Кстати, о Веронике. У нас с ней сегодня встреча. Она должна передать документы для суда и нотариальную доверенность для оформления собственности на квартиру для сына, потому что лично к Владимиру Георгиевичу приехать не сможет.

Рома продолжает свой грустный обвиняющий всех на свете монолог.

– Иди к Ане. Теперь она – твоя жена, – говорю без злости, мне его даже жаль.

– Не хочу я к Ане… На кой чёрт? Уже и смысла нет. Фирма мне не перейдёт. Они её слили. Продали. Зачем это всё?

– У Ярика это не единственный бизнес, без работы не останешься.

– Там бы у меня была независимость, в других вариантах придётся стать кокер спаниелем, жрущим с руки шурина. Что-то не хочется.

– А как же ребёнок, Рома?

– У меня уже есть ребёнок. Вероника злится, что ещё один будет. Прям как с тобой когда-то. Конкуренты на наследство, которого уже и нет, ей не нужны. А я… я гол как сокол! Представляешь!?

– Ты такие деньги у моей семьи увёл. Куда потратил-то?

– Да так… разошлись.

Интересно, куда могут разойтись миллионы?

– Иди к Ане. У вас же там любовь? А мне звонить не стоит. Ты мне уже никто.

– Какая любовь… – начинает ржать. – Какая любовь, Руза?

Не выдерживаю и бросаю трубку. Только ещё пьяных бывших мне не хватало.

Недолго валяюсь на диване, ощущая неприятное послевкусие после звонка Ромы. Надеюсь, это не войдёт у него в привычку, иначе придётся пихать номер в блок. Хотя этот и под двери припрётся, приходил же как-то. Оказывается, я столько лет жила с нытиком.

Вскоре начинаю собираться на встречу с Вероникой, только некоторые слова Ромы не дают покоя. Например, что Веронике не нужны конкуренты в виде детей, и что Ярослав фирму продал. Кому продал-то? Как бы узнать?

А чего гадать: позвоню и спрошу прямо. Только бы трубку взял.

Доехав до парковки перед торговым центром, где договорились встретиться с Вероникой, оглядываюсь. Её пока не видно. Так что набираю Ярика, не особо сильно надеясь на ответ.

Но Ярослав трубку снимает и как ни в чём не бывало начинает лить воду: привет, да как дела. Вот скользкий тип. А ведь замуж звал, невестой даже представлял случайным знакомым.

– Ярик, я по делу. Хотела уточнить кое-что, – перебиваю не совсем вежливо. – Рома сказал, ты фирму продал. А кому?

– Слушай, – хмыкает Ярослав, – я подумала, раз ты в суд подала, не факт, что фирма моей останется. Вдруг отсудишь всё-таки. Так бы мы поженились и деньги в семье остались. А тут такое предложение внезапное поступило. Я даже отказаться не смог.

– Я тебя не о причинах продажи спрашиваю, а кому ты продал.

– Так если по суду запросят документы, мы все предоставим.

Закатываю глаза, понимая, почему он юлит.

– Меня стоимость сделки не интересует, или чего ты там трясёшься. Имя… скажи имя.

– Ах, это, – выдыхает облегчённо. – Так вот тому парню с выставки и продал. Реутову. Помнишь, ты подошла, он рядом стоял.

Дыхание перехватывает от шока, но вслух произношу.

– Тому, кому ты меня своей невестой представлял и чуть на свадьбу не пригласил?

– Ну… да… – недовольно подтверждает Ярослав, а потом снова с бодростью произносит. – Он сам, прикинь, мне позвонил. Предложил купить контору. А я подумал, что это для меня наилучший вариант. Ты уж не сердись. Хотя… с чего тебе сердиться?

– Не с чего. Ты прав.

В этот момент в боковое окно резко стучат, и я подпрыгиваю на месте. За стеклом недовольное лицо Вероники.

– Ладно, пока-пока, мне… э-э-э… пора.

Прощаюсь неловко, сжимаю телефон в руке, затем выхожу из автомобиля.

Вероника отошла на пару метров. Стоит, недовольно ногой топает.

А я иду к ней на автопилоте, всё ещё не веря, что Матвей купил компанию моего отца. Фирму, за которую я собираюсь бороться. Купил тайком, и ничего мне об этом не сказал.

И спал он со мной, уже будучи владельцем фирмы, в которой у меня прямые интересы.

В ушах звучат его слова: «То есть… если бы я был владельцем, ты бы за меня вышла?»

Я ответила, что нет, а он – а почему бы и нет?

Решил проверить? Поиздеваться? Боже… больно-то как.

Рука невольно поднимается к груди, где замерло в ожидании новых потрясений сердце. Что ещё этот день мне подкинет?

– Чего вы там застряли? – раздражённо тянет Вероника. – Вот, держите, у меня мало времени.

Пихает в руки документы. Я мельком их просматриваю, проверяя, все ли на месте, останавливаюсь на нотариально заверенной доверенности.

Фамилия нотариуса Лазаревич мне кажется какой-то знакомой. Такая нечасто встречается. Хмурюсь, пытаясь вспомнить, откуда могу её знать?

– Что-то смущает? – резко уточняет Вероника.

Как раз в тот момент меня накрывает очередным инсайтом. Та же самая фамилия была на генеральной доверенности от моего имени.

Тихий разочарованный смех звучит в моей голове.

Господи, неужели эта женщина настолько тупа, что принесла мне документы за подписью того же нотариуса, с которым они с Романом проворачивали махинации? Теперь у меня нет никаких сомнений, что они разработали этот план вместе.

Нет. Она не тупа. Вероятно, считает, что я не видела генеральную доверенность. А я видела… Видела… И теперь многое становится ясным. Те несостыковки, неточности, и образы, мелькающие сквозь обманчивую рябь воспоминаний, обретают вполне конкретные черты.

Моргаю и думаю, как сдержаться? Как не вцепиться в красивое лицо этой холодной женщины?

– Нет-нет, всё… нормально.

Наши взгляды пересекаются. В глазах Вероники мелькает тень понимания. Будто она осознала, что я что-то поняла.

Её зрачок словно вытягивается вдоль глазного яблока, напоминая формой то ли кошачий, то ли змеиный. Словно истинная сущность этой женщины выглядывает наружу.

– Точно? – переспрашивает.

– Точно-точно, – торопливо подтверждаю, запихивая документы в папку.

Телефон в руке начинает звонить. Поскольку экран развёрнут к Веронике, она замечает, что это Роман.

– Вы с бывшим мужем общаетесь? – спрашивает с подозрением.

– Скорее он со мной. Особенно, как выпьет, – смотрю на неё внимательно, затем сбрасываю звонок Ромы. – Как выпьет, так какую-то ерунду творит. Хорошо, что пьёт нечасто.

– Не замечала за ним такого, – пожимает плечами, потом меняет тему. – Вы когда к юристам поедете?

– Сегодня. Сейчас.

Ещё и потому, что мне нужно увидеть Матвея. Выложить перед ним информацию, что я всё знаю,