Часть 28

Как и планировали Лика с Максимом пробыли в Швейцарии две недели.

— У меня ощущение, что мы съездили в медовый месяц до свадьбы, — разбирая чемоданы дома сказала Лика.

— Нет, синеглазка, свадебное путешествие у нас ещё впереди.

Максим хотел ещё что-то добавить, но зазвонил его телефон, который казалось не умолкал с тех пор как они получили багаж в аэропорту. Лика недовольно закатила глаза. И вышла из комнаты.

— Мне нужно уехать, это не на долго, — подходя к Лике сказал Максим.

— Мы же только приехали, у тебя ещё выходной. Напоминаешь мне отца, — надула губки Лика.

Максим обнял её за плечи и заглянул в васильковые глаза.

— Я обещаю наладить рабочий процесс так, чтоб у меня было больше свободного времени, но сейчас накопилось много дел, которые не могут решить без меня, извини.

— Ладно, езжай уже, — улыбаясь согласилась девушка. — Я пока вещи разберу, но с тебя ужин.

— Отлично, куда хочешь пойти?

— Есть один итальянский ресторанчик в котором подают умопомрачительную лазанью. Я её обожаю. А ещё там подают вкуснейшее тирамису. Нигде больше такого не ела.

— Отлично, проведём вечер со вкусом Италии.

Максим поцеловал Лику и вышел из квартиры. Только вот направился он не на работу.

***

— Здравствуйте Кирилл Петрович, — поприветствовал Максим бывшего работодателя.

— Здравствуй Максим, — ответил тот пожимая протянутую руку. — Присаживайся.

Их встреча проходила в ресторане в центре города, недалеко от офиса Максима. Атмосферный ресторанчик в скандинавском стиле, где подаётся авторская и скандинавская кухни. Спокойные светлые тона интерьера располагали к душевному разговору. Но Максим и понятия не имел зачем отец Лики назначил ему встречу. И будет ли это разговор по душам.

— Максим, я долго думал и решил, что нам с тобой нужно поговорить с глазу на глаз. Ты не сказал Лике куда поехал?

— Нет, вы же попросили этого не делать.

— Спасибо. Не то что бы я сейчас скажу что-то что ей не понравилось бы, нет. Просто я хочу поговорить с тобой как мужчина с мужчиной, а её эмоции не дадут нам спокойно это сделать.

Максим понимающе кивнул, и Кирилл Петрович продолжил:

— Ты, наверное, уже знаешь, что в своё время мать Лики сбежала от меня. Сейчас от меня сбежала сама Лика. У меня больше никого не осталось. Даже не вериться, что ещё недавно я был «папочка», а сейчас она и общаться не хочет. Когда от меня ушла Вероника, мама Лики, я не считал себя виноватым. Когда от меня ушла Лика, я тоже обвинил её. Но у меня было время подумать. Много времени. Я понял, что ошибся. Они не виноваты. Я виноват.

Я любил Веронику, но в погоне за большими деньгами и положением в обществе, она отошла для меня на задний план. Она стала моей тенью. Она всегда была рядом, но я не обращал на неё внимания. Мне казалось, что она должна понимать, что всё что я делаю это для неё, но я забыл спросить нужно ли это ей. Я ни разу не спросил, чего хочет она, я всё решал сам. Я понял, как сильно в ней нуждаюсь только когда она ушла. Она была в таком отчаянье, что даже оставила дочь, которую безмерно любила. Вероника считала меня помешенным на деньгах, корыстным и циничным. Таким она меня видела все годы нашей совместной жизни, а её не переубеждал, считал, что однажды она поймёт, что все что я делаю это для них с дочерью. Я ошибся. Гордость не дала мне вернуть её. Я потерял её навсегда, но тогда я был так зол на неё за то, что она не оценила моих стараний, что не сразу понял это. А когда осознал было уже поздно.

Видимо жизнь меня ничему не научила, так как с Ликой я наступил на те же грабли. Минимум внимания и максимум ожиданий благодарности за то, что делаю ради неё. Я должен был понять сразу, что она копия матери и тоже не станет мирится с тем что ей не нравиться. Она ведь показывала недовольство мной своими протестами и гулянками, своими бесконечными бунтами. Я не замечал этого, не понимал тогда. А она требовала внимания, стараясь заполучить его таким образом.

Я не имел права вмешиваться в её личную жизнь и сейчас очень сильно жалею, что сделал это. Я хочу попытаться всё исправить и прошу тебя помочь мне в этом. Признаться честно, я думал, что ты стал засматриваться на Лику из-за денег, но, когда за год ты построил бизнес с нуля, я был поражён. Не многие способны на такое. Я понял, что ошибся, что ты действительно полюбил мою дочь, но моя алчность не давала мне покоя, я всё равно хотел сам выбрать ей мужа. Более достойного и состоятельного. Я снова думал за свою дочь. Решал за неё как ей будет лучше. Она была права, когда сказала мне об этом. Она была права, когда попросила остановиться. Я и правда слишком далеко зашёл, так что нужно остановиться, иначе назад дороги не будет. А я хочу вернуться назад. В те времена, когда она обнимала меня за шею, целовала в щеку, называла папочкой.

Я не против вашей свадьбы. Лика тебя полюбила, и я уважаю её выбор. К тому же ты на самом деле мне очень нравишься. Я знаю, что ты как никто другой сможешь позаботиться о моей малышке. Всё чего я сейчас хочу, это чтоб моя дочка была счастлива, а сделать её счастливой можешь только ты. А мне остаётся просто не мешать.

Я хочу извиниться перед тобой, я был несправедлив к тебе. Я поступил неправильно, отправив Лику за границу и уволив тебя. Если бы не я, вы уже давно были бы вместе, были бы счастливы. А вместе с вами счастлив был бы и я. Но тогда я не понимал этого. Прости.

— Знаете, Кирилл Петрович, в чём-то я вас даже понимаю. Желать лучшего своим любимым это нормально. Главное не переборщить в своей заботе. Я не в обиде на вас и очень рад что вы пошли нам навстречу. Уверен Лика будет рада ещё больше. Она тоже вас любит и сильно переживает из-за ссоры с вами. Возникшее напряжение между нами доставляло дискомфорт всем нам, как бы мы не старались делать вид что всё хорошо. Сегодня мы