Ну, что ж, представим Корнея Ивановича Чуковского реального, не книжного. Все дни, все часы расписаны. Стопы писем лежат на столе. Ведутся переговоры и переписка с издательствами. Сколько книжек было у Чуковского – столько и редакторов, и с каждым надо хотя бы переговорить…

Вышла переизданием новая книжка в Свердловске. «Недавно мне прислали мои «Сказки» с отличными рисунками П. Эппле. Прошу Вас, передайте тов. Эппле мой сердечный привет за его умные талантливые иллюстрации». Одно деловое письмо, другое… И вдруг обнаруживает редактор Средне-Уральского книжного издательства И. А. Круглик приписку вовсе не по делу: «Если что-то у Вас будет интересное, пришлите, с удовольствием посмотрю».

«Это знаменитый Корней Чуковский?! – удивляется Ирина Алексеевна, – разве есть у него время?…» Только что поступил сигнальный экземпляр новой книжки молодого свердловского писателя Владислава Крапивина. И Ирина Алексеевна посылает в Москву «Палочки для Васькиного барабана».

Вместо вежливого «Получил. Спасибо», отстуканного секретаршей на машинке, вдруг приходит целый отзыв. написанный писателем от руки.

«Многоуважаемая Ирина Алексеевна! Спасибо за книгу Крапивина. Автор отлично знает психику советского школьника от 8 до 12 лет и мастерски передает его своеобразную речь. У него чуткое ухо ко всем интонациям этой грубоватой, но, выразительной речи. Больше всего пришелся мне по сердцу рассказ «Подкова» – очень трудная тема, разрешенная без фальши и ошибки. Язык у автора (его собственный) лаконичен и точен, и я нашел всего один сомнительный оборот: «Ему больно ладонь» (стр. 199). Описания природы даются ему легко, они всегда у него поэтичны – особенно когда изображается лес. Хороши рассказы «Львы приходят на дорогу» – о романтичности этого милого возраста, и «Палочки», и «Капитаны». «Белый щенок» кажется мне немного растянутым… – но и этот рассказ обнаруживает высокую квалификацию автора, его умение справляться со сложным и многоплановым сюжетом. Мне кажется, он мог из материала «Белого щенка» построить хорошую детскую пьесу. Вообще все его рассказы так драматичны, что ясно: быть Крапивину драматургом. Словом, очень хорошая, свежая, талантливая книга. Не нравится мне только манера автора давать своим вещам длинные заглавия. Вместо «Львы приходят на дорогу», право, лучше бы озаглавить рассказ «Львы». Вместо «Белый щенок ищет хозяина» – лучше: «Белый щенок». Есть что-то провинциальное в этих навязчивых фразах вместо одного скромного слова. Вспомните у Чехова: «Ванька», «Тиф», «Детвора». Нельзя и представить себе, чтобы он написал: «Детвора играет в лото», «Ванька пишет письмо».

Но, конечно, это мелочь. В общем же, книга прекрасная, и я горячо благодарен Вам, что Вы познакомили меня с нею.

Всего доброго.

Ваш Корней Чуковский. 21 апреля 1966 г.»

Опытный редактор И. А. Круглик удивилась непоказной вежливости именитого писателя. А мы, прочитав эту давнюю рецензию, отдаем должное широте кругозора Корнея Ивановича Чуковского, его вниманию к молодым, начинающим писателям.

А насчет драматургического прогноза маститый писатель не ошибся. По книгам лауреата премии Ленинского комсомола В. П. Крапивина уже снято несколько фильмов.

Н. ШИРОКОВА

У меня есть три желанья…

Давид ЛИВШИЦ

Рисунки Р. Атлас

ВОЛШЕБНИКИ ЧЕРЕЗ ПЯТЬ ЛЕТ

Они выросли.

Окончили среднюю школу.

Получили аттестаты зрелости – свидетельства совершеннолетия и постижения многих наук.

Правда, среди пройденных дисциплин нет Магии и Волшебства.

Это значит, что овладели они вполне земными знаниями.

Но, по крайней мере, дважды в жизни они примерили план; волшебника.

Более пяти лет назад корреспондент нашего журнала пришел в школу к пятиклашкам и сказал: «Представьте себе, что вы – волшебники. Что бы вы на волшебствовали?»

Так родились сочинения:

«Если бы я был волшебником…»

«Уральский следопыт» напечатал отчет об этих волшебствах. (Смотри заметку «Все, что пожелает человечество» во втором номере за 1976 год.)

Ребята мечтали:

«чтобы люди жили дольше»

«чтобы родители всегда были живыми»

«чтобы все люди любили, животных»

«чтобы все национальности дружили и чтобы все сладости стоили подешевле»

«чтобы Мария Пантелеевна ставила поменьше двоек»

«чтобы на земле не было браконьеров и уличной шпаны»

«я бы оживила Женю, моего родного брата»

«чтобы я был отличником. А еще лучше, чтобы не только я, а все дети были отличниками»

«чтобы папа сделался высоким, а у мамы появилось красивое пальто»

«чтобы с земли исчезла вся пыль и грязь, а выхлопные газы из фабрик и машин превращались в чистый воздух»

«чтобы 20 миллионов солдат снова стали живыми»

«я бы для всех выпускала волшебные палочки»

«я бы сделала, чтобы в Свердловске скорее было метро»

и т. д…

Принят закон об охране окружающей среды. Вроде поубавилось на уральской земле браконьеров. В Свердловске стали строить метро. Папа не сделался высоким, зато у мамы появилось новое пальто. Массовый выпуск волшебных палочек пока не налажен, и, может быть, поэтому не все дети стали отличниками, выхлопные газы еще выхлопываются, и сладости пока не подешевели…

В 1976 году журнал обещал: встретимся через пять лет, когда наши волшебники из пятого «а», «б» и «в» будут на пороге новой жизни сдавать экзамены на аттестат зрелости.

Путь длиной в пять лет пройден. Повзрослели, изменились волшебники. Изменилось и многое вокруг за эти годы, как они того и хотели.

Мы обещали встретиться через пять лет, и мы встретились. В тех же классах те же ребята писали такое же сочинение. Как будто ничего не изменилось… Только теперь за партами сидели акселераты – юноши с пушком на верхней губе и девушки с бездонными глазами.

Взгляд в мечту произрастает теперь из опыта, пусть и небольшого. Изменилась «точка отсчета». Не безмятежным – но смятенным, не бездумным – но активно мыслящим возникает юный волшебник на пороге самостоятельной жизни…

«В классе пятом или шестом мы писали сочинение на такую же тему. Я часто перечитывал номер журнала, в котором были помещены эти сочинения. Нам было И – 12 лет. Мы видели разные недостатки мира и легко искореняли их в наших мечтах. Но двенадцатилетние – еще дети. В своих желаниях мы брали что-то «вырванное» из всего остального (уничтожение пьянства, или освобождение зверей, или воскрешение мертвых).

Сейчас у нас другие взгляды и другие желания. Очень трудно их выразить даже в мечтах.

Михаил Л.»

Сегодняшние сочинения – это не только разговор по душам, но и разговор о душе: какой ей быть…