Я ошарашенно моргнул:

— Но теперь ты об этом рассказал, и я вновь тебя ненавижу пуще прежнего… Зачем ты это сделал?

— Твоя ненависть никуда не денется, — пожал он плечами. — У меня в заложниках твой брат-близнец. А татуировки всё равно не дадут тебе наделать глупостей. А я… лишь человек, и мне не чужды эмоции. Просто захотелось ответить на столь забавный вопрос. Вот и всё, — он немного помолчал и добавил. — Я бы хотел стать обычным студентом в Академии, думать лишь об учёбе, да о том, чтобы не выгнали из дюжины. Возможно, если бы так оно и было, я неплохо бы здесь устроился. Возможно, даже… — он глянул на меня и недоговорил, — неважно.

В этот момент в моём сознании возник радостный голос Хару:

— О да! Кайи, у тебя начинает получаться!

Это он про что?

Его аура лёгкости и уюта привычно укутала меня, и я подсознательно улыбнулся.

В это мгновение у Зурта изменилось выражение лица:

— Что это? — он положил себе руку на грудь и поморщился.

Я мысленно спросил Хару:

— Ты что-то с ним сделал?

— Конечно, нет, — неуверенно ответил дэв, — во всяком случае не напрямую и не специально…

Ха, интересный ответ. Но Зурту, похоже, действительно было плохо. Только вот как мне лучше действовать в такой ситуации? Помочь… или добить?

— Ты в порядке? — начал я к нему приближаться с озабоченным видом.

Он выставил руку раскрытой ладонью вперёд — очевидный жест, чтобы я не подходил. Я замер на полпути. Какая жалость, всё же голова у него работает даже сейчас, подпускать меня к себе в такой ситуации — для него не самая хорошая затея.

— Ты… что-то делаешь со мной сейчас? — с сомнением спросил он.

— Нет, — помотал я головой, ответив чистую правду. Делаю не я, а Хару. К тому же, кажется, даже он влиял на Зурта неосознанно.

Это было любопытным, и я попросил дэва остаться и продолжать своё воздействие, чем бы оно ни было.

Дыхание Зурта стало глубже, будто он старался успокоиться, а голос зазвучал глуше:

— Ладно, спрошу иначе. Что сейчас воздействует на тебя? — он поднял взгляд и посмотрел в мои глаза.

Ах ты ж… Вот это уже правильный вопрос. Как же жаль, что я не могу использовать его таланты на дело, а он их просто-напросто растрачивает. Я посмотрел на колбы с зельями, стоявшие тут и там, а также на оригинальные печати на стене, светящиеся успокаивающе-голубым. Действительно, жаль.

А татуировки уже начали жечься, намекая на то, что не ответить на его вопрос не выйдет. Но пока Зурт не в лучшей кондиции, можно попробовать увести разговор в сторону:

— А что с тобой? Ты ощущаешь что-то плохое?

— Это… не… — Зурт схватился за голову, будто она болела, а затем тряхнул ей. — Кайрин, отвечай! — надавил он магией, и татуировки вынудили меня послушаться:

— Я сейчас в контакте со своим дэвом. Но он никак на тебя не влиял, по крайней мере, не хотел.

— А на тебя, значит, он влияет. Каким образом? — нахмурился Зурт.

— Ну… сложно сказать, мне становится чуть легче и веселее, — попытался я припомнить изменения, когда меня окутывала аура Хару. — Ну и такое ощущение… словно в мягкое одеяло завернули.

Хару мысленно встрял:

— Глупый ученичок, это объятия! Я тебя окутываю частью себя, наиболее близкая в человеческом поведении интерпретация этому — объятия. Пх, вот уж эти люди, никогда правду не признают.

Эм… чего? Мне метафора одеяла нравилась куда больше. Объятия… Ну уж нет! Пусть Хару говорит и думает что хочет. Одеяло, и точка.

— А-а-а… Вот оно что, — вздохнул Зурт.

Я думал, он потребует прекратить общаться с Хару и, честно говоря, опасался этого, всё же дэв мог мне помочь во многих ситуациях, но Зурт просто промолчал. И вид у него был какой-то… потерянный.

— Скажи, как ты смог украсть моего водного дракона? Ты хорош в общении с дэвами? — задал я давно мучивший меня вопрос.

— Нет, в этом я скорее плох. У меня нет покрова, да, чего уж там, — грустно улыбнулся он и посмотрел на меня со странным выражением лица, будто только что узнал обо мне что-то новое. — У меня и магии-то нет. Как бы я смог с ними так запросто общаться?

Нет магии? Он опять не ответил про дракона, и, кажется, не собирался. Придётся расспрашивать о том, о чём отвечает.

— Но ты же в дюжине. Да без магии тебя бы даже в Академии не оставили, — скептически произнёс я.

— Как видишь, оставили. Несколько уловок, и с помощью метки я могу имитировать магию, — пожал он плечами. — Раз уж ты теперь в курсе, что у меня проблемы с повседневным её использованием, то подсоби, — тряхнул он пустой склянкой и указал на синее зелье в котелке.

Я сосредоточился на водной стихии и, управляя зельем, принялся заполнять склянки, которые поочерёдно подставлял Зурт.

Вскоре мы закончили. Он упаковал и убрал предварительно остуженные мной зелья, котёл, жаровню и разбросанные вокруг ингредиенты.

— Значит, ты ощущаешь присутствие моего дэва? — спросил я.

— Верно. Это… неприятно. Словно камнем по стеклу царапают, — его болезненное выражение лица же говорило, что это куда больше, чем просто «неприятно».

Я задумался. Зурт имитировал магию воды, даже если у неё её на самом деле не было. Так что процентов девяносто, что он и есть Сур. Друг Корна был магом воды и, разумеется, ему было бы легче имитировать именно её.

Хару же — дэв воздуха. Так каким образом Зурт его ощущал? Более того, далеко не каждый маг воздуха был на это способен.

На мои сомнения ответил не кто иной, как сам Хару:

— Мой недалёкий ученичок, почему для тебя так сложно увидеть очевидные вещи? Это же проще, чем сложить один плюс один.

— Хватит нотаций, о, великий и могучий! И хватит принижать меня, глупого неумеху, — саркастично ответил я мысленно и, излучая всем собой любопытство, попросил: — Говори уже!

— Ах-хах… Ну раз ты признал, меня могучим, а себя глупым, то, так и быть, — остальную часть фразы Хару произнёс серьёзно: — Он чувствует не меня, а тебя.

Чего?

После слов Хару я по-другому посмотрел на Зурта.

Ну конечно!