другому малышу после того, что случилось с Росио. Я неспособна быть матерью. И не заслуживала привнести одну жизнь в этот мир, когда я была ответственна за потерю другой. – Она выдохнула. – Но я не хотела делать аборт. Я не знала, как поступить, и не знала, как тебе сказать. Я все откладывала, пока, наконец, она не родилась. Она оказалась такой идеальной. Тогда я еще больше укрепилась в мысли, что мне нужно с ней расстаться, чтобы ей не навредить. – Майя посмотрела на меня. – Она была так похожа на тебя. Я поняла, что это знак и я должна подарить ее тебе. Она была твоей. Всегда. И вот тогда я привезла ее тебе. Я ненавидела себя за то, что бросаю ребенка, но знала, что так будет лучше для нее. И я не ошиблась.

Я потянул себя за волосы. Понятия не имел, о чем, черт возьми, она тогда думала.

– Я сожалею о том, что случилось с тобой в Эквадоре, – сказал я. – И я рад, что твоя попытка покончить с собой не увенчалась успехом.

– Если бы у меня получилось, Сейлор бы здесь не было, да?

Она словно прочла мои мысли. Как бы сильно я ни презирал Майю, без нее не было бы Сейлор. Но хотя я и испытывал сожаление по поводу ее трагического прошлого, этого было недостаточно, чтобы я с пониманием отнесся к ее действиям по отношению ко мне. Тому, что она тут устроила, по-прежнему не было оправдания.

– Послушай… – сказал я. – Давай просто покончим с этим, ладно? Мы и так далеко зашли. Давай узнаем друг о друге как можно больше, чтобы не тратить здесь время впустую. – Я встал из-за стола. – Я принесу бумагу и ручки, и мы будем все записывать. Нам нужно пройти это интервью.

Она вытерла слезы и улыбнулась.

– Хорошо.

* * *

На следующий день я обнаружил, что не могу ни на чем сосредоточиться. Я скучал по Билли. Я уже несколько дней не видел ее лица. Знаю, что мы так договорились, но разлука с ней меня убивала.

После работы я решил пройтись мимо ее салона. Мой план состоял в том, чтобы заглянуть внутрь, мельком увидеть ее, успокоиться и подняться домой так, чтобы она меня не заметила.

Но я даже не осознавал, что, когда я туда добрался, было уже очень поздно. В последнюю неделю я словно утратил представление о времени, каждый день был чертовым Днем сурка. Я думал, что загляну в салон Билли и застану ее за работой. Но увидел я совсем иную картину.

Она находилась там одна.

Я этого не ожидал.

А еще я не ожидал увидеть ее такой грустной. Она подметала пол после закрытия и выглядела угрюмой и погруженной в свои мысли. Разве я мог просто взять и уйти? Мое сердце бешено колотилось, пока я раздумывал, стоит ли постучать и привлечь ее внимание.

Принять решение я не успел. Билли подняла глаза и заметила меня. Должно быть, я напоминал грустного щенка, жалобно глядящего в окно. Она бросилась к двери и впустила меня.

– Сколько ты здесь уже стоишь?

Я молча покачал головой.

– О Колби… – выдохнула она.

Я прервал ее.

– Мне просто… нужно тебя обнять. Я знаю, что это против правил.

– Мы никогда не умели соблюдать правила, не так ли? – спросила она.

Я заключил ее в объятия и крепко прижал к себе, утопая в ее аромате ванили. Мое сердце бешено колотилось, а наши тела раскачивались взад-вперед. Как же я по ней соскучился!

Когда мы наконец отстранились и посмотрели друг на друга, мне нужно было почувствовать ее на вкус, и я не удержался и припал губами к ее губам в медленном и болезненном поцелуе.

– Ты должен уйти, – прошептала она мне в губы и отступила на шаг.

Остановиться было чертовски трудно, но я остановился.

– Спасибо, – сказал я.

Билли стояла на пороге и провожала меня взглядом. Я знал, что она не хотела меня отпускать, но понимал, почему она велела мне уйти. Появившись в ее салоне, я нарушил условия нашей сделки, но оно того стоило.

Поднявшись в квартиру, я с удивлением обнаружил в гостиной Майю. Она раскрашивала вместе с Сейлор, а няня за ними наблюдала. Я не знал, как на это реагировать, но понимал, что, если Майя жила с нами под одной крышей, следовало ожидать, что она вступит хоть в какой-то контакт с моей дочерью.

– Что здесь происходит? – спросил я, войдя в квартиру.

– Папочка! Ты дома! – вскричала Сейлор и подбежала ко мне.

– Чем занимаешься, милая?

– Раскрашиваю с Майей.

– Это… здорово.

– У тебя все губы красные! – заявила Сейлор, указав пальчиком на мой рот.

Губная помада Билли.

Я потер уголок рта.

– Правда?

Я ни за что, блин, это не смою.

– Думаю, теперь мы знаем, почему ты опоздал, – заметила Майя.

Я сердито посмотрел на нее.

В тот вечер Майя присоединилась к нам за ужином. Хотя между нами все оставалось не идеально, мое отношение к ней стало гораздо более терпимым. После нашего разговора мы потратили некоторое время и придумали несколько фальшивых историй, готовясь к интервью Стокса.

В ту ночь я лежал в постели и думал о Билли. Сегодня мне удалось обнять ее и поцеловать, и я понял одно: я не могу без нее жить.

Рядом с моей кроватью лежали ручка и блокнот с заметками о Майе. Я оторвал новый лист и начал изливать Билли свои душу и сердце, все то, что хотел бы сказать ей сегодня вечером. Я бы никогда не решился ей это отправить, но мне нужно было куда-то выплеснуть свои чувства.

Глава 29. Колби

Я в третий раз за вечер поймал на себе взгляд Майи. Мы с Сейлор сидели на полу в гостиной и играли в настольную игру, а Майя убирала после ужина. Вероятно, я мог бы это проигнорировать или объяснить тем, что она изучает меня, готовясь к завтрашнему собеседованию, но после почти двух недель совместной жизни я научился ее понимать. Сегодня вечером по выражению ее глаз я догадался, что она чего-то хочет.

Когда наши взгляды пересеклись, она улыбнулась, и я немедленно заставил себя сосредоточиться на игровой доске. Меньше всего мне