Кастелло не сомневался ни в его физической подготовленности, ни в умственных способностях. Он выигрывал в обеих категориях.

Совместные операции по контролю над поставками и распределением ресурсов укрепили бы их позиции на глобальном рынке.

– Сербы пытаются вывести из-под нашего контроля самые прибыльные предприятия. Это начинает действовать мне на нервы, – Пахан был достаточно моложе, чем ожидал увидеть Дамиан. Широкоплечий, со светлыми волосами и ярко-голубыми глазами, он походил на одного из их фольклорных персонажей – богатыря.

Они встретились в его коттедже, где Йохансена приняли со всем уважением.

– Я собрал информацию об их логистике. Мы можем использовать это, чтобы нанести им удар, – пальцы Дамиана выстукивали по крепкому дубовому столу. – Есть данные о совершенных операциях?

– Несколько информаторов, но материала недостаточно. Они контролируют основные маршруты поставок, и это создает проблемы, – Романов нахмурился. Аристократичные, тонкие черты лица исказились в раздражении.

– Есть у меня одна идея…

Дамиан решил проблему, организовал небольшие группы для слежки за ключевыми точками. Им удалось перехватить их потоки, организовав искусственные задержки в поставках, а после —сокрушив их финансово.

В конечном счете, они сформировали альянс.

Это было экономически выгодно, позволяя внедриться в новые сферы бизнеса, и диверсифицировало риски, связанные с этим.

Когда Дамиан вернулся в Штаты, уровень его влияния возрос в тысячи раз.

Он знал, что заслужил свое место больше, чем кто-либо.

Имя Йохансена давно разлетелось по всем Соединенным Штатам, другие мафиозные Семьи даже не сомневались в том, что благодаря своему хитрому уму и влиянию он станет новым Боссом сразу же, как Кастелло подаст в отставку…

***

– Вот как я провел последние семь лет.

Тишина поглотила их.

«Скажи хоть что-нибудь», – хотел взмолиться он.

Девушка вздрогнула.

Маленькая ладонь выскользнула из его руки, оставляя пустоту.

Дамиан наблюдал за тем, как она поднялась с его колен. Шагнула назад, словно нуждаясь в дистанции.

Боль захлестнула его, но он только сжал зубы.

– Хотела знать истину, Эви? Так вот он я, прямо перед тобой.

Все та же тишина в ответ.

– В твое обручальное кольцо встроен трекер для отслеживания.

Молчание.

– Я вселяю в тебя ужас? Теперь ты видишь, что я чудовище? – он горько усмехнулся.

– Разве ты не спас своего товарища? – наконец, спросила тихо девушка.

– Я сделал это. Но не заблуждайся на мой счет. Не позволяй этим наивным, оправдывающим мыслям затуманить себе рассудок. Смотри правде в глаза – эти руки легко ломают чужие кости и погружают рукоятку ножа по самое основание в гнилую плоть. Видеть, как их глаза пустеют – моя любимая часть. Все, кто попадают в руки мне… Я не убиваю, но, поверь, они умоляют меня оборвать им жизнь. – мужчина спокойно провел пальцами по острию мачете.

– Тебя же могут посадить или…

– Ты думаешь, обо мне неизвестно лицам «выше»? Что у меня с ними плохие отношения? – Дамиан издал смешок. – Я собрал достаточно компромата на тех, кто мог бы повлиять на меня. Один мой звонок – их карьера, семьи и репутации разрушатся, словно карточный домик.

– Твои друзья…

– Рафаэль нет. Отец Рэта – сенатор Калифорнии, а его дед – премьер-министр, Эви. Будем откровенны, они прикрывали наше дерьмо в Данверсе, – произнес он, намекая на хаос, который они сеяли, обучаясь в Академии.

Эви была намного младше них в тот период, но даже до нее доносились слухи о «Черных Драконах».

– И они не борются со всем беззаконием?

– Тогда им пришлось бы начать с Рэта, – мрачно произнес Дамиан. – Они прикрывают нас по многим причинам. Дед Рэта, Бенджамин Дэвис, стал премьер-министром только благодаря моему. У них много деловых сделок, не будем вдаваться в подробности.

– Остальные политические деятели или…

– Скажем так: все, кто надо, в курсе моих дел, – обтекаемо отрезал Дамиан. – И спасибо им за вклад в создание моего образа в обществе.

– А Марк?

– У него свои дела с мафией, не имеющие ко мне отношения, – отрезал Дамиан.

Оцепенение и шок спали. Все, что она знала о мафии, было туманным. Разумеется, реальность отличалась от фильмов и романов. Было более опасным, кровавым и глобальным.

Теперь все обретало смысл. И его частые отъезды, и те полные отчаяния слова…

– Я боюсь. Слышишь? – прошептал он сдавленно. – Я боюсь, я, блядь, безумно боюсь тебя потерять.

Она нерешительно опустила руку, касаясь его головы.

– Дам…

– Я спать не могу, есть не могу, я боюсь за тебя… Я не смогу пережить, если тебе навредят… Одна мысль об этом меня убивает, – когда он поднял лицо, она заметила влажный блеск в его покрасневших глазах. Мокрые ресницы поблескивали в тусклом свете.

– Ты меня не потеряешь. Я обещаю тебе, – в груди сдавило, она мягко улыбнулась ему, стараясь не расплакаться.

– Нет, ты не понимаешь, – помотал Дамиан головой, уткнувшись лицом в ее живот, продолжая тихо говорить, – Я боюсь, что тебя убьют, Огонек.

В тот день Эви думала, что речь идет о якудзах. Но он имел в виду не только это.

Как Дамиан смог держать эту неподъемную ношу в себе? Это было слишком морально тяжело. Столько лет – молчать. Притворяться кем-то другим.

Он отдал ради нее самое ценное, что у него осталось – свою свободу. Посвятил семь лет своей жизни. Даже понимая, что неизлечимо болен, и время для него – роскошь.

Чтобы она могла прожить нормальную жизнь.

«Лучше бы ты умер…»

От собственных слов сейчас выворачивало.

– Прости… – рыдание вырвалось из горла Эви, слезы обожгли глаза. – Ты не должен был соглашаться на сделку с этим человеком. Жертвовать собой ради меня. Не надо было…

– И позволить ему навредить тебе? – мягко спросил Дамиан и подошел к ней. Осторожно, словно боясь спугнуть дикого зверька, погладил по ярким волосам. Татуированные пальцы перебирали мягкие пряди, успокаивая. – Пойми уже, малыш. Я никогда не смогу тебя возненавидеть.

Слова ломали пополам. Почему-то эта ласка ранила сильнее, чем что-либо. Потому что она впервые увидела глубину его чувств. Впервые поняла, что Дамиан испытывает к ней. Насколько он любит, что готов не просто отдать свою жизнь за нее, но и отказаться от всего, что ему дорого.

Тот самый гордый, сварливый Дамиан Йохансен, которого она встретила на пороге офиса в первый день работы, на самом деле жил, делая все, чтобы защищать ее.

Даже когда Эви сама его пыталась ненавидеть, он никогда не переставал о ней заботиться.

Она – та, ради кого он стал тем, кем стал. Это из-за нее его руки были испачканы