Шестьдесят, может, семьдесят процентов картины. Достаточно, чтобы ударить. Недостаточно, чтобы уничтожить.

Но главное было то, что в красных точках производилась «Искра». Наркотик, который Волки поклялись уничтожить. Дрянь, превращающая людей в тварей. И вот он — весь механизм производства и распространения, разложенный передо мной как на ладони.

Но ещё существуют изменения разломов, и именно из таких разломов выходят твари, чья кровь используется для создания «Искры». Кто-то ускорял развитие тварей. Но кто? Сам Штайнер или кто-то другой? Если кто-то другой, то кто? Возможно, один из гильдейцев, раз тут есть пара документов от Гильдии, которая разрешала Штайнеру вести исследования разломов. Это всё выстраивалось в очень неприятную картину.

Гильдия. Организация, которая должна защищать людей от тварей. Похоже, кто-то в её рядах давно перешёл на другую сторону, но сейчас мне нужно спасти мою женщину, а не заниматься чистками.

Штайнер не просто богач со старыми деньгами. Он — хозяин «Искры» в этом графстве. Человек, который отвечает за производство и распространение отравы, уничтожающей жизни. И Мира влезла прямо в его логово, даже не подозревая, с кем связалась.

Я почувствовал, как чёрное солнце в груди шевельнулось, откликаясь на мои мысли. Холодный голос Владыки Металла прошелестел где-то на границе сознания:

«Очень интересно. Паутина шире, чем ты думал, целитель. Мы можем забрать это в свои руки и стать намного сильнее».

— Заткнись. Не сейчас.

Папку «А. Д.» я пропустил. Там лежало прошлое Алекса, информация, которую Мира успела нарыть о мальчике, чьё тело я теперь занимаю. Это важно. Это может объяснить многое. Но сейчас для меня важно лишь то, что поможет мне её вытащить. Будущее Миры измеряется часами, и каждая минута промедления — это ещё один вопрос, который ей задают. Ещё один удар. Ещё один крик, который она сдерживает, чтобы не дать им удовлетворения.

Ещё одной папкой была «Безопасность». Стоило мне её открыть, как я увидел короткий текстовый файл с подписью «Для Алекса».

Мира, какая же ты умница. Знаешь, что я тупой дуболом, когда дело касается всех ваших электронных игрушек. Внутри файла лежала подробная инструкция по последовательным шагам для её обнаружения и короткая приписка.

Прости, что я тебя во всё это втягиваю. Я бы хотела, чтобы ты жил спокойно, не влезая во все эти грязные дела, но за то время, что мы были вместе, я успела тебя хорошо изучить. Не знаю, кто ты на самом деле и почему скрываешься под маской школьника, но ты очень похож на моего отца. Он был таким же как ты, и поэтому погиб. Алекс, прошу тебя, остановись. Живи спокойно, без меня. Но если всё же ты решишь меня искать, то вот тебе схема, как можно меня найти. Это сократит тебе время и не позволит наломать лишних дров.

Программа GPS-трекера вместе с инструкцией по активации, а также технические спецификации, чтобы можно было проанализировать её сигналы.

Я вспомнил серёжки Миры. Маленькие серебряные кольца, которые она никогда не снимала. Одна из серёжек была маяком. GPS-передатчиком, замаскированным под украшение. Мира никому не доверяла. Даже себе. Особенно себе.

Параноик и гений в одном лице, второй принц забрал бы такого таньцзы, заплатив за неё золотом по её весу. Вот только я бы не отдал.

Следуя инструкции, я запустил программу, и на экране появилась карта с пунктирной линией маршрута. Город. Улицы, по которым она ходила каждый день. Всё это лишнее, оставляем лишь сегодня, и вот оно. Пригород, дорога на северо-запад, уходящая всё дальше от цивилизации.

И там, в сорока семи километрах от города, линия обрывалась. Сигнал просто исчез, словно кто-то щёлкнул выключателем.

Я увеличил карту, изучая местность вокруг последней точки. Болота. Бесконечные топи, тянущиеся на десятки километров. Редкие дороги, ещё более редкие строения. Место, куда нормальные люди не суются без крайней необходимости.

Энергия болот, встречаясь с энергиями спонтанных разломов, вызывает помехи, которые глушат сигналы сложной электроники. Только старые добрые провода могут давать достаточно устойчивое соединение, но и оно частенько забивается помехами. Идеальное место, чтобы спрятать то, что не хочешь показывать миру.

Этот Штайнер явно не дурак. Он выбрал место, где его невозможно отследить обычными методами. Место, куда не сунётся случайный прохожий. Место, где можно делать с людьми что угодно, и никто не услышит криков.

Но он не знал одного, что похищенный агент — собственность тигра. А тигру плевать, есть ли там связь или разломы. Забрав её, они ранили тигра, а тигр никогда не остановится, пока не вернёт своё или не отомстит.

Теперь я знал направление, но мне нужны были люди, которые знают эти места. В одиночку я буду искать её вечность, а значит, пора обратиться за помощью к тем, кто мне должен. К тем, у которых есть причина ненавидеть «Искру» так же сильно, как я ненавижу тех, кто забрал мою женщину.

Стальные Волки. Посмотрим, чего стоит ваше слово.

Я взглянул на часы. Начало первого ночи. Мира была похищена примерно от трёх до четырёх часов назад. Профессиональный допрос обычно длится от двенадцати до двадцати четырёх часов, прежде чем жертву начинают «утилизировать». Штайнер знает, что она взломала его ячейку и выудила часть информации, а это сокращало допрос минимум в два раза. У меня было время. Мало, но достаточно, если не совершать ошибок.

Информация по геолокации, «Искре» и Штайнеру отправилась на планшет, который тут же убрался на спину, а флешку убрал подальше. Информация о Мире или мне будет лишней для этих парней, а вот остальное может пригодиться. Нож из стали разлома занял привычное место за спиной. Татуировка на предплечье чуть шевельнулась, Тень чувствовал моё состояние и рвался наружу.

— Скоро, дружок. Скоро тебе будет работа. Скоро мы обагрим наши клыки тёплой кровью, даю тебе слово.

Логово Стальных Волков встретило меня запахом машинного масла, пива и мужского пота. Знакомые запахи, почти родные. Странно, как быстро я привык к этому месту. В прошлой жизни я бывал в самых разных притонах — от роскошных борделей для аристократов до вонючих нор контрабандистов. Но здесь было что-то другое. Что-то настоящее.

Охранник у двери дёрнулся было, но узнал меня и молча отступил в сторону. Слово Клыка было законом для стаи. Я был другом клуба, пусть и