Она стоит спиной ко мне и никак не реагирует на мое присутствие. Смотрит в окно, сложив руки на груди, и молчит. Делаю несколько шагов вперед и неподвижно застываю перед длинным столом переговоров. Почему-то дальше идти не решаюсь, хотя для меня это не характерно.

Что-то изменилось. Атмосфера вокруг нас, плотность воздуха и даже ее силуэт. Весь облик в целом говорит о том, что между нами пропасть. Адская, бездонная, губительная бездна.

Делаю мучительный вдох и пытаюсь отвлечься на большую папку, которая лежит на краю стола. Она тоже выглядит зловеще. Настолько, что мне хочется, как маленькому, спрятать руки за спину и не касаться ее ни при каких условиях.

— Здравствуй, — подает голос Ульяна и рывком поворачивается ко мне.

Я поднимаю голову, с трудом ловлю ее в фокус и чувствую, что начинаю задыхаться. Будто тонкая кромка льда под ногами резко трескается, и я проваливаюсь в ледяную прорубь. Мне холодно, больно и совсем нечем дышать.

Передо мной стоит совсем чужая женщина, облаченная в черный костюм от Армани. В ушах и на шее бриллиантовые украшения, подобранные с безупречным вкусом. На руке модные золотые часы.

На лице неотразимая улыбка уверенной в себе женщины, а в глазах ледяное равнодушие палача, готового лишить меня жизни. С трудом сглатываю и дрожащими пальцами ослабляю узел галстука. Такое чувство, что я собственноручно разрушил хрупкое девичье сердце и навсегда ранил его вечной мерзлотой.

Набираюсь смелости и смотрю ей в глаза. С идеальной прической и профессиональным макияжем эта Уля сильно отличается от той беспечной девочки, на которой я когда-то женился. Та Уля, которую я знал, была открытой и доступной для меня двадцать четыре часа в сутки. А сейчас… я даже не знаю, как к ней подступиться.

— Здравствуй, — выдавливаю больным скрипучим голосом.

— Присаживайся, — показывает рукой на стул, — я надолго не задержу.

Жаль, мне хочется задержаться. Сдернуть с нее маску ледяного равнодушия, встряхнуть за плечи и умолять очнуться. Я, конечно, знаю более действенные способы, но чувствую, что сейчас она меня к себе не подпустит.

Чувствую, что в здании полно охраны, которая в любой момент может появиться и выкинуть меня отсюда без шансов вернуться когда-либо снова. Поэтому смиренно киваю и сажусь напротив.

Ульяна берет в руки папку, которая с самого начала встречи горит у меня перед глазами, как красная сигнальная лампа, и одним уверенным движением двигает ее в мою сторону.

— Что это? — спрашиваю, не пытаясь к ней прикоснуться.

— Завод, — равнодушно отвечает и ядовито улыбается, — ты же хотел его получить. Забирай.

Узел, скручивающий мои внутренности последние несколько дней, затягивается сильнее, и я снова ослабляю галстук. Душно так, что хочется высунуться в окно и дышать, дышать, дышать.

— Я не понимаю, — голос садится до жалкого шепота, но я на самом деле чувствую себя раздавленным.

— Сейчас поймешь.

Ульяна обходит стол красивой выверенной походкой и достает из верхнего ящика еще одну папку. Толкает ее в мою сторону и возвращается на место.

— Бумаги на развод, — поясняет, когда я нерешительно заглядываю внутрь, — я уже подписала. Твоя очередь.

Поднимаю на нее взгляд и снова обжигаюсь ледяной ненавистью. Самое страшное в этой ситуации то, что я сам кричал о желании развестись, а теперь… четко понимаю, что не хочу. И не могу.

Я не могу ее отпустить. Не могу даже представить, что она будет принадлежать кому-то другому. Это выше моих сил.

Даже такая холодная, неприступная и чужая, она остается самой желанной женщиной в моей жизни. А я хочу остаться для нее единственным.

— Нет, — решительно отвечаю и возвращаю ей папку обратно, — мне не нужен завод. Мне нужна ты. Я люблю тебя.

Ульяна вскидывает руки и громко хлопает несколько раз в ладоши.

— Это очень благородно, конечно, но не правдоподобно.

— Это правда, — продолжаю упрямо стоять на своем, хотя уже понимаю, что ничего не смогу сделать. Я теряю ее. Всеми силами стараюсь ухватиться за последнюю надежду, но она, как песок, просачивается сквозь мои пальцы.

— Похоже, ты плохо представляешь, с кем имеешь дело, Молотов, — спокойно, но уверенно отвечает, — моя бабка была очень влиятельным человеком. У нее были деньги, связи и власть. Теперь это все есть у меня. Нас все равно разведут через суд, как бы ты не рыпался. Только в этом случае я все из тебя выпотрошу. Без штанов оставлю, по миру пущу. Так что выбирай…

Ее красивые губы складываются в неотразимую улыбку, а глаза снова стреляет в меня жгучим холодом.

— Хотя выбора-то я тебе и не оставила.

Сосредоточенно тру виски и понимаю, что в сложившейся ситуации это максимально правильный выход. Если я заберу завод себе и стану полноправным его хозяином, то сразу отведу опасность от Ульяны.

Все-таки я начал эту некрасивую историю с заводом, когда хотел получить его обратно, значит, мне ее и заканчивать. А потом, когда Лева с Юрой распутают это дело и мы устраним все угрозы и неприятности, я снова верну его Ульяне.

Хватаю папку с документами на развод, открываю ее и ставлю нервную размашистую подпись. Вот и все. Я сам нажал на курок пистолета, который был направлен мне в самое сердце.

Ульяна грациозно поднимается с места и с равнодушной улыбкой швыряет в меня другой папкой. С документами на ювелирный завод, который я когда-то так мечтал получить.

— Забирай. И будь любезен, избавь меня от своего присутствия. Подержанные вещи, как и люди, меня больше не интересуют.

В этот момент у дверей появляются два амбала, которые всем своим видом намекают на то, что им не терпится проводить меня до лифта. Бросаю последний взгляд на упрямый профиль и выхожу из кабинета, забирая с собой небольшую частичку ее сладкого запаха.

Потерянно брожу по улице, переваривая последние события и никак не могу решиться вызвать такси. Будто невидимые нити сковали все мое тело и упорно держат в этом городе. А у меня через три часа самолет, пора ехать в аэропорт.

Включаю телефон сразу, как только прилетаю домой, и вижу несколько непринятых от Левы и Юры. Набираю последнего и долго слушаю длинные гудки. Когда уже теряю надежду дозвониться, друг наконец отвечает.

— Яр, новости есть. Нужно срочно встретиться.

— Хорошо, давай у меня. Буду дома примерно через час.

Глава 28

Ульяна

Обессиленно съезжаю по стене на пол сразу, как только за Ярославом закрывается дверь.