забыл, что я твоя девушка? — выгибает бровь.

— Моя, моя! — говорю, чувствуя, как злость подкатывает к горлу.

— Как только она появилась, я только про нее и слышу. Мне она достала… — голос у неё становится визгливым.

— Не напрягай меня, сама знаешь, не люблю этого, — стараюсь держать себя в руках.

— Ты же тоже хотел, чтобы она смылась. А теперь что…

— Я всё ещё хочу, чтобы она ушла!

— Ничего не понимаю, — глаза у неё круглые, но я-то вижу, что врёт.

— Телефон давай. И чтобы все фотки отправила мне. Живо.

— Но…

— Лиза!

— Ладно-ладно, — сдаётся она, понимая, что я не шучу.

Достаёт телефон, начинает что-то там удалять. Слежу за каждым её движением.

— Всё удалила? — переспрашиваю, чтобы дошло наверняка.

— Матвей, может, сходим куда-нибудь вместе? Только ты и я. — голос у неё меняется, становится мурлыкающим. Знает, на что давить.

— У меня тренировка после уроков. Футбол, — отрезаю, не ведусь на её штучки.

Убедившись, что она всё почистила, иду на математику. Перемена длинная, можно не торопиться. Захожу в класс, а там новенькая с Даньком. Он на краю её парты примостился. Что-то там щебечут, меня не замечают.

Подхожу