Отстраняюсь первой, смотрю на звезды, которые мерцают на черном небе бесконечным количеством, и внутри разливается покой, редкое ощущение, что все на своих местах, что жизнь течет правильно.

— Знаешь, о чем я еще думала? — спрашиваю, и голос звучит мечтательно. — Хочу, чтобы мы показали детям, какими должны быть настоящие отношения. Не идеальные, где никогда нет конфликтов, а настоящие, где люди ошибаются, признают ошибки, просят прощения, работают над собой. Чтобы Тимур вырос мужчиной, который не боится показывать чувства, помогает жене, участвует в воспитании детей. Чтобы Катя выросла женщиной, которая не терпит неуважение, не молчит о проблемах, знает себе цену.

Саша кивает серьезно, и в глазах загорается решимость.

— Так и будет, — обещает он твердо. — Мы покажем им это каждый день, своим примером. Я покажу Тимуру, как мужчина относится к женщине с уважением и любовью. Ты покажешь Кате, что женщина может быть сильной и мягкой одновременно, что материнство не означает потерю себя.

Внутри вспыхивает гордость за этого мужчину, который когда-то был слепым эгоистом, а теперь стал партнером, отцом, на которого можно опереться. Переворачиваюсь, забираюсь к нему на колени, обнимаю за шею, и он обнимает в ответ, прижимает крепко, и сидим так, слушая ночные звуки, шелест листьев, далекий лай собаки, тишину, которая не давит, а успокаивает.

— Пойдем спать, — предлагает Саша через некоторое время. — Завтра Тимур рано встает, нужно везти его на футбол, а Катю на танцы.

Встаем, заходим в дом, и поднимаясь по лестнице, заглядываю в комнату детей. Тимур спит, раскинувшись звездой на кровати, одеяло сброшено на пол, и поправляю его, укрываю сына, целую в лоб. Катя спит, обнимая огромного плюшевого медведя, и щека её прижата к мягкой игрушке, губы приоткрыты, дышит тихо, ровно.

Смотрю на детей долго, и внутри переполняет такая любовь, что хочется плакать, но это слезы радости, благодарности судьбе за то, что прошла через депрессию и выжила, что встретила мужчину, который не испугался моей болезни и остался, что родила этих прекрасных малышей.

Выхожу из комнаты тихо, закрываю дверь неплотно, чтобы слышать, если кто-то проснется ночью. Иду в спальню, где Саша уже лежит в кровати, и забираюсь под одеяло, прижимаюсь к нему, и он обнимает меня, целует в макушку.

— Спокойной ночи, солнышко, — шепчет он, и слово, которое когда-то говорил другой женщине, теперь принадлежит только мне, и от этого становится дороже.

— Спокойной ночи, — отвечаю, закрываю глаза, и засыпаю быстро, спокойно, без тревоги и страха, что завтра будет плохой день.

Потому что даже если завтра будет плохой день, я знаю, что справлюсь. Знаю, что рядом есть человек, который поддержит, поможет, не осудит. Знаю, что депрессия может вернуться, но у меня есть инструменты, знания, опыт, чтобы распознать её вовремя и обратиться за помощью.

Знаю, что жизнь не будет идеальной, что будут ссоры, недопонимания, усталость, кризисы. Но знаю также, что мы научились разговаривать, слышать друг друга, просить прощения и прощать.

Мы справились.

Прошли через ад и вернулись.

Стали лучше, сильнее, честнее.

И это самая большая победа.

И этого достаточно.

Этого более чем достаточно для счастья.

КОНЕЦ