— Я допускаю всё, хочу подстраховаться. Он лучший в своём деле, с ним мне было бы спокойно.

— Тогда, конечно, папочка, — грустно согласилась она.

«Целых два месяца не видеть Максима, это просто кошмар», — мысленно сокрушалась Лика. — «Но папа сейчас важнее моих чувств».

И не желая, чтоб отец нервничал и переживал Лика согласилась на все его просьбы. Лика сидела в палате отца, пока он звонил и договаривался, стараясь организовать её вылет из страны как можно быстрее.

— Лика, машина приехала, твой документы у шофёра. Вещи собирать времени нет. Купишь все необходимое там. И телефон оставь у меня, купишь там новый, вместе с sim картой. Когда долетишь и купишь телефон позвони, хорошо?

— Конечно, папочка, — обнимая и целуя отца прошептала девушка.

— Лика, попроси Максима пусть зайдёт ко мне, — попросил Кирилл Петрович, когда Лика была уже возле двери.

Выйдя из палаты Лика увидела Максима и мужчину, стоящего рядом с ним. Она его знала, он был сотрудником её отца.

— Машина ждёт вас, — отчеканил мужчина.

— Максим, папа просит, чтоб ты зашёл к нему, — грустно улыбаясь произнесла Лика.

Максим понял, что происходит что-то нехорошее, внимательно посмотрел на неё, но Лика не могла выдержать этот взгляд. Ей хотелось броситься ему на шею и не отпускать. Умолять чтоб уговорил отца и поехал с ней, но понимала, что это невозможно. Боясь расплакаться перед ним, быстро повернулась и пошла по коридору, уговаривая себя, что через два месяца вернётся и снова будет рядом с ним.

Максим ничего не понимая проводил её взглядом и вошёл в палату к Кириллу Петровичу.

— Присаживайся, Максим.

Кирилл Петрович указал на диван стоящий недалеко от кровати.

— Лика мне рассказала, что ты всё решил с Владимиром Викторовичем. Сказать, что я удивлён — это ничего не сказать. Ты спас и меня и мою девочку. В долгу конечно не останусь. Сегодня же тебе перечислят деньги за весь наш контракт.

— Но до конца контракта ещё семь месяцев.

— Да, ты получишь деньги за текущий месяц и ещё за семь, в качестве моей благодарности. А контракт я разрываю в одностороннем порядке.

Максим с непониманием холодно смотрел на Кирилла Петровича. Последнему стало не по себе от этого взгляда. Понимая какие, он имеет связи и возможности, решил сгладить ситуацию и внести немного ясности.

— Дело в том, что я нанял тебя для Лики. Сегодня Лика улетает за границу на неопределённое время. Там она в безопасности и твои услуги ей не нужны. Она очень благодарна тебе за всё что ты для неё сделал. Лика давно хотела свободы, сейчас же ей как никогда нужно расслабиться и побыть одной.

Максим вспомнил слова Игоря о том, что она использует его для защиты, наиграется и избавиться. Вспомнил взгляд, который кинула на него выйдя из палаты. Принял её грустный взгляд за виноватый.

«Не может быть, чтоб Игорь был прав», — не веря в происходящее подумал Максим.

— Хорошо, я всё понял. Всего доброго, Кирилл Петрович, — спокойно, без эмоции сказал Максим и вышел из палаты.

Уже сидя в машине, набрал Лике. Девушка в трубке ответила, что абонент вне зоны доступа. Набрал ещё раз, всё повторилось.

«Не может быть», — не мог успокоится Максим

Вспоминал её взгляды, её слова и не мог поверить, что всё это было просто из чувства благодарности или корысти, а не потому что он ей нравился как мужчина. Вспомнил как покраснела, когда сделал вид, что хочет поцеловать её в саду, на свадьбе у подруги. Как реагировало её тело на его прикосновения и туманился взгляд.

«Я обязательно должен с ней поговорить, когда она вернётся, я должен выяснить для себя правду».

Часть 19

Год спустя.

Максим сидел за столиком в дорогом ресторане. У него была назначена там встреча с клиентом, но он позвонил и принёс встречу. Максим решил остаться и пообедать один. Уже в конце обеда увидел молодую пару с ребёнком входящую в ресторан. Девушка села за дальний столик у окна поставив рядом с собой коляску. Парень помог ей расположиться и, когда подошёл официант, удалился в туалет. Максим смотрел на девушку, не отрывая взгляда. В этом взгляде было намешано много эмоций: удивление, расстройство, грусть, боль, но преобладало в этом взгляде разочарование.

Он медленно и нерешительно, будто со страхом перевёл взгляд с девушки на ребёнка. Прикинул в голове возраст ребёнка и время, которое он не виделся с этой девушкой. Подсчёты его не порадовали. Теперь он смотрел на девушку с ребёнком задумчиво и грустно. Тяжело выдохнул и плотно сжал челюсти, когда молодой человек вернулся и сел за столик напротив девушки. Перед глазами Максима пролетали картины из прошлого. До этого дня они были яркими и красочными, с этого момента стали серыми и безжизненными. События тех дней стали вдруг для него безграничным разочарованием. Он смотрел на девушку с парнем непроницаемым взглядом, уже без эмоций. Он научился управлять своими эмоциями. Жизнь его научила.

Встал из-за стола и направился к выходу, не глядя в сторону молодой пары с ребёнком. Широко расправленные плечи, гордо поднятая голова, уверенный взгляд перед собой.

А молодая пара увлечённая ребёнком и обедом, даже не заметила мужчину, которой только что вышел из ресторана.

***

— Эй, дружище, ты здесь? — легонько потормошил Степан за плечо друга. — Ты для чего меня в бар вытащил. Как пришли сидишь молчишь. Что случилось?

Максим посмотрел на друга задумчивым взглядом.

— Я думал, что хорошо разбираюсь в людях.

— А на самом деле?

— А на самом деле Лика с Игорем и у них ребёнок.

— Не может быть! — чуть не подавился пивом Степан.

— Я их видел сегодня в ресторане. Они были вместе. С ребёнком, возрастом примерно два месяца.

— Ты не мог ошибиться?

Максим так посмотрел на Степана, что тот понял, что спросил глупость.

— Даже не знаю, что тебе сказать Макс, это странно, учитывая, как она сбежала от него со свадьбы и уехала заграницу. Ребёнку два месяца, ещё девять беременности итого одиннадцать. Выходит, что они уже не менее чем через месяц после свадьбы были вместе.

— Я тоже ничего не понимаю, Стёпа. Как-то всё не вяжется. Она была такой искренней, когда говорила, что не хочет за него замуж, что вообще не хочет иметь с ним никаких дел. А теперь — ребёнок.

Максим сделал несколько больших глотков пива, опустошив стакан.

— Я так ждал её возвращения. Спустя два месяца